понедельник, 20 апреля 2009 г.

Что было на неделе (13-19 апреля)

Контртеррористическая операция в Чечне закончена. Что дальше?

На прошлой неделе Кремль официально объявил о завершении антитеррористической операции в Чечне, которая продолжалась 10 лет. В практическом плане это означает вывод федеральных войск из Чеченской Республики, отмену жестких ограничений, связанных с перемещением граждан. Однако эта мера не вызывает особого энтузиазма в России.
Дело в том, что обстановка в Чечне и на Северном Кавказе в целом остается взрывоопасной. Мир в Чечне был достигнут, по существу, благодаря колоссальным финансовым вливаниям со стороны Москвы в политическую и экономическую инфраструктуру этой мятежной республики. Кремлю удалось перекупить сепаратистов, маргинализировать или устранить их руками непримиримую часть оппозиции, повысить уровень жизни населения за счет федеральных субсидий.
Таким образом, Кремль добился частичной стабилизации обстановки в Чечне и лояльности со стороны основных правящих кланов. Взамен они получили не только экономические привилегии, но и существенную политическую автономию, сопоставимую с реальной независимостью, но без ее формальных атрибутов.
Вряд ли можно говорить о том, что федеральный центр в полной мере контролирует ситуацию в Чечне. Власть принадлежит президенту Рамзану Кадырову и его сторонникам. Они сделали все для того, чтобы избавиться от ставленников Москвы и ослабить, если не полностью свести на нет, влияние федеральных силовых структур на ситуацию в республике.
Сейчас многолетняя политика Москвы по усмирению Чечни с помощью нефтедолларов исчерпала себя. У Кремля больше нет тех огромных финансовых ресурсов, которыми он обладал еще недавно, и возможности для новых вливаний в Чечню теперь ограничены. Отсутствие средств может вызвать новую волну сепаратизма и переориентировать нынешнюю чеченскую элиту на другие центры силы, прежде всего, в мусульманском мире. Еще один стимул сепаратизму на Северном Кавказе – это, несомненно факт признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии.
Режим контртеррористической операции в Чечне вынудил многих боевиков перебраться в сопредельные республики - Ингушетию и Дагестан – и продолжать свою деятельность там. Криминогенная обстановка в этих регионах сейчас более сложная, чем в Чечне. Отмена контртеррористического режима лишь облегчит деятельность боевиков на Северном Кавказе и усилит угрозы для России.
Что касается вопроса о соблюдении свобод личности, то и здесь отмена контртеррористического режима вряд ли приведет к изменениям к лучшему. Более того, федеральный центр может утратить даже те немногие рычаги контроля над внутренней ситуацией в Чечне, которыми он располагал ранее. Поэтому нельзя ожидать от этого шага Кремля какого-либо улучшения политической и социально-экономической ситуации в Чечне и в целом на Северном Кавказе.

Что стоит за флиртом Медведева с демократией

Прошедшая неделя ознаменовалась беспрецедентным количеством публичных акций президента Дмитрия Медведева в отношении институтов гражданского общества. Он дал интервью оппозиционной «Новой газете», встретился с представителями правозащитных некоммерческих организаций, провел длительную телебеседу на считающемся наиболее либеральным из всех государственных телеканалов – НТВ.
И говорил президент весьма правильные вещи – что демократия в России должна быть такой же, как и везде, а не специально адаптированной, что политические права и свободы нельзя менять на стабильность и благосостояние, что некоммерческие организации – это неотъемлемый институт гражданского общества. Медведев также высказался за смягчение законодательства об НКО.
Многие эксперты усмотрели в этих высказываниях Медведева скрытую полемику с его предшественником Владимиром Путиным, который как раз настаивал на адаптации демократии к российским условиям и делал все для усиления государственного контроля над НКО.
Что же на самом деле стоит за флиртом Медведева с демократией? Разумеется, Медведев по своему происхождению и воспитанию – человек другого склада, чем Путин, и, может быть, более восприимчив к либеральным идеям. Однако многолетняя работа вместе с Путиным и его окружением и сохраняющаяся зависимость от путинского клана едва ли позволяют Медведеву вести сколько-нибудь самостоятельную линию в таком деликатном вопросе, как отношения между государством и нарождающимся гражданским обществом в России.
Другое дело, что радикальное изменение ситуации в стране в свете глубокого экономического кризиса требует от нынешнего режима определенной корректировки политических лозунгов и подходов. События в Молдавии, судя по всему, отчетливо показали Кремлю, какой спонтанной, решительной и даже жестокой может быть реакция активной части населения на вызывающие его недовольство действия властей.
Оппозиционные политические партии и НКО, использующие Интернет, становятся мощными инструментами политической борьбы, с которыми приходится считаться. Поэтому, как представляется, Кремль активизировал свою кампанию «паблик рилейшнс» в отношении СМИ и НКО, демонстрируя свою готовность сотрудничать с ними.
Показательно, однако, что эта готовность существует пока что на уровне президентской риторики. Его заявления и обещания пока не подкреплены конкретными действиями и законами. А именно они будут подлинными критериями становления свободы и гражданского общества в России.

понедельник, 13 апреля 2009 г.

Что было на неделе (6-12 апреля)

О чем рассказал и о чем умолчал премьер Путин

На прошлой неделе, в соответствии с последними изменениями в Конституции, премьер Владимир Путин впервые отчитывался перед Госдумой. Вполне закономерно, что премьер сделал акцент на успехах правительства и старался избежать разговора о недостатках.
К числу успехов возглавляемого им кабинета Путин отнес те факторы, которые имели место до кризиса – рост ВВП, производительности труда, жилищного строительства. То, что удалось не допустить паралича банковской системы, Путин тоже зачислил на позитивный баланс правительства. Однако серьезного разговора о том, что односторонняя энергоресурсная ориентация российской экономики в целом и экспорта в частности завела Россию в тупик, не получилось. В этом плане парламентарии подыграли премьеру и не стали раздражать его острыми вопросами.
Не последовало и дискуссии о том, насколько правильными были действия правительства и Центробанка по так называемой «плавной» девальвации рубля, которая повлекла за собой утрату значительной части Стабилизационного фонда, но не помешала обесценить рубль на целых 50 процентов по отношению к бивалютной корзине «доллар/евро». Отсутствие транспарентности и подотчетности в расходовании государственных средств, выделяемых на антикризисную помощь, по сути дела, также осталось за скобками отчета Путина и обсуждения в Думе.
Вместе с тем, нельзя отказать Путину в определенных здравых подходах. Он признал, что правительство испытывает серьезное давление со стороны партий и профсоюзов в пользу возврата прогрессивной шкалы налогообложения физических лиц, но довольно решительно выступил за сохранение плоского 13-процентного подоходного налога. При этом он несколько раз повторил, что весь мир завидует этой российской норме. Стоит, однако, сказать, что Путин допустил возможность пересмотра плоского налога в будущем.
На фоне в целом оптимистичного выступления премьера определенным диссонансом прозвучало его же заявление о том, что 2009 год будет трудным для страны. Он не стал вдаваться в детали этой темы, но известно, что большинство прогнозов экономического развития России не слишком радужны.
Так, инфляция за март составила 1,3 процент, а за первый квартал цены выросли на целых 5,4 процентов. В пересчете на год это может составить свыше 20 процентов при официальном прогнозе в 13 процентов. Это значительно выше, чем в США и Европе.
Целый ряд факторов, о которых тоже умолчал Путин в своем выступлении перед Госдумой, ведет к росту инфляции. Происходит активное вливание в экономику денег Резервного фонда. К июню планируется потратить 30 процентов его средств. Девальвация рубля также способствует значительной инфляции, прежде всего, за счет значительного роста цен на импортные товары, к которым российское население привыкло за годы нефтегазового бума.
Неблагоприятное экономическое положение России не может не сказываться и на политической ситуации в стране и вокруг нее. Неслучайно, что практически провалилась программа переселения в Россию соотечественников, проживающих за рубежом, в основном, в постсоветских государствах. Эта программа была инициирована экс-президентом Путиным еще в 2006 г. и предполагала, что в Россию будет приезжать на постоянное место жительства 300 тыс. человек в год. Однако за три года их число составило всего 10 тыс. человек. Притягательность российской политической и экономической модели для россиян, проживающих за границей, весьма ограничена, а сложные бюрократические процедуры оформления разрешения на проживание многих просто отпугивают.
События последних дней в Молдавии также показали, что население постсоветских государств все в меньшей мере хочет находиться в орбите влияния России и стремится любыми способами влиться в западные экономические и политические структуры. Именно в них значительная часть молодежи и среднего класса видит возможности улучшения своей жизни и развития своей страны.
Призрак «цветной революции» вновь отчетливо замаячил вблизи российских границ, и это не может не тревожить Кремль. Разумеется, легко можно отнести любые антиправительственные выступления в Кишиневе и других столицах на счет происков враждебных сил из-за рубежа, как это обычно делает Москва и ее союзники в постсоветском пространстве. Однако это не снимает коренного вопроса о привлекательности той или иной социально-экономической модели развития и о свободе цивилизационного выбора для народов, расстающихся с коммунистическим прошлым. Об этом Путин, конечно, тоже не говорил.

понедельник, 6 апреля 2009 г.

Что было на неделе (30 марта - 5 апреля)

Налогообложение в условиях кризиса: этатистский и рыночный подходы

В условиях жестокого экономического кризиса Россия, как и многие другие государства, столкнулась с серьезными трудностями в пополнении федерального бюджета. Поскольку правительство продолжает ставить перед ведомствами, отвечающими за бюджет, задачу обеспечить максимальные поступления, и Федеральная налоговая служба, и Минфин, и Минэкономики выступают с различными вариантами увеличения налоговых сборов.
Наиболее антирыночные меры предлагаются Федеральной налоговой службой. К числу одиозных предложений, выдвинутых этим ведомством, относится введение обязательного сбора в 0,5 процента со всех финансовых транзакций. Эта мера серьезно затронет интересы тех корпораций и отраслей, которые зависят от большого количества поставщиков и посредников, и значительно увеличит затраты на производство товаров и услуг. Она вряд ли приведет к увеличению поступлений в бюджет и, скорее, спровоцирует быстрый уход ряда ключевых секторов экономики в теневую сферу.
По сообщениям прессы, пять ведущих экспертов в сфере налогообложения, не сговариваясь, осудили это предложение, назвав его «глупым», «несправедливым», «уродливым», «иррациональным», «из области фантастики». Даже Минфин, в состав которого входит ФНС, возражает против этой меры. Так что шансов на прохождение у этой инициативы немного.
Другие меры, предлагаемые ФНС, также носят репрессивный характер. Предлагается, например, ввести дополнительную регистрацию плательщиков НДС, которая заставит предприятия вновь проходить регистрацию в госорганах. Это также продление срока взыскания налоговой задолженности с одного года до трех. Это также и фактическая отмена для ФНС принципа банковской тайны путем разрешения ей доступа к базам данных Центробанка и финансовой разведки.
Более рациональный и рыночный характер носят антикризисные налоговые предложения Минэкономики. Они базируются на здравой идее о том, что для стимулирования экономики и восполнения дефицита бюджета необходимо не увеличивать, а снижать налоги.
Минэкономики предлагает отложить увеличение социальных сборов, которое в прошлом году было предложено Минздравом, а также снизить нагрузку по налогу на прибыль. Дополнительные налоговые льготы предусматриваются для модернизирующихся предприятий и для стимулирования энергосбережения.
Весьма уместными выглядят и предложения Минэкономики в отношении малого бизнеса. Во-первых, предлагается значительно расширить круг предприятий, использующих упрощенную форму налогообложения. Сейчас потолок оборота для таких предприятий составляет примерно 800 тыс. долларов в год, а планируется увеличить его приблизительно до трех миллионов.
Во-вторых, предполагается разрешить региональным властям снижать ставку налога для таких предприятий до нуля. Речь идет о стимулировании занятости, производства и конкурентоспособности малого бизнеса.
В конечном итоге, решающую роль в межведомственной борьбе вокруг антикризисного налогообложения будет играть позиция Минфина. Она двойственная. С одной стороны, там понимают, что увеличение налогов бюджет не спасет, а лишь будет препятствовать развитию бизнеса и выходу из кризиса. С другой стороны, и радикальное – вплоть до нуля - снижение налога на малый бизнес воспринимается скептически, поскольку повлечет за собой немедленное сокращение поступлений, а плоды принесет лишь в отдаленной перспективе.
Результаты интеллектуальной работы Минфина должны быть воплощены в объемном документе под названием "Основные направления налоговой политики на 2010-2012 годы". Она затягивается из-за разногласий между ведомствами и, что важнее, между двумя концептуальными – этатистским и рыночным – подходами к поискам путей выхода из кризиса в российских верхах.