вторник, 31 марта 2009 г.

Бюллетень российского представительства Фонда "Наследие" №3 (107)

«БОЛЬШАЯ ДВАДЦАТКА»: ВОЗМОЖНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА ПО ПРЕКРАЩЕНИЮ
РЕЦЕССИИ ОГРАНИЧЕНЫ

В связи с проведением в Лондоне в начале апреля антикризисного саммита высокоразвитых государств мира Фонд «Наследие» подготовил ряд аналитических материалов, призванных способствовать формированию американской позиции на этом форуме.
Прогнозируя перспективы саммита, директор Центра проблем международной торговли и экономики Фонда «Наследие» посол Терри Миллер отмечает, что те, кто возлагает большие надежды на встречу министров финансов «большой двадцатки», будут разочарованы результатами этой международной конференции.
Министр финансов Великобритании Алистер Дарлинг нарисовал оптимистическую картину международного сотрудничества: крупнейшие страны мира работают в партнерстве в интересах глобального финансового оздоровления. Ничего плохого в международном сотрудничестве и партнерстве, конечно, нет. Однако каждая часть предложенного Дарлингом сценария координации действий вызывает вопросы и несет в себе не только потенциальную пользу, но и вред.

Может ли лекарство быть таким же, как причина болезни?

Дарлинг призывает к координации усилий «большой двадцатки» в трех сферах. Во-первых, он хочет, чтобы страны стимулировали спрос путем кредитно-денежных послаблений, финансовых рычагов и восстановления банковского кредитования. Идея заключается в том, чтобы наводнить рынок деньгами, заставить государство приобретать для населения те товары, которые оно само в настоящее время не хочет покупать, и оказать давление на банки с тем, чтобы они выдавали кредиты, которые без этого они давать не хотели.
Первая и третья части этого плана – кредитно-денежные послабления и принуждение банков к выдаче кредитов – напоминают финансовую политику, которая и вызвала кризис. Так оно и есть.
Кроме того, ни одна из них не требует международного сотрудничества. Фактически, при существующих связях между международными рынками капитала любое изменение в системе автоматически повлияет на любой ее компонент. Международное сотрудничество на уровне правительств может привести к некоторому перераспределению бремени, но это вряд ли важно.
Вторая часть рецепта Дарлинга по стимулированию спроса – это скорее политический, чем экономический ход. Ресурсы, которые расходует государство, не бесплатны. Они должны откуда-то поступать, сейчас или в будущем. Финансовый стимул – это нежданная удача для политиков, стремящихся к расширению собственной роли в принятии решений о том, кто и что получает в экономике. Результатом бюджетных расходов станет победа политически привилегированных групп, а непривилегированные проиграют. Однако общее воздействие на экономику будет близким к нулю или, что более вероятно, негативным, ввиду присущей правительствам неэффективности.

Стоит ли звать на помощь МВФ?

Дарлинг призывает увеличить ресурсы Международного валютного фонда (МВФ) для «предотвращения распространения кризиса от корпораций на страны». Это исключительно символический жест. При том что вся мировая экономика составляет приблизительно 50 триллионов долларов, МВФ из своих самых больших расходов (2002 г.) предоставил странам-участницам менее 30 млрд. долларов или около 0,06 процента мировой экономики.
Не существует реальной возможности увеличить ресурсы МВФ таким образом, чтобы эта организация смогла оказать серьезное воздействие на нынешний экономический кризис или рецессию. Не стоит также стремиться к такому увеличению ресурсов, которое лишь отвлечет продуктивный капитал и денежные средства от других целей. Действительно, МВФ может помочь в отдельных случаях или в странах со слабой экономикой, однако в целом его воздействие на кризис будет ничтожным.

Противоположные цели

Наконец, Дарлинг призывает к реформированию глобального финансового регулирования. Здесь он выступает за совершенствование управления рисками «через возможности раннего предупреждения и коллегий супервайзеров». Это единственный пункт, где возможность соглашения между странами «большой двадцатки» вполне реальна и безвредна, хотя есть скепсис в отношении того, что совместная централизованная оценка рисков сможет реально их уменьшить. Напротив, она может повысить их, концентрируя мышление регулирующих органов лишь на актуальной проблеме сегодняшнего дня.
Еще большую озабоченность вызывает суждение Дарлинга о том, что «необходимо защитить потребителей, рынки и экономику от всех типов риска». Очевидно, однако, что именно благодаря риску предпринимателей экономика разных стран увеличивает свою производительность и растет. Риск всегда можно уменьшить – это и было отличительной чертой плановой социалистической экономики СССР и стран Восточной Европы – но только за счет роста и процветания. Мы можем лишь надеяться, что наши руководители центральных банков не зайдут в этом направлении слишком далеко.
Дарлинг считает, что один из способов снижения рисков – это ограничение соотношения собственных и заемных средств банков, требуя иметь больше резервов. Однако это уменьшит возможности банков по кредитованию. Это прямо противоречит тому, к чему призывал Дарлинг в качестве одного из основных приоритетов. Ограничение собственных и заемных средств банков, что уже регулируется во всех странах, вероятно, можно было бы откорректировать. Однако не стоит делать вид, что соотношение резервов и кредитования может быть увеличено в пользу первых без снижения объемов предоставленных займов.

Просто уйдите с дороги

Дарлинга можно простить за крикливую рекламу встречи министров финансов «большой двадцатки» и ее потенциального воздействия на мировой кризис. В конце концов, он ведь выступал в качестве принимающей стороны этого мероприятия, а его правительство сделало солидную политическую ставку на положительный результат. Однако остальные не должны иметь таких иллюзий. Лишь восстановление доверия к рынкам и ценам на активы положит конец болезни, которой мы страдаем. В этом смысле заявление правительств «большой двадцатки» о том, что они не будут вмешиваться в деятельность рынков, возможно, сделает гораздо больше для восстановления доверия, чем заявление о совместных действиях или новых регулирующих нормах.


ПРЕДЛОЖЕНИЕ О НОВОЙ ГЛОБАЛЬНОЙ ВАЛЮТЕ: ХОРОШИЙ ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ТЕАТР, НО ПЛОХАЯ ПОЛИТИКА

Директор Центра проблем международной торговли и экономики Фонда «Наследие» посол Терри Миллер напоминает, что недавно Россия и Китай призвали заменить доллар в качестве мировой резервной валюты и предложили вместо него использовать специальные права заимствования МВФ (CДР). Однако не спешите продавать свои доллары – это предложение имеет отношение, скорее, к театру международной дипломатии, чем к функционированию мировой экономики.
Председатель Центробанка Китая Чжоу Сяочунь, выступая с этим предложением, тем не менее, признал, что «это потребует чрезвычайной политической дальновидности и смелости». В переводе с дипломатического языка это означает: «Мы знаем, что это невозможно». То, что Чжоу и его российский партнер по этой инициативе, министр финансов Алексей Кудрин отнесли срок замены доллара на далекое будущее (по мнению Кудрина, это 30 лет), дает еще одно свидетельство, что данное предложение политически мотивировано и не предлагает решить актуальную и неотложную экономическую проблему.
Для Чжоу, как и для Кудрина, атака на доллар накануне экономического саммита «большой двадцатки» - это отличный театральный прием для выражения своего недовольства по поводу доминирования США в международной финансовой системе. Это также показатель их неудовлетворенности неэффективным подходом Соединенных Штатов к восстановлению мирового экономического роста и защите международной торговли и финансовых потоков. Они посылают ясный сигнал, что не намерены механически утверждать на саммите предложения США.

Доллар удобен для всех

В настоящее время доллар США – это главная мировая резервная валюта. Он начал выступать в этом качестве после краха золотого стандарта и распада Британской империи во второй половине ХХ века. Соединенные Штаты получают существенные преимущества от использования другими государствами доллара в качестве резервной валюты. Мировой спрос на доллары поддерживает ее стоимость на высоком уровне. Это означает, что импортируемые товары, включая такие основные сырьевые товары, как нефть, обходятся американцам значительно дешевле. Готовность иностранцев владеть американскими ценными бумагами (или деноминированными в долларах активами, например, облигациями Минфина США) делает возможным долговременный торговый дефицит Соединенных Штатов к выгоде американских потребителей.
Некоторые утверждают, что из-за высокой стоимости доллара американские производители уступают экспортные возможности и даже рабочие места иностранным производителям. Однако этот логический вывод работает для тех стран, чья национальная валюта не используется в качестве резервной. В большинстве стран, если курс национальной валюты растет, экспортные товары дорожают, и спрос на них падает. Однако спрос на экспорт из США неизменно рос, даже при высоком курсе доллара. Причина в том, что для других стран стоимость доллара как резервной валюты создает дополнительный спрос на доллар, превышающий ту стоимость, которая формируется обычными товаропотоками. Таким образом, люди готовы продавать Америке больше товаров, чем другим странам, с целью получения дополнительных долларов в качестве резервной валюты. Но при этом они также хотят покупать американские товары и услуги.
Другие страны также имеют от этого значительные выгоды. Самоочевидна практичность функции резервной валюты – располагать стабильным и легко конвертируемым товаром (в данном случае долларом), в котором можно хранить свое благосостояние. Доллар - это легкодоступное средство обмена, им можно расплачиваться практически за все. Более того, потребители могут быть уверены, что на доллар завтра можно будет купить практически столько же товаров, сколько сегодня. Трудно представить себе международную торговлю без какого-либо средства обмена типа доллара.
Однако еще важнее возникший в Соединенных Штатах дополнительный спрос на экспорт из других стран. Это побочный продукт мощной глобальной потребности в долларах. Этот потребительский спрос в США дал главный импульс для роста мировой экономики. В последнее десятилетие этот рост в мировом масштабе спас от нищеты миллионы людей. В отношении Китая этот основанный на экспорте экономический рост стимулировал создание новых рабочих мест. А это способствует социальной стабильности и ведет к росту доходов, пусть даже в отдельных секторах экономики и географических районах, которым авторитарное китайское правительство позволило присоединиться к мировой экономике.

Нереалистичное решение несуществующей проблемы

Создание новой мировой резервной валюты вместо доллара – ни что иное как решение несуществующей проблемы. Пока что доллар отлично выполняет функции резервной валюты. Продолжающееся укрепление доллара лишний раз доказывает его неизменную практичность в качестве резервной валюты и уверенность рынков в том, что он не утратит своей значимости в будущем. Кстати, эта уверенность распространяется и на российское и китайское правительства, которые располагают большими запасами долларов.
В то же время существует много причин, почему переход на СДР не имеет смысла.
* СДР не имеют истинной ценности. Они поддерживаются лишь добрыми намерениями и, если хотите, верой в МВФ. Сами по себе они ценности не имеют, и, по крайней мере, в настоящее время на них ничего нельзя купить. Правда, что людям нравится говорить, будто доллар поддерживается лишь доброй волей и доверием к американскому правительству. Однако в реальности доллар обеспечен товарами и услугами, произведенными американцами, и их готовностью обменивать эти товары и услуги на доллары. При этой готовности обменивать реальные вещи на доллары, существующей во всем мире, ценность доллара поддерживается не только американским народом или правительством США, но и фактически всеми производителями и потребителями в мире, взаимосвязанными через глобальные системы снабжения. Это и торгующие нефтью арабы, и производители текстиля из Бангладеш, и японские и корейские автопроизводители, и даже российские министры финансов и председатели китайского центрального банка. МВФ, однако, не производит ничего.
• Универсальная мировая валюта не способна отвечать разнообразным мировым потребностям. Экономики, растущие разными темпами, имеют различные потребности в сфере монетарной политики. Странам с быстро растущей экономикой требуется быстрый рост денежной массы. Странам с более медленным экономическим развитием не нужно столько денежной массы во избежание инфляции. СДР не способны соответствовать таким разнообразным потребностям. Их ценность определяется политикой МВФ, которая, в свою очередь, зависит от конкурирующих политических и экономических интересов международных дипломатов.
• Принятие СДР приведет к утрате транспарентности. Процесс установления запасов и ценности доллара совершенно прозрачен. Люди во всем мире точно знают, что делает Федеральная резервная система США, когда увеличивает денежную массу долларов или регулирует учетные ставки. Даже обоснование изменений быстро становится понятным из заявлений ФРС и публичных заявлений, которые управляющие ФРС обязаны делать по закону. МВФ намного менее транспарентен: представитель каждой страны, по всей вероятности, расскажет по-разному о том, что делается и зачем.
• СДР создадут новые финансовые осложнения и возможности для коррупции. Использование СДР добавит еще один этап к каждой международной сделке. Покупателям и продавцам придется конвертировать национальную валюту в СДР. Некоторым придется сначала переводить национальные деньги в конвертируемую валюту и уже потом в СДР. Это откроет новые возможности для произвола и коррупции или, по меньшей мере, сделает этот процесс более дорогостоящим из-за дополнительных сборов за обмен. Любители деривативов полюбят СДР: ведь они - тоже дополнительный слой, уводящий от чего-то с реальной стоимостью. СДР откроют замечательные возможности манипулировать и снимать сливки для валютных трейдеров и финансовых спекулянтов. Они также будут менее транспарентными, и нормальным людям будет труднее понять их. Они будут контролироваться международной организацией, у которой совсем мало демократической легитимности и подотчетности.

Глупая идея серьезных людей

Зачем русским и китайцам понадобилось предложить такое? Ведь они серьезные люди, а серьезные люди, как правило, не выступают с глупыми идеями. Простой ответ – это обида на Соединенные Штаты за их уникальную и доминирующую роль в этой системе. Это возможно, особенно в отношении русских. Однако, что более вероятно, китайцами и русскими руководит страх, что в настоящее время Соединенные Штаты не слишком хорошо справляются со своей экономикой и мировой экономической ролью. Вбрасывание мало реалистичного, но провокационного предложения – это самый верный способ дипломатическими средствами выразить озабоченность, не угрожая при этом нынешней системе, от которой они зависят так же, как и весь остальной мир.
Можно только предположить, что реакция США – безоговорочная защита доллара и его роли как резервной валюты и министром финансов Гейтнером, и председателем ФРС Бернанке – была именно тем, чего хотели добиться китайцы и русские. Это было для них дипломатическим трюком, а также предупреждением Соединенным Штатам о том, что все правильные или ошибочные действия этого государства немедленно отражаются не только на нем, но и на других странах. Америка не должна думать, что другие государства будут сидеть сложа руки в случае, если политика США начнет наносить ущерб как их экономическому росту, как и своему собственному.


ПРОГРАММА ПОМОЩИ СЕКТОРУ ГАЗА: ПОРА ПЕРЕСМОТРЕТЬ РАЗМЕРЫ АМЕРИКАНСКОЙ ПОМОЩИ ПАЛЕСТИНЦАМ

Эксперт по проблемам Ближнего и Среднего Востока Центра внешнеполитических исследований им. Эллисонов Института международных исследований им. Дэвисов Фонда «Наследие» Дж. Филлипс напоминает, что администрация Обамы объявила о крупном пакете помощи палестинцам сектора Газа в размере 900 млн. долларов с целью облегчить гуманитарную ситуацию и поддержать обанкротившуюся палестинскую администрацию (ПА). Это наращивание «мягкой силы» направлено на укрепление позиций умеренных палестинских лидеров и создание условий для возобновления палестино-израильских переговоров. Однако пока «Хамас» беспрепятственно обстреливает ракетами израильскую территорию, такие амбиции – не более чем попытки выдать желаемое за действительное.
Со времени подписания мирных договоренностей в Осло в 1993 г. Соединенные Штаты на двусторонней основе предоставили палестинцам щедрую финансовую помощь в размере 2,2 млрд. долларов. С 1950 г. еще 3,4 млрд. долларов поступили палестинцам в виде гуманитарной помощи через неэффективные организации ООН. Эта помощь:
• субсидировала благополучие палестинских беженцев;
• содействовала культивированию виктимизации и крикливого антиизраильского и антизападного радикализма;
• дала возможность некоторым палестинским группам сконцентрироваться на уничтожении Израиля, а не на обеспечении благосостояния и продвижении долгосрочных интересов палестинского народа.
В условиях жестокого экономического кризиса, с которым столкнулась Америка, администрация Обамы должна сделать следующее.
• Существенно снизить уровень этих чрезмерно амбициозных целей.
• Прекратить финансирование тех органов ООН, которые недостаточно тщательно проверяют своих сотрудников на предмет связей с террористами или не допускают внешнего аудита.
• Ужесточить ограничения на распределение помощи с тем, чтобы гарантировать ее неиспользование во враждебных целях.

Мягкотелый и «мягкосиловой» подход к достижению мира на Ближнем Востоке

В начале марта госсекретарь Х. Клинтон объявила на международной конференции в Шарм-эль-Шейхе (Египет) о решении администрации Обамы предоставить помощь в размере 900 млн. долларов. Этот пакет включает гуманитарную помощь палестинцам в Газе в сумме 300 млн. долларов, 200 млн. долларов для поддержки бюджета ПА и 400 млн. долларов на поддержание Палестинского плана реформ и развития ПА на Западном берегу Иордана.
Администрация Обамы утверждает, что эта массированная программа помощи не достанется «Хамасу» и другим террористическим группам. Она планирует распределять помощь через Палестинскую администрацию, НКО и органы ООН. Однако, несмотря на недавние реформы, ПА остается слабым и проблемным институтом, пораженным коррупцией. А у органов ООН есть свои интересы и антиамериканские и антиизраильские тенденции.
Крупнейшим органом ООН, участвующим в предоставлении помощи палестинцам, является Агентство ООН для помощи палестинским беженцам. Этот институт печально известен отсутствием прозрачности и эффективности, в него проникли сторонники «Хамаса» и другие палестинские радикалы. Это агентство ежегодно получает свыше трети миллиарда долларов в виде международного финансирования, и, по данным периодических отчетов, оно неэффективно и коррумпировано. Тем не менее, там не проводятся внешние или общественные аудиты. Такое отсутствие подотчетности особенно тревожно в связи с тем, что эту организацию хронически преследуют внутренние конфликты.
По данным многочисленных отчетов, агентство инфильтрировано террористами из «Хамаса». Как утверждает Главное бюджетно-контрольное управление правительства США, не менее 16 сотрудников агентства задерживались израильскими властями за преступления, несущие ущерб безопасности, а трое были осуждены военными судами за террористическую деятельность. Руководство Агентства ООН для помощи палестинским беженцам признавало ранее, что «Хамас», занесенный правительством США в список зарубежных террористических организаций, сумел в него проникнуть. Бывший генеральный комиссар агентства Питер Хансен вызвал в 2004 г. политическую бурю, заявив в интервью канадскому СВС: «Я уверен, что в агентстве работают и получают зарплату члены «Хамаса», и не считаю это преступлением. «Хамас» - это политическая организация, и это вовсе не означает, что каждый ее член – боевик. Мы не проводим политических проверок и не исключаем людей по политическим признакам».
Налицо конкретные примеры того, что радикалы действительно работают в агентстве. Например, министр внутренних дел «Хамаса» Саид Сайям работал в Газе учителем в школах агентства, а директор одной из этих школ Авас аль-Кид был руководителем ячейки, производившей ракеты для террористической группы «Исламский джихад». Ряд сотрудников агентства уволились, чтобы баллотироваться на палестинских выборах 2006 г. в качестве кандидатов от «Хамаса».
Несмотря на то, что Соединенные Штаты являются крупнейшим донором этого агентства ООН, оно продолжает сопротивляться реформированию и противиться проведению внешних аудитов своей деятельности. Вызывает удивление, что сайт агентства, где размещена информация о специальном призыве помочь Газе, предлагает донорам вносить денежные средства через Коммерческий банк Сирии, в отношении которого министерство финансов США ввело санкции за отмывание денег и подозрение в участии в их переводе террористическим группам. Очевидно, что чиновники агентства небрежно относятся к борьбе с терроризмом, и им нельзя доверять распределение помощи, предоставляемой американским правительством.

Нет субсидированию террористических групп американскими налогоплательщиками

Принимая во внимание, что в Агентство ООН для помощи палестинским беженцам» и в ряд НКО проникли террористы, Соединенные Штаты должны гарантировать, что их помощь не попадет в чужие руки. Член палаты представителей Марк Кирк (республиканец, шт. Иллинойс) предостерег: «Если мы направим 900 млн. долларов в этот регион, а «Хамас» сможет украсть лишь 10 процентов от этой суммы, все равно мы окажемся вторым по величине спонсором «Хамаса» после Ирана.
Конгресс должен внимательно изучить планы администрации Обамы по предоставлению помощи и убедиться, что исключена абсолютно любая возможность попадания денег американских налогоплательщиков в карманы членов террористических групп. Сенат должен вывести финансирование Агентства ООН для помощи палестинским беженцам и Палестинскую администрацию из законопроекта о расходовании 410 млрд. долларов, который в настоящее время находится на рассмотрении конгресса. Обе палаты конгресса должны провести слушания и реализовать свои надзорные полномочия с тем, чтобы гарантировать распределение помощи палестинцам в будущем в более скромных масштабах, через тщательно контролируемые НКО, а не через коррумпированные органы ООН, действующие вразрез с внешнеполитическими целями США.


ПОЧЕМУ СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ НЕ ДОЛЖНЫ ВСТУПАТЬ
В МЕЖПАРЛАМЕНТСКИЙ СОЮЗ

Старший научный сотрудник Центра свободы им. М. Тэтчер Института международных исследований им. Дэвисов Фонда «Наследие» Тед Бромунд напоминает, что Межпарламентский союз (МС), основанный в 1888 г. французом Ф. Пасси и англичанином Р. Кремером, изначально ставил целью укрепление мира путем регулярных контактов между парламентариями из стран с установившейся демократией. МС также поддерживал свободную торговлю и арбитраж между национальными государствами на основе уважения национального суверенитета. Словом, МС был воплощением либерального интернационализма конца XIX века.
Нынешний МС не имеет ничего общего с организацией, основанной Пасси и Кремером. Он грустное напоминание о том, как институты, созданные либеральными интернационалистами, были захвачены и извращены сторонниками автократий и противниками суверенитета. В настоящее время МС:
• не имеет стандартов членства в нем, и поэтому там доминируют репрессивные и антилиберальные режимы;
• не преследует каких-либо серьезных целей, но усиливает впечатление, будто эти режимы легитимны и ответственны, предоставляя им общепризнанную трибуну;
• является активным сторонником мер, направленных на ограничение суверенитета демократических государств и свободы слова.
Соединенные Штаты не являются членами МС и не должны в него вступать.

МС как он был задуман

Изначально МС был направлен на укрепление сотрудничества между суверенными демократическими государствами, не желавшими бороться со своими собратьями и поэтому предпочитавшими урегулировать споры посредством дипломатии и третейского суда. В этом видении не было места диктатурам. На втором заседании МС в 1889 г. были представлены лишь Великобритания, Франция, Италия, Испания, Дания, Венгрия, США и Либерия. Основатели МС стремились к формированию такого мира, где межгосударственные отношения выглядели бы так, как ныне существующие между Великобританией и Соединенными Штатами, то есть мира, где войны немыслимы, а разногласия урегулируются мирным путем.

Современный МС

К сожалению, нынешний МС не имеет ничего общего с организацией, основанной в 1888 г. В нем нет стандартов членства, и он по существу придает формальную легитимность худшим диктаторским режимам в мире. Высокоавторитетная неправительственная организация «Фридом хаус», которая ежегодно проводит ранжирование стран мира по степени их политической и экономической свободы, отмечает, что четверка «худших из худших» - Ливия, Северная Корея, Сомали и Судан – члены МС. В нее также входят такие диктаторские и автократические режимы, как Белоруссия, Куба, Иран, Лаос, Оман, Саудовская Аравия, Сирия, Тунис, Вьетнам и Зимбабве. К членам МС относятся такие известные отсутствием свободы страны, как Ангола, Бурунди, Конго, Демократическая Республика Конго, Сьерра-Леоне, Того, Украина и Венесуэла.
Для того чтобы осудить МС, достаточно одного того факта, что Северная Корея, Венесуэла и Зимбабве являются полноценными членами этой организации, предположительно ориентированной на «прочное создание представительной демократии». Однако и многие другие члены МС вызывают сомнения. Действительно, в эту организацию входят такие демократические и респектабельные государства, как все 26 союзников США по НАТО. Но это все старые члены, стоявшие еще у истоков МС. Их далеко превосходят по численности страны, вступившие в МС позже, например, 88 членов Движения неприсоединения и 49 членов Организации «Исламская конференция». Государства-члены этих организаций со слабой приверженностью либеральным и демократическим ценностям или с полным ее отсутствием контролируют 94 из 154 мест в МС.

Антилиберальная политика

Политика, которую проводит МС, отражает антилиберальный настрой его членов. МС больше не упоминает свободную торговлю, как некогда. Взамен, эта организация выступает в пользу «справедливой» торговли, которую она понимает как осуществление систематической дискриминации в торговле в интересах развивающихся стран, а также создание глобальных институтов, которое ограничит суверенитет демократических государств. МС больше не утверждает, что свободная торговля уменьшает власть автократий. Вместо этого, МС призывает страны к регулированию и структурированию всех аспектов экономической жизни. Этот призыв дает диктатурам, входящим в МС, неограниченные возможности обосновывать правоту своей интрузивной тирании.
Вместо признания того, что арбитраж предполагает наличие двух добровольных партнеров, МС делает лишь формальные заявления против палестинского терроризма, но постоянно осуждает Израиль за осуществление своего права на самозащиту. Вместо того чтобы защищать международную государственную систему, на которой он был основан, путем осуждения терроризма, МС подчеркивает «необходимость проводить различие между терроризмом и борьбой народов за освобождение своей земли и восстановление своих законных прав». Вместо выступления в защиту великого либерального принципа свободы слова делегаты МС ссылаются на необходимость контроля над «религиозными оскорблениями». Это кодовое слово для цензуры выступлений, критикующих радикальный ислам.

Лицемерие МС

Лицемерие многих делегатов МС, да и самой этой организации, поразительно. В октябре 2008 г. в ходе дискуссии о «свободе волеизъявления и праве на получение информации» китайский делегат заявил, что «все китайские граждане имеют право на свободное волеизъявление и могут доводить свою критику до государственной власти и государственных должностных лиц». В реальности, по словам исполнительного директора «Фридом хаус» Дж. Уиндзор, в Китае действует «сложная система ограничений на свободное распространение идей».
В декабре 2008 г. МС провел «Конференцию женщин-парламентариев и женщин, занимающих ответственные посты в политических системах стран-участниц Совета сотрудничества государств Персидского залива». Эта организация включает Саудовскую Аравию, где, даже по признанию МС, женщинам не разрешено ни голосовать, ни занимать государственные посты. В глазах МС это отнюдь не повод отстранения Саудовской Аравии от участия в конференции.
Лицемерие МС не просто лишает смысла его идеалистические слова, но также порочит честь и ставит под сомнение чистоту помыслов демократических государств, участвующих в этом фарсе. Безрассудно и опасно добиваться консенсуса через многосторонние переговоры с Саудовской Аравией о правах женщин, с Китаем о свободе прессы или об определении демократии с Северной Кореей. Стремясь к такому консенсусу, хорошие государства придают легитимность плохим режимам, и косвенно подразумевается, что к тем следует прислушиваться, когда на карту поставлена свобода личности. Автократии используют этот процесс лишь для того, чтобы дезориентировать и посеять сомнения среди демократических государств. Они манипулируют этим форумом, вроде бы призванным бороться за свободу, с целью добиться международного признания своих тиранических режимов. Для продвижения ценностей свободы не надо вести переговоры о них на основе многостороннего консенсуса с врагами. Необходимо показать, что свободные государства чтят эти ценности настолько высоко, что не видят необходимости вести достойные переговоры с диктаторами.

Друг диктаторских режимов

Судьба МС, как и судьба других международных организаций, выросших из либерального интернационализма конца XIX века, по-настоящему трагична. От выражения искренней надежды на лучшее мироустройство, основанное на свободной торговле, демократии и сотрудничестве на основе суверенной воли народов, они пришли к поддержке прямо противоположных ценностей.
Принимая страны, не разделяющие с ними основополагающие ценности, в качестве полноправных и равных членов, эти организации предали заложенные в них принципы. В их составе в настоящее время настолько доминируют враги, что реформировать их невозможно: автократии могут просто провалить любую меру, угрожающую их господству. Именно эта проблема заставила администрацию Обамы выйти из «Конференции Дурбан-II». Сейчас МС – это просто непрекращающийся Дурбан.
Такая ситуация вызывает сожаление, но ее необходимо воспринимать такой, какая она есть. Поэтому Соединенные Штаты не должны вступать в МС. Вступление в него будет подразумевать, что это респектабельная международная организация, не являющаяся другом диктаторским режимам или врагом либеральных ценностей и демократического суверенитета.


ДИСКУССИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» состоялась лекция на тему «Возвращение британских консерваторов: уроки для Америки» депутата британского парламента, бывшего лидера консерваторов Йана Д. Смита.
Опросы общественного мнения прогнозируют победу консервативной партии на всеобщих выборах в Великобритании и ее возврат во власть впервые с 1997 г. Смит рассказал о важности проблем социальной справедливости для возрождения британских консерваторов. На основе исследований, проведенных его исследовательской организацией – Центром социальной справедливости, он рассмотрел те принципиальные уроки, которые американские консерваторы могли бы извлечь из консервативного возрождения по другую сторону Атлантики.
Центр социальной справедливости работает с сетью организаций, которые эффективно борются с бедностью в Великобритании, и привносит свои ноу-хау и опыт в формулирование публичной политики. Он ставит цель восстановить институт традиционной семьи, снизить иждивенческую зависимость от социальных пособий, повысить социальное благосостояние и уменьшить размеры государства.

2. В Фонде «Наследие» состоялась презентация нового документального фильма «33 минуты», снятого силами сотрудников Фонда «Наследие».
Фильм «33 минуты» разоблачает чрезвычайно опасные мифы относительно защищенности Америки от ракетного удара. Правда жестока: ракета, запущенная против Америки, способна поразить запрограммированную цель на ее территории меньше чем через 33 минуты. В фильме содержатся захватывающие и полные драматизма видеоматериалы, а также эксклюзивные интервью с мировыми лидерами, включая М. Тэтчер, бывшего министра юстиции США Э. Миза и других. Он открывает глаза на то обстоятельство, что спустя годы после террористических актов 11 сентября 2001 г. американцы все еще остаются уязвимыми к ракетному удару. У США нет оборонительных возможностей для защиты городов, штатов и населения.
Президент Рональд Рейган сказал: «Исключительно от нас зависит, сделаем ли мы мудрый выбор между трудной, но необходимой работой по сохранению мира и свободы и соблазном игнорировать свой долг, слепо надеясь на лучшее, в то время как враги свободы становятся сильнее день ото дня».

3. Участники проекта «Политика в отношении России и Евразии» представили в Фонде «Наследие» доклад «Реалистичная программа действий для президентства Обамы». В дискуссии приняли участие ведущий исследователь по вопросам национальной безопасности Института стратегических исследований Колледжа сухопутных сил США С. Бланк, научные сотрудники Школы новейших международных исследований им. П. Нитце университета Дж. Хопкинса С. Корнелл, Р. Фридман и Д. Дженсен, а также научные сотрудники Фонда «Наследие» А. Коэн и П. Брукс.
Проект «Политика в отношении России и Евразии» был инициирован Фондом «Наследие» для содействия политикам в исполнительной и законодательной ветвях власти в формулировании политической линии в отношении России и Евразийского региона. В составлении доклада приняли участие тщательно отобранные специалисты с большим опытом и признанной репутацией в этой области, работавшие в республиканской и демократической администрациях, в области национальной безопасности, в сфере российских и евразийских отношений. Цель программы – не только описание, но и разработка реалистичных, реализуемых и сбалансированных рекомендаций.
Перед администрацией Обамы стоит множество разнообразных вызовов: глобальный финансовый кризис, вывод войск из Ирака, нетранспарентный, непредсказуемый, рвущийся к ядерному оружию Иран, опасный и неуправляемый Афганистан и все более хаотичный Пакистан. Еще один геостратегический вызов будет омрачать президентство Обамы и, возможно, вызывать беспокойство и у его преемника: Москва, стремящаяся добиться более сильной роли в глобальной архитектуре.
В последние годы под руководством Владимира Путина Россия проводила все более наступательную, если не сказать агрессивную, внешнюю политику. Это показала ее война с Грузией в августе прошлого года, ставшая водоразделом в постсоветской евразийской геополитике, а также российско-украинский газовый конфликт в январе с.г.
Несмотря на острый экономический кризис, Кремль стремится создать для себя «привилегированную сферу интересов» и доминировать над своими соседями. Россия сотрудничает с режимами-изгоями от Каракаса до Тегерана, использует зависимость Европы от природного газа в качестве инструмента внешней политики и намеренно раздувает конфликт из-за планов размещения ограниченной баллистической ПРО в Европе. В докладе анализируются разнообразные вызовы со стороны России, с которыми сталкиваются Соединенные Штаты и Европа.
Для отражения этих вызовов и сохранения безопасности Европы и Евразии составители доклада рекомендуют администрации Обамы провести всестороннюю оценку состояния российско-американских отношений и разработать детальную внешнеполитическую программу, которая защитит американские интересы, сдержит усилия России по созданию сферы своего влияния в «ближнем зарубежье», остановит агрессию против США, их союзников и стратегических партнеров, поможет России придерживаться нормы правового государства внутри страны и за рубежом и обеспечит равные условия в экономических отношениях, то есть заставит действовать в международной системе как ответственный игрок.

понедельник, 30 марта 2009 г.

Что было на неделе (23-29 марта)

Новый виток «газовой войны» между Россией и Украиной

На прошлой неделе обозначилась угроза новой «газовой войны» между Россией и Украиной, что может иметь серьезные экономические и политические последствия для обеих стран, так и для Европы в целом. Поводом для очередного конфликта стало соглашение между Киевом и Евросоюзом о реформировании украинской газотранспортной системы (ГТС). Согласно брюссельским договоренностям, Украина должна получить от «большой Европы» более 2,5 млрд. долларов на реконструкцию своей ГТС. В обмен Киев гарантирует прозрачность газового транзита и равный доступ к трубе.
Это соглашение вызвало резкое недовольство со стороны Кремля, поскольку лишает российский «Газпром» монополии на транзит российского газа через территорию Украины. Российская делегация, которая участвовала в брюссельских переговорах, даже покинула этот форум в знак протеста.
Незамедлительно последовали и санкции России против Украины и Евросоюза. Были, в частности, отложены российско-украинские межправительственные консультации, на которых должен был решаться вопрос о предоставлении Киеву кредита в 5 млрд. долларов. Отсрочка кредита может нанести серьезный удар по украинской экономике и правительству Тимошенко.
Более того, Россия планирует конкретные санкции против Евросоюза. Москва намерена пересмотреть отношения с европейскими компаниями, которые инвестируют в российскую энергетику, в случае, если «Газпром» не будет допущен к модернизации украинской ГТС. Помимо этого Москва может сократить закупки газотранспортного оборудования в Европе, которые в настоящее время запланированы на уровне 26 млрд. долларов. Фактически замораживаются и переговоры с ЕС о долгосрочном партнерстве. По сути дела, конфликт между Россией и Евросоюзом вышел в серьезную политическую плоскость.
Объяснение этому простое. Энергетические рычаги являются главным средством экономического и политического воздействия России как на ее соседей в постсоветском пространстве, так и на Европу в целом. Любое ослабление такого влияния воспринимается в Кремле как прямая угроза мощи и имиджу России как возрождающейся сверхдержавы. Кроме того, ослабление монополии на поставки и транзит энергоресурсов как следствие большей независимости и диверсификации европейских стран в энергетической сфере чревато существенными финансовыми убытками для России. В условиях острого экономического кризиса это, по сути дела, смерти подобно для нынешнего режима.
Москва негативно восприняла недавно подтвержденную приверженность Евросоюза строительству газопровода «Набукко» в обход России. Для консолидации своего энергетического влияния Кремль рассчитывал использовать переговоры с туркменским президентом Гурбангуды Бердымухаммедовым. Однако на встрече с туркменским лидером президенту России Дмитрию Медведеву не удалось добиться подписания самого важного для России соглашения – о строительстве газопровода «Восток-Запад», который свяжет северо-восточные газовые месторождения Туркмении с Каспием и поможет реализации российских планов по строительству Прикаспийского газопровода.
В результате обострения конфликта с Украиной и Европой Россия активизировала попытки в сотрудничестве с Турцией реанимировать и другой проект - расширение газопровода «Голубой поток» по дну Черного моря в обход Украины. В Москве считают, что это план поможет остановить «Набукко» и укрепить позиции «Газпрома» в Средней Азии и на Ближнем Востоке.
На сегодняшний день ситуация выглядит таким образом, что противоречия между Россией и остальной Европой по вопросам энергоресурсов перешли через определенную опасную черту.

Как российские партии видят выход из кризиса

Прошедшие на прошлой неделе дискуссии в правительстве, Госдуме и в руководящих органах парламентских партий показали, что у них нет четкого представления о путях выхода из экономического кризиса. Большинство партий, причисляющих себя к оппозиции, будь то КПРФ или ЛДПР, по сути дела ограничиваются набором популистских лозунгов, которые слабо помогут в борьбе с кризисом.
Показательным в этом плане стал пленум КПРФ. На нем много говорилось о том, что нынешний кризис демонстрирует "крах модели либерального капитализма", а альтернативой ему может быть только социализм. Примечательно, что в качестве примера такой "социалистической альтернативы" лидер коммунистов Геннадий Зюганов назвал США и программу Обамы.
О том, насколько далеки коммунисты от реальности, говорит, например, поставленная Зюгановым задача осуществить в этом году в связи со 130-летием со дня рождения И.В. Сталина «сталинский призыв в партию молодых, энергичных и талантливых людей».
Есть, правда, в антикризисных предложениях правительства и партий и некоторые позитивные с точки зрения свободной экономики моменты. Это, прежде всего, касается налоговой реформы. Фактически отпали планы увеличения налоговой нагрузки по социальным платежам с 26 до 34 процентов. Пока забыты и существовавшие у левых партий и ряда ведомств проекты восстановления прогрессивной шкалы подоходного налога. А лидер ЛДПР Владимир Жириновский и главный коммунист Геннадий Зюганов на встречах с премьером Путиным, не сговариваясь, предложили вообще заменить НДС налогом с продаж, как это имеет место в США. Причем Зюганов предложил установить размер этого налога в 4 процента. А лидер левоцентристской «Справедливой России» Сергей Миронов лоббирует уменьшение 13-процентного плоского подоходного налога для малоимущих слоев населения.
Понятно, что в условиях острого кризиса правительство вряд ли пойдет на сокращение налоговой нагрузки для населения, опасаясь резкого сокращения бюджетных поступлений. Однако тот факт, что большинство партий осознает необходимость низких налогов для стимулирования экономики, уже является неплохим признаком либерализации экономической мысли в России.

понедельник, 23 марта 2009 г.

Что было на неделе (16-22 марта)

Кремль подает противоречивые сигналы

На прошлой неделе президент Медведев встречался с ветеранами американской внешней политики, включая бывшего госсекретаря Генри Киссинджера, выступающими за улучшение российско-американских отношений, и положительно оценил последние шаги администрации Обамы. Медведев сказал, что «перезагрузка» в российско-американских отношениях не должна ограничиваться только словами, а реализовываться на практике.
Москве, безусловно, не могут не нравиться выдвигаемые бывшими и нынешними американскими оппортунистами предложения о пересмотре планов развертывания ПРО в Чехии и Польше, замораживании процесса приема Украины и Грузии в НАТО, о разработке новой архитектуры европейской безопасности с учетом российских предложений. Весьма импонируют Кремлю и другие рекомендации Вашингтону, сделанные комиссией бывших сенаторов Хейгла и Харта, - проявить максимум сдержанности в критике внутренней политики и ситуации с правами человека в России и фактически признать территорию бывшего СССР зоной особый интересов Москвы.
Однако сам Кремль пока еще воздерживается от шагов навстречу Вашингтону. Более того, как следует из выступления президента Медведева на коллегии министерства обороны, Россия подает США сигнал, что она и впредь намерена укреплять свой военный потенциал и прежде всего его стратегическую составляющую. В рамках масштабного перевооружения армии, намеченного на 2011 г., планируется принять на вооружение новые межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования «Тополь-М», ввести в строй новые атомные подводные лодки, оснащенные баллистическими ракетами «Булава».
На фоне широко обсуждающихся сейчас планов администрации Обамы по замораживанию программы ПРО наращивание российского стратегического потенциала может быть интерпретировано как прямой вызов Соединенным Штатам.
Вместе с тем, московское экспертное сообщество склоняется к мнению, что последние заявления Медведева о перевооружении российской армии имеют, скорее, внутриполитическую, чем внешнюю направленность. В вооруженных силах весьма обеспокоены нынешней военной реформой, которая ведет к существенному сокращению численности офицерского состава и упраздняет институт мичманов и прапорщиков. В условиях экономического кризиса это сокращение может тяжело сказаться на социальном положении большого числа военнослужащих, поскольку неминуемо возникнут трудности с обеспечением их жильем и работой.
Что касается военно-промышленного комплекса, то там нарастают опасения, что сокращение бюджетных ассигнований из-за кризиса подорвет финансирование государственных оборонных заказов и повлечет за собой закрытие ряда крупных оборонных предприятий - также с суровыми социально-экономическими последствиями в виде безработицы и резкого уменьшения доходов населения.
Таким образом, выступление Медведева в министерстве обороны было явно призвано успокоить и вооруженные силы, и ВПК, подтвердить приверженность нынешнего режима курсу на всестороннюю поддержку военного компонента государства.
В то же время, возникает целый ряд сомнений в том, что далеко идущие обещания Медведева армии и ВПК будут выполнены. Выдвинутые им планы слабо стыкуются с прежними военными программами правительства, в том числе и нынешней, которая должна действовать до 2015 г. Отдельные компоненты медведевского заявления уже сейчас оказываются под вопросом. Так, неясной остается ситуация со стратегическими ракетами морского базирования «Булава», на которые Москва возлагает большие надежды. Из десяти испытаний только пять оказались успешными. Еще предстоит выяснить, является это случайностью или свидетельством существенных технологических недоработок.
Острые дискуссии идут в российском правительстве вокруг неизбежного в условиях тяжелого кризиса сокращения бюджетных расходов. Российское руководство упорно не хочет сокращать социальные расходы, так как это может обострить социально-политическую обстановку в стране. Поэтому акцент пока делается на уменьшение несоциальных госрасходов. В проекте Минфина, представленном в правительство, серьезно урезаны расходы на ВС (на 77,1 млрд. рублей), а также ассигнования на другие силовые министерства и ведомства – МВД, ФСБ и МЧС. Планируется практически полностью прекратить финансирование модернизации правоохранительных органов и внутренних войск.
Вместе с тем, совершенно необязательно, что предложения Минфина на этот счет будут одобрены правительством. В условиях возможного обострения внутриполитической ситуации Кремлю, как никогда, необходима поддержка силовых структур, а сокращение ассигнований на них неизбежно оттолкнет силовиков и в перспективе даже может поставить под вопрос их лояльность режиму в случае чрезвычайной ситуации. Поэтому вполне вероятно, что сокращение силовых бюджетов будет носить символический характер, а основное бремя бюджетных неурядиц вновь ляжет на социальную сферу.

понедельник, 16 марта 2009 г.

Что было на неделе (9-15 марта)

Цена на нефть: вопрос жизни и смерти для российского правительства

Мировая цена на нефть – это поистине вопрос жизни и смерти для режима Путина-Медведева. Российская экономика в исключительно большой степени зависит от экспорта энергоносителей. Федеральный бюджет 2009 г., принятый более 6 месяцев назад, был рассчитан из чрезвычайно оптимистичной цены в 95 долларов за баррель. При ее нынешнем уровне в два с половиной раза ниже доходная часть бюджета, а, следовательно, и его выполнение в целом, находится в катастрофическом состоянии.
В условиях падения спроса на энергоносители на мировых рынках Россия мало что может сделать для повышения цены на нефть. Однако Кремль пытается воздействовать на международную конъюнктуру с помощью имеющихся у него рычагов. Наглядным примером стало беспрецедентное давление России на участников заседания ОПЕК в Вене с целью побудить их к снижению добычи нефти. Именно в снижении добычи Москва видит возможность повышения цен на нефть.
Российский вице-премьер Игорь Сечин выступил в Вене с опять-таки беспрецедентным по продолжительности докладом, в котором предлагал перейти на долгосрочные контракты между производителями и потребителями и шире практиковать резервирование нефти, то есть ее хранение и замораживание месторождений. Однако призывы Сечина, которые влекут за собой крупные затраты и убытки для производителей нефти, не были поддержаны большинством стран ОПЕК.
Более того, идея сокращения производства также не получила позитивного отклика в Вене, и решение об этом принято не было. А отдельные страны, не входящие в ОПЕК, например, Азербайджан, вообще намерены увеличивать добычу для обеспечения валютных поступлений.
Таким образом, Россия, которая официально не входит в ОПЕК, пока остается на обочине процесса формирования мировых цен на нефть и, как показала венская встреча, не в состоянии реально влиять на них. Непосредственной реакцией мировых рынков на недавнее заседание ОПЕК стало новое снижение цен на нефть, которое болезненно ударит по России.
Трудно складываются отношения в энергетической сфере между Россией и ее ближайшими соседями. Растущая привлекательность проекта «Набукко», который пойдет в обход России, ставит под сомнение продвигаемые Россией планы транзита энергоресурсов из Азербайджана через ее территорию в порт Новороссийск.
Позиция официального Баку имеет очень большое значение для Кремля. Как показал визит главы российского МИДа Сергея Лаврова в Азербайджан, Москва готова идти навстречу Баку в политическом плане в обмен на поддержку ее экономических устремлений. В частности, Россия стремится развеять опасения Азербайджана по поводу создания коллективных сил оперативного реагирования в рамках Организации Договора коллективной безопасности и может попытаться оказать давление на Армению с целью сближения Баку и Еревана по проблеме карабахского урегулирования.
Однако политические авансы со стороны Москвы необязательно приведут к изменению азербайджанской позиции. Российская линия, как обычно, отличается противоречивостью и непредсказуемостью. Незадолго до визита Лаврова появились сообщения о том, что Москва в безвозмездном порядке уже передала Еревану оружия на 800 млн. долларов. Пока эти сообщения не нашли подтверждения, но вполне возможно, что подобные планы действительно существуют. Ведь Армения является единственным союзником России в Закавказье и постоянно получает от нее политические, экономические и военные привилегии. Тесные связи между этими двумя странами постоянно являются серьезным раздражителем в российско-азербайджанских отношениях и ограничивают возможности Москвы выступать в качестве независимого и объективного посредника в процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Азербайджанское руководство с известным недоверием воспринимает обещания России в политической и экономической области, и это неминуемо сказывается на его подходе к сотрудничеству с Москвой в энергетической сфере.

Экономический кризис провоцирует рост ксенофобии и преступности в России

Безработица и социально-экономическая нестабильность, вызванная продолжающимся кризисом, уже привели к реальным социально-политическим последствиям в России. В Москве в структуре занятости традиционно высока доля гастарбайтеров, и сейчас многие из них потеряли работу. Соответственно, по данным московской милиции, увеличились показатели уличной преступности с их участием. В качестве ответной реакции растет волна насилия со стороны жителей Москвы в отношении иногородних, преимущественно выходцев с Кавказа и из Средней Азии. В 2008 г. москвичи совершили более 90 нападений на граждан неславянской внешности. Рост таких преступлений в сравнении с 2007 г., по официальным данным, составил 300 процентов.
На самом деле таких криминальных эпизодов гораздо больше, латентность этого вида преступности высокая. Просто нелегальные мигранты (а их в Москве десятки, если не сотни тысяч) предпочитают не обращаться в милицию, опасаясь выдворения.
Московские власти пока не имеют четкого представления о том, как бороться с ростом межэтнической напряженности и преступности в огромном мегаполисе. Выдвигаются планы резкого сокращения практики использования гастарбайтеров, создание карт районов, где наиболее вероятны конфликты на межнациональной почве и где необходимы особые меры по охране правопорядка. Однако эксперты сомневаются, что эти меры могут привести к нормализации обстановки в Москве. Отсутствует продуманная и целостная миграционная политика на федеральном и городском уровнях, а между декларируемыми обязательствами по международным соглашениям и действительным положением дел существуют серьезные нестыковки. Всё это отнюдь не способствуют разрешению конфликтов, а лишь загоняет проблему вглубь.
Возможное обострение экономической ситуации в стране приведет к еще большему усилению межэтнических конфликтов как в Москве, так и по всей Российской Федерации.

четверг, 12 марта 2009 г.

Анонс документального фильма "33 минуты"

23 марта в 18 часов по вашингтонскому времени (3 часа ночи 24 марта МСК) в Фонде «Наследие» состоится показ и презентация нового документального фильма «33 минуты», снятого силами сотрудников Фонда. В это время фильм будет демонстрироваться on-line на сайте heritage.org
Фильм «33 минуты» разоблачает чрезвычайно опасные мифы относительно защищенности Америки от ракетного удара. Правда жестока: ракета, запущенная против Америки, способна поразить запрограммированную цель на ее территории меньше чем через 33 минуты. В фильме содержатся захватывающие и полные драматизма видеоматериалы, а также эксклюзивные интервью с мировыми лидерами, включая М. Тэтчер, бывшего министра юстиции США Э. Миза и других. Он открывает глаза на то обстоятельство, что спустя годы после террористических актов 11 сентября 2001 г. американцы все еще остаются уязвимыми к ракетному удару. У США нет оборонительных возможностей для защиты городов, штатов и населения.
Президент Рональд Рейган сказал: «Исключительно от нас зависит, сделаем ли мы мудрый выбор между трудной, но необходимой работой по сохранению мира и свободы и соблазном игнорировать свой долг, слепо надеясь на лучшее, в то время, как враги свободы становятся сильнее день ото дня».
Приглашаем наших читaтелей посмотреть этот фильм on-line.

вторник, 10 марта 2009 г.

Что было на неделе (2-9 марта)

К чему приведут переговоры Сергея Лаврова и Хилари Клинтон

Женевская встреча руководителя российского МИДа С. Лаврова и госсекретаря США Х. Клинтон не вызвала большого интереса в России. В Москве не очень верят в возможность каких-либо быстрых успехов в развитии двусторонних отношений и решения многочисленных спорных проблем. Правда, некоторые сигналы, которые вашингтонская администрация подает Москве, в частности, в отношении ПРО в Европе, восприняты в Кремле с определенной надеждой, так как могут содействовать достижению российских внешнеполитических целей.
По мнению обозревателей, которые реалистично оценивают нынешнюю международную ситуацию, формирующийся сейчас подход администрации Обамы к отношениям с Россией страдает серьезными концептуальными изъянами. Циркулирующая идея о том, чтобы разменять размещение ПРО в Восточной Европе на более активное участие России в сдерживании ядерной программы Ирана, основана на ложных предпосылках. Во-первых, оппозиция со стороны Москвы планам размещения ПРО в Польше и Чехии явно преувеличена. Она носит, скорее, демонстративный, чем содержательный характер. В реальности, в Кремле никто не верит, что радар в Чехии и противоракеты в Польше могут угрожать безопасности России. Вопрос об американской ПРО является козырной картой Москвы в ее традиционной игре по использованию и нагнетанию противоречий между США и Западной Европой.
При этом расчет делается на то, что в обоих случаях – и при размещении, и при неразмещении ПРО – Москве удастся вбить клин между Вашингтоном и его союзниками по НАТО. В первом случае предполагается, что ответные меры России, вроде размещения ракет «Искандер» вблизи границ стран НАТО, напугают «старую» Европу и заставят ее элиты и население протестовать против американского решения. Во втором же случае – при отказе США от размещения ПРО - неминуемо возникнет кризис доверия к Америке как гаранту безопасности НАТО среди стран, относимых обычно к «новой» Европе. Признаки такой утраты доверия к США уже проявились в позиции польского правительства, которое не желает отказываться от принятия на своей территории американских противоракет.
Переговоры между Вашингтоном и Москвой о ПРО будут неизбежно восприниматься в европейских столицах как проявление слабости администрации Обамы и подрывать единство НАТО.
Что касается сотрудничества с Россией по иранской проблеме, то здесь администрация Обамы, похоже, преувеличивает возможности и желание Москвы влиять на Тегеран. Судя по всему, иранская ядерная программа уже приняла необратимый характер, и Россия мало что может сделать для того, чтобы остановить ее. Более того, влиятельные политические силы в России, связанные с военно-промышленным и ядерным комплексом, отнюдь не заинтересованы в прекращении исключительно выгодного для них ядерного сотрудничества с Тегераном.
Поэтому, если в администрации Обамы и существуют надежды, что в обмен на неразмещение ПРО Россия поможет Америке нейтрализовать ядерные амбиции Ирана, им вряд ли суждено сбыться. Переговоры с Москвой по сдерживанию ядерной программы Ирана также, скорее всего, будут носить сложный и длительный характер и по сути дела будут на руку Тегерану, давая ему дополнительное время для завершения ядерных разработок.
Таким образом, продвижение по тому пути, который вроде бы обозначился на женевской встрече Лаврова и Клинтон и может получить дальнейший импульс на апрельском саммите Медведева и Обамы в Лондоне, фактически не решает ни одной проблемы, а лишь усугубляет их.

Как развивается кризис в России

В последние недели наметилась некоторая стабилизация рубля по отношению к ключевым международным валютам. В результате фактически проведенной девальвации российской национальной валюты резко, почти на 40 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, сократился импорт. Это позволило несколько сбалансировать потери от экспорта и сохранить положительное сальдо внешней торговли.
Однако тенденция к сокращению экспорта продолжается, несмотря на благоприятную для него международную конъюнктуру ввиду девальвации рубля. За один только январь текущего года экспорт уменьшился более чем на 50 процентов. Это высвечивает серьезные изъяны в экспортной политике российского правительства. Она опирается главным образом на экспорт энергоносителей. Поэтому падение цен на них в мировом масштабе нанесло непоправимый урон российской экономике. В условиях слабой конкурентоспособности российских товаром даже 50-процентная девальвация рубля не спасает российских экспорт.
Принимаемые правительством меры свидетельствуют о том, что главные надежды оно по-прежнему связывает исключительно с возможным ростом цен на нефть. Правда, обозначилась тенденция к свертыванию некоторых амбициозных проектов, принятых в докризисную эпоху. Показательна в этом плане реорганизация аппарата правительства, в ходе которой фактически ликвидирован специальный департамент национальных проектов.
Как известно, именно грандиозные планы субсидирования здравоохранения, образования, сельского хозяйства и жилищного строительства, подкрепленные массированным вливанием нефтедолларов, помогли избранию Медведева президентом в 2008 г. Сейчас эти проекты – и в силу политической нецелесообразности, и по финансовым причинам – отодвигаются на второй план. А это неизбежно чревато нарастанием социальной напряженности и недовольства населения невыполненными обещаниями Кремля.

среда, 4 марта 2009 г.

Бюллетень Фонда "Наследие" №2 (106)

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО КОНГРЕССУ И ПРЕЗИДЕНТУ
СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ

В связи с принятием 13 февраля с.г. высшими органами государственной власти США пакета антикризисных мер президент Фонда «Наследие» Эдвин Фолнер обратился к конгрессу и президенту США с открытым письмом.
В течение последних 35 лет специалисты и аналитики Фонда «Наследие» активно участвовали в крупнейших общественно-политических дискуссиях в стране. За весь этот период мы ни разу не сталкивались с законопроектами с такими далеко идущими и революционными выводами для экономической политики, как Законопроект о восстановлении американской экономики и реинвестировании. И никогда раньше мы не сталкивались с законопроектом, настолько покрытым завесой секретности или закрытым для общественного обсуждения и честной дискуссии.
Это самый дорогостоящий законопроект из всех, когда-либо представленных в конгресс. Он предполагает значительное расширение вмешательства государства в повседневную жизнь практически каждого гражданина, каждого частного предприятия и каждой гражданской организации в стране. Это само по себе должно стать предметом широкой публичной и вдумчивой дискуссии. Вместо этого мы наблюдаем, как лидеры конгресса проталкивают внеочередное голосование по 1434-страничному законопроекту, который никто – повторю, никто – не имел возможности прочесть целиком, не говоря уже о его осмыслении и обсуждении.
Этот законопроект был разрекламирован как стимулятор экономики, несмотря на мнение Бюджетного управления конгресса США, что в долгосрочном плане он фактически замедлит экономический рост страны. Стимулирующая способность законопроекта, в лучшем случае, сомнительна, зато, безусловно, заставит пересмотреть общественный договор между американским народом и его правительством.
• Законопроект отменяет поддержанные обеими партиями и очень успешные реформы социального обеспечения 1996 г. и решительно расширяет государство «всеобщего благоденствия». Например, он предусматривает премирование штатов за расширение списков реципиентов пособий вместо того, чтобы помочь им найти хорошо оплачиваемую работу. В противовес давней практике он даст право на получение денежных пособий здоровым, взрослым, бездетным гражданам.
• Он подрывает концепцию федерализма, оказывая финансовую поддержку штатам, которые безответственно тратили средства, за счет налогоплательщиков тех штатов, которые проявляли финансовую осмотрительность.
• Он в значительной степени перераспределяет ответственность и полномочия в политике и практике здравоохранения от физических лиц к государству. Среди прочего, он предполагает создание нового федерального совета по охране здоровья, который будет решать, какие медицинские услуги «эффективны». Это фактически позволит государству игнорировать клинические решения частных врачей.
• Он преднамеренно вводит цензуру на религиозные проповеди и молитвы в школах, запрещая использование фондов «стимулирования» для объектов, используемых для преподавания сектантских вероучений, религиозных культов или теологических школ.

Этот перечень можно продолжить. Вышеизложенные или схожие положения будут означать фундаментальные перемены в американском обществе. Во многих случаях этот законопроект прямо бросает вызов широко распространенным американским ценностям.
Мы потрясены, что конгресс вообще задумал такие глубокие изменения при минимальной открытости и отсутствии необходимой скрупулезности. В прошлом широкий общественный диалог и полноценная дискуссия всегда и совершенно правомерно предшествовали крупным изменениям политического курса в отношении системы социального обеспечения, здравоохранения или торговой политики США. Именно так должны приниматься важные решения в демократическом обществе.
Отказ конгресса и администрации США разрешить дискуссию подрывает нашу демократию. Обе палаты конгресса временно отменили свои правила планирования бюджета, чтобы протолкнуть этот законопроект. Президент и спикеры палаты представителей и сената США нарушили торжественное обещание о том, что в течение нескольких дней до голосования законопроект будет доступен для публичного ознакомления с тем, чтобы американские граждане имели возможность узнать, в чем он заключается, и донести свою позицию до избранных ими официальных лиц.
Такой беспечный подход к управлению страной способен лишь подорвать веру общества в избранных должностных лиц и в государство в целом. Мы призываем конгресс и администрацию США выполнить обещания, реализовать заявленные идеалы и дать возможность демократическому процессу работать.


МЮНХЕНСКАЯ РЕЧЬ БАЙДЕНА: ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА АДМИНИСТРАЦИИ ОБАМЫ
ВЫСВЕЧИВАЕТ СЛАБОСТЬ И ЗАМЕШАТЕЛЬСТВО

Руководитель Центра свободы им. М. Тэтчер Института международных исследований им. Дэвисов Фонда «Наследие» Н. Гардинер отмечает, что в своем пространном выступлении на конференции по безопасности в Мюнхене 7 февраля с.г. вице-президент Дж. Байден впервые изложил концепцию внешней политики администрации Обамы на международной арене. Это выступление было обращено как к европейским, так и к ближневосточным лидерам «от имени новой администрации США, которая полна решимости задать новый тон в Вашингтоне и в отношениях США с другими странами».
Речь Байдена следует воспринимать как одну из самых слабых перспективных оценок лидерства США за рубежом за последнее время. Послание было невнятным, апологетическим, чрезмерно примиренческим, ему явно не хватало содержания и детализации. Эта речь, полная банальностей и «диплояза», могла бы с успехом быть произнесена каким-нибудь европейским бюрократом из Брюсселя, Парижа или Берлина. Она не прозвучала как голос самого мощного государства на Земле.
В своей речи вице-президент сделал все возможное, чтобы не обидеть таких противников Америки, как Иран и «Хамас», или ее стратегических конкурентов, таких как Россия. Можно было подумать, что мир царит во всем мире и что ему не угрожает глобальный терроризм или опасное государство-изгой, стремящееся к получению ядерного оружия.
В своих комментариях Байден коснулся ряда ключевых областей – от Ирана до реформы НАТО. Все они вызывают большую обеспокоенность американской администрации, однако его речь не дала ответов на важнейшие вопросы.

Иран

Вице-президент подтвердил готовность новой американской администрации вступить в прямые переговоры с исламистским режимом в Тегеране. По сути, Байден предложил сделку с Ираном по принципу «услуга за услугу». Нечто похожее в течение ряда лет предлагал Евросоюз и потерпел сокрушительный провал. Такая сделка основывается на наивном предположении, будто иранская теократия – это нормальный государственный игрок, который играет по правилам дипломатии и с которым можно вести переговоры. В речи Байдена полностью отсутствовало ясное предупреждение о последствиях, то есть действиях - от более жестких экономических и военных санкций до применения силы против иранских ядерных объектов, - которые могут быть применены в отношении правительства президента Махмуда Ахмадинеджада или правящих мулл, если они не подчинятся. В речи не прозвучало призыва к странам Евросоюза, например, к Германии, ужесточить их санкции в отношении Тегерана или обращения к России и Китаю усилить санкции по линии Совета безопасности ООН.

ПРО

Вице-президент заявил, что Соединенные Штаты «будут продолжать разработки противоракетной обороны для противодействия растущему потенциалу Ирана при условии, что технология окажется действенной и экономически выгодной». Однако Байден не дал обещания реализовать план развертывания третьего позиционного района ПРО в Восточной и Центральной Европе. Это лишь усилило замешательство в Польше и Чехии, двух ключевых союзниках США, согласившихся участвовать в этой системе обороны, предоставив свою территорию для ракет-перехватчиков и РЛС раннего предупреждения. Кроме того, советник по национальной безопасности Дж. Джоунс подтвердил в интервью британской газете «Обсервер», что планы обороны третьего позиционного района «заморожены». Это решение, по словам одного высокопоставленного натовского чиновника, - явная попытка примирения с Москвой.

Россия

Помимо отказа признать независимость сепаратистских грузинских регионов Абхазии и Южной Осетии в речи Байдена практически больше не было свидетельств о намерении администрации Обамы проводить жесткую линию в отношении агрессивного поведения России в «ближнем зарубежье» или ее попыток раздражать или запугивать ее соседей на Кавказе или в Восточной Европе. Примечательно, что Байден не упомянул об американской поддержке Плана действий по членству Грузии и Украины в НАТО или о жестоком вторжении России в Грузию прошлым летом.
Готовность команды Обамы привлечь Россию к переговорам по третьему позиционному району создает опасный прецедент и является явным сигналом, что Россия может получить больше влияния в отношении планов расширения НАТО. Как выразился Байден в своей речи, «в последние несколько лет произошло опасное смещение в отношениях между Россией и членами нашего Альянса. Пора нажать на кнопку перезагрузки и заново пересмотреть многие сферы, в которых мы можем и должны работать вместе». Стратегически для новой американской администрации было бы наивно и рискованно игнорировать все более воинственную и националистически настроенную Москву, которая активно «играет мускулами» в Европе и во всем мире.

НАТО

Хотя вице-президент подтвердил важность НАТО и необходимость ее сохранения в ХХI веке, он фактически поддержал политику, подрывающую эту организацию и ослабляющую влияние в ней Соединенных Штатов. В Мюнхене Байден выступил в поддержку полной реинтеграции Франции в «структуры НАТО», и, как сообщается, французские офицеры займут в них две высших командных должности – в Командовании по трансформации и Объединенном командовании в Лиссабоне. В своей мюнхенской речи Байден также дал понять, что Соединенные Штаты «поддержат дальнейшее укрепление европейской обороны, возрастание роли Евросоюза в обеспечении мира и безопасности и намного более крепкое партнерство между НАТО и ЕС.
Эти перемены дадут Парижу (и его главному союзнику Берлину) большую власть и влияние в рамках этой организации, несоразмерные с его минимальной военной ролью в операциях альянса. Такой шаг в конечном итоге приведет к перераспределению влияния Вашингтона и Лондона в пользу континентальной Европы. Это, несомненно, проложит путь к развитию «оборонной идентичности ЕС», направляемой Францией и Германией.

Афганистан

Байден охарактеризовал войну в Афганистане как высший внешнеполитический приоритет для администрации Обамы, призвал к более тесному сотрудничеству с союзниками США в Европе, а также с правительством Пакистана. Однако вице-президент избежал упоминания щекотливого вопроса о неспособности многих европейских государств внести вклад в урегулирование конфликта. Это упущение свидетельствует о слабости и неготовности бросить вызов самоуспокоенности и безразличию европейцев.
Свыше двух третей 50-тысячного контингента, входящего в состав Международных сил содействия безопасности во главе с НАТО на полях сражений в Афганистане, - это представители англо-говорящих стран: США, Великобритании, Канады и Австралии. 85 процентов потерь приходится на эти страны. Численность войск Великобритании (8900 чел.) в Афганистане превышает контингенты всех остальных государств ЕС, вместе взятых. Многие из них, например, Германия, используют десятки «оговорок» с целью уберечь свой личный состав от потерь.

Война против терроризма

В выступлении Байдена явно отсутствовало упоминание о войне против терроризма и необходимости для США и их союзников быть готовыми к длительной и тяжелой борьбе с исламским терроризмом. Байден в мягких выражениях говорил об «общей борьбе против экстремизма» и о «горстке воинственных экстремистов вне досягаемости голоса разума», а также о том, что в мусульманском мире необходимо найти «новые пути вперед, основанные на взаимных интересах и взаимоуважении». Байден ни словом не обмолвился о колоссальных масштабах глобальной войны против «Аль-Каеды» и ее союзников. В речи вице-президента «Аль-Каеда» упоминается лишь однажды, да и то в контексте Афганистана.
Байден избегал прямого упоминания террористических ударов «Хамаса» против Израиля. Не было высказано ни слова поддержки наступательной операции Израиля против «Хамаса» в Газе. Это предполагает существенный отход администрации от открытой поддержки Израиля.
Байден также предпочел полностью проигнорировать успехи контртеррористических операций США в Ираке, достигнутые благодаря увеличению численности американских сил и огромному прогрессу в обеспечении безопасности в стране, ранее охваченной войной. Это позволило в конце января провести в Ираке практически полностью мирные региональные выборы.

Воспевание «мягкой силы»

Речь вице-президента Байдена по своей сути была типично европейской по стилю. В ней было стремление угодить всем, отсутствовали конкретные политические рекомендации. Она была завуалирована туманными заявлениями, чтобы не обидеть кого-либо в зарубежных столицах, включая самых отъявленных врагов США. Выступление Байдена стало праздником «мягкой силы», которую администрация Обамы цинично переиначила в «умелую силу».
Американское лидерство – это не состязание в популярности, а реалистичное проецирование интересов США. Вместо проецирования мощи и решительности в международном масштабе подход новой администрации к внешней политике выглядит сумбурным и невнятным. Слова Байдена высветили внешнюю политику с опасно уязвимым подбрюшьем, чем немедленно воспользуются оппоненты США на мировой сцене.
Вашингтон должен мощно, решительно и убедительно противостоять иранской ядерной угрозе, возрождению талибов в Афганистане, глобальной угрозе «Аль-Каиды» и запугиванию Евросоюза со стороны России. Внешняя политика, способная достойно ответить на эти угрозы, должна включать готовность применить максимальную силу там, где необходимо, развернуть всеобъемлющий противоракетный щит в Европе и увеличить военные расходы для защиты Соединенных Штатов и свободного мира.


РОССИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ ПОСЛЕ МАНАСА:
НЕ ТОРОПИТЕСЬ НАЖИМАТЬ КНОПКУ ПЕРЕЗАГРУЗКИ

Ведущий эксперт по проблемам России и Евразии и международной энергетической безопасности Института международных исследований им. Дэвисов Фонда «Наследие» Ариэль Коэн напоминает, что на международной конференции по безопасности в Мюнхене вице-президент США Дж. Байден предложил Америке «нажать кнопку перезагрузки» в отношениях с Россией. Однако администрация Обамы должна проявлять осторожность и не допускать, чтобы Москва воспользовалась недавно достигнутыми успехами в Евразии. Улучшение отношений между США и Россией желательно, но подход к Кремлю по принципу «пряники и цветы» не сработает. После войны с Грузией в августе прошлого года Россия ведет широкомасштабное наступление по всей Евразии. Кремль настолько озабочен расширением сферы своего влияния, что даже нынешний жестокий экономический кризис, вызвавший 50-процентное падение рубля по отношению к доллару и 80-процентную потерю капитализации российского фондового рынка, не остановил его рывок в «ближнее зарубежье».

Уведомление о выдворении

Тревожным звонком для Вашингтона должно было стать уведомление о выдворении американской базы, с которым выступил президент Киргизии Курманбек Бакиев, находясь в Москве в присутствии российского президента Дмитрия Медведева. Он заявил о своем желании, чтобы американские силы покинули авиабазу в Манасе, которая с осени 2001 г. является главным транзитным узлом для доставки войск, оружия и военной техники США и НАТО в Афганистан. Судя по реакции Байдена, администрация Обамы отнюдь не намерена «дразнить медведя» или, что еще хуже, не обеспокоена требованием Бакиева, инспирированным Россией.
Ей следовало бы обеспокоиться. Теперь, когда короткий маршрут через Пакистан стал опасен из-за возрастания интенсивности ударов со стороны талибов (важнейший мост через Хайберский перевал был взорван в начале февраля), все большую значимость для обеспечения снабжения сил США и НАТО в Афганистане приобретает более длинный, но менее опасный центрально-азиатский путь. В Кремле хорошо понимают ситуацию – коллективная память хранит воспоминание о советской катастрофе в Афганистане в 1979-1989 гг.
На протяжении ряда лет Россия и Китай оказывали давление на Киргизию и Узбекистан с тем, чтобы они выдворили американские базы. В 2005 г. Узбекистан сдался и заставил США покинуть авиабазу в Карши-Ханабаде. Манас оставался единственным транзитным пунктом для американских войск.
В этом году Москва предложила киргизскому правительству, ощущающему острую нехватку денежных средств, кредитный пакет в размере 2 млрд. долларов по ставке ниже рыночной. Большая часть этой суммы должна пойти на строительство гидроэлектростанции. Внешний долг страны был прощен, а еще 150 млн. долларов выделено в виде помощи. Этот пакет компенсировал годовую стоимость аренды Манаса в 17 млн. долларов и ежегодную помощь Киргизии от США в размере 150 млн. Россия также использовала тайные операции и факторы влияния для подстрекательства к уличным антиамериканским демонстрациям и организации кампании в СМИ и тем самым оказала давление на киргизский режим.

Десантники и базы

Одновременно Организация Договора коллективной безопасности СНГ (ОДКБ), в которой доминирует Россия, объявила о создании коллективных сил оперативного реагирования (КСОР). Президент Медведев уточнил, что по своим возможностям эти силы будут соответствовать силам быстрого реагирования НАТО. Основой нового КСОР будет российская воздушно-десантная дивизия и десантно-штурмовая бригада, усиленная подразделениями из Армении, Белоруссии, Казахстана, Узбекистана и Таджикистана (всего около 15 тыс. чел.). Узбекистан будет участвовать в операциях на разовой основе. КСОР может использоваться не только для борьбы с внешним противником, но и для подавления «цветных революций» и народных волнений, которых авторитарные режимы, входящие в ОДКБ, единодушно боятся.
Россия также объявила о строительстве трех военных баз в сепаратистской Абхазии: военно-морской базы в Очамчире, авиабазы в Бомборе около Гудауты и горно-стрелковой базы в Кодорском ущелье. Такое развертывание не только нарушает условия прекращения огня, достигнутые при посредничестве французского президента Н. Саркози после российско-грузинской войны 2008 г., но и расширяет возможности России проецировать свою военную силу на Закавказье. Это ставит под угрозу и без того уже шаткое положение Грузии, а также крупнейшие нефте- и газопроводы из региона Каспийского моря в Турцию и Европу.
Россия предприняла дополнительные шаги для укрепления своего влияния на территории от Польши до Тихого океана. Она инициировала создание совместной с Белоруссией системы ПВО и ПРО, которая может обойтись в миллиарды долларов. Она также объявила о создании стабилизационного фонда для государств СНГ в размере 10 млрд. долларов. Большую часть этой суммы (7,5 млрд. долларов) возьмет на себя Москва. Причина этих безудержных расходов проста – деньги и оружие консолидируют контроль над союзниками.
Президент Медведев заявил, что если США хотят просить о транзите в Афганистан, их представителям следует приехать не в столицы центрально-азиатских государств, а в Москву. Таким образом, Россия сначала создает проблему, а затем предлагает ее решение. Однако это лишь лучший вариант развития событий. В худшем случае, по мнению ряда московских аналитиков, Россия попытается извлечь выгоду из поражения США в Афганистане. Во-первых, это будет реванш за советское фиаско 1980-х гг., а во-вторых, что значительно важнее, это поражение высветит крах мощи НАТО, а с ним и глобального доминирования Америки.
Судя по всему, Россия ошибочно считает, что вместе с Китаем и Ираном сможет собрать осколки в Афганистане и помешать талибам распространить свое влияние на союзников России в Центральной Азии и Закавказье. Однако долгосрочную системную угрозу «мягкому подбрюшью» на юге России представляют радикальные исламисты, а не Америка. А ответов на эту угрозу у России нет.

Империя превыше всего?

Неудивительно, что Россия стремится обезопасить то, что президент Медведев в своей речи 31 августа 2008 г. назвал «зоной привилегированных интересов». Эти действия находятся в соответствии с политикой, сформулированной почти 20 лет назад лидером евразийской школы российской внешней политики Е. Примаковым. Многие евразийцы склонны считать Америку стратегическим противником.
Примаков возглавлял Службу внешней разведки при Ельцине, а затем был министром иностранных дел и премьером. В 1994 г. по указанию Примакова российская внешняя разведка опубликовала доклад, призывавший к российскому доминированию в «ближнем зарубежье» - над новыми независимыми государствами, возникшими на развалинах рухнувшей советской империи.
Позже Примаков продвигал идею многополярного мира, где влиянию США будет противостоять Россия, Китай и Индия. В настоящее время призывы Путина и Медведева перекликаются с заявлениями Примакова в том, что касается новой геополитической и экономической архитектуры, основанной на масштабных сферах влияния, - не только в Европе, но и во всем мире.

Спешка – враг мудрости

Желание администрации Обамы «нажать на кнопку перезагрузки» понятно. Имея Москву в союзниках, возможно, было бы легче добиться разоружения, нераспространения, стабилизации в Афганистане и санкций для сдерживания ядерных амбиций Ирана. Однако спешка – это враг мудрости, когда дело касается 200-летних отношений между Россией и Америкой.
Соединенные Штаты должны искать альтернативы Манасу, в частности, в Туркмении, Узбекистане и Таджикистане. Они не должны позволить Москве воспользоваться своими успехами в Евразии, особенно на Кавказе, и оставить новые независимые государства на милость российской сферы влияния.


РАКЕТНЫЙ ГАМБИТ СЕВЕРНОЙ КОРЕИ

Эксперт по проблемам Северо-восточной Азии Центра азиатских исследований Фонда «Наследие» Б. Клингнер полагает, что Северная Корея, возможно, готовится произвести испытательный пуск ракеты большой дальности «Тепо Донг-2» со своего восточного побережья. Пуск ракеты или даже заметная подготовка к такому пуску станут следующим шагом Пхеньяна в эскалации давления на Соединенные Штаты и Южную Корею с целью смягчения их политики в отношении диктаторского режима в Северной Корее. Разумеется, это поставит в крайне неловкое положение администрацию Обамы, которая накануне поездки госсекретаря Х. Клинтон в Азию, вроде бы, стала отходить от ряда твердых позиций, которые Обама занимал в ходе избирательной кампании.
Пхеньян посылает администрации Обамы сигнал, что несмотря на смену власти в США, Северная Корея не станет занимать более уступчивую позицию, направленную, – возможно, в первую очередь – на принуждение южнокорейского президента Ли Мён Бака к отзыву своих требований кондициональности, взаимности и транспарентности при взаимодействии с Северной Кореей.

Цель - Северная Америка

Ученые до сих пор не имеют ясности относительно дальности и забрасываемого веса ракет «Тепо Донг-1» и «2», а также их возможных модификаций. В докладе Национальной разведки США 2001 г. дается следующая оценка двухступенчатой ракеты «Тепо Донг-2»: «она способна нести полезный груз в несколько сотен кг на расстояние до 10 тыс. км. Этого достаточно, чтобы нанести удар по Аляске, Гавайям и отдельным континентальным штатам США». Согласно докладу, добавление третьей ступени способно увеличить дальность полета до 15 тыс. км, что позволит ракете с забрасываемым весом достигать всей территории Северной Америки.
Возможно, Северная Корея реально и не планирует запуск ракеты, то есть Пхеньян может стремиться достичь дипломатических целей без эскалации напряженности за пределы контрпродуктивного уровня. Запуск Пхеньяном ракеты «Тепо Донг-2» в 2006 г. настолько возмутил Китай, его союзника, что Пекин молчаливо согласился с инициированной Соединенными Штатами резолюцией ООН против Северной Кореи. Понимая, что любая активность на ракетном испытательном полигоне будет зафиксирована спутниками и истолкована как подготовка к пуску, Пхеньян, вероятно, надеется, что тревога в связи с эскалацией напряженности приведет к ослаблению переговорных позиций Южной Кореи и США. Ведь администрация Буша смягчила-таки свою позицию, когда в конце 2008 г. Северная Корея выступила с угрозой вторичной переработки плутония.
Возможно, действия Северной Кореи – это также и попытка дать импульс возобновлению двусторонних переговоров, которые были сорваны в конце президентского срока Клинтона. Тогда Пхеньян требовал 1 млрд. долларов ежегодно за прекращение экспорта ракетных технологий. США отвергли это требование и попытались достичь более широких договоренностей. Однако требование Северной Кореи о проведении саммита и ее отказ обсуждать детали соглашения в ходе визита госсекретаря США М. Олбрайт в Пхеньян в октябре 2000 г. и на двусторонних встречах в ноябре 2000 г. в Куала-Лумпуре предопределили провал инициативы.

Рискованный гамбит

Пуск ракеты – это гамбит с высокой степенью риска. Если Северная Корея произведет успешный пуск ракеты «Тепо Донг», это существенно изменит потенциал угрозы для Соединенных Штатов и их азиатских союзников. Предыдущие запуски Пхеньяном ракет «Тепо Донг» в 1996 г. и 1998 г. потерпели неудачу, а ядерное испытание в 2006 г. было лишь частично успешным. Успешный пуск ракеты, теоретически способной достичь территории США с ядерной головной частью, опрокинет представление об уменьшении военной угрозы со стороны Северной Кореи. Пхеньян рассчитывает, что международная озабоченность в связи с нарастанием напряженности смягчит требования к Северной Корее о полном выполнении ею обязательств по денуклеаризации. Пхеньян попытается смягчить международный гнев, заявив, как это было во время пуска ракеты в 1998 г., что он просто осуществляет запуск спутника гражданского назначения.
Новый неудачный запуск северокорейской ракеты большой дальности не только в очередной раз даст пищу для комиков в вечерних шоу, но и существенно уменьшит восприятие Северной Кореи как военной угрозы и подорвет тем самым ее переговорные позиции. Подобная неудача снизит остроту успеха на переговорах по ракетам, и в шестисторонних рамках. Пхеньян сможет компенсировать это путем нагнетания напряженности иным путем, например, инициировав военно-морскую конфронтацию с Южной Кореей в Желтом море, как это уже было в 1999 г. и 2002 г.
Пуск ракеты может стать первым внешнеполитическим испытанием для администрации Обамы. В ходе президентской кампании Барак Обама заявил, что «если северные корейцы не выполнят своих обязательств, мы должны будем вновь ввести ранее приостановленные санкции и рассмотреть незамедлительное введение новых ограничений». Как отреагирует президент на пуск северокорейской ракеты? Будут ли жесткие предвыборные слова и выступление Обамы на слушаниях, посвященных утверждению в должности госсекретаря Клинтон, подкреплены не менее решительными действиями?

Что должны сделать США

• Подчеркнуть контрпродуктивный характер действий Северной Кореи и поставить под сомнение эффективность Пхеньяна как партнера в переговорах. Привлечь внимание к тому факту, что переговоры затягиваются не из-за «враждебной политики США», как утверждает Пхеньян, а в связи с угрожающей воинственностью Северной Кореи.
• Подтвердить приверженность США защите своих союзников против северокорейских провокаций, включая пуски ракет и противостояние ВМС в Желтом море.
• Четко подтвердить обещание министра обороны Р. Гейтса сбить северокорейскую ракету, если она приблизится к территории США.
• Подчеркнуть, что северокорейская ракетная угроза демонстрирует постоянную необходимость для Соединенных Штатов, Японии и Южной Кореи разрабатывать и развертывать системы ПРО.
• Заявить, что Соединенные Штаты готовы возобновить переговоры по устранению северокорейских ракетных угроз в отношении ее соседей. Однако такие переговоры должны всесторонне сдерживать разработку, развертывание и распространение ракет, не ограничиваясь просто денежными выплатами в обмен на отказ от экспорта ракетных технологий. Такие переговоры также не должны отвлекать внимание от требований шестисторонних переговоров в отношении денуклеаризации Пхеньяна.
• Настаивать, чтобы все страны-участницы ООН полностью выполнили существующие обязательства. Пуск ракеты Северной Кореей будет явным нарушением резолюций ООН №1695 и №1718. Вашингтон должен также настоять на том, чтобы Совет Безопасности ООН принял доработанную резолюцию, которая включала бы ссылку на статью 42 Устава ООН, в соответствии с которой санкции имеют обязательный характер и могут быть применены с использованием военных средств.
• Предпринять многосторонние усилия с участием финансовых, военных, правоохранительных и разведывательных организаций с целью введения санкций против северокорейских и других иностранных компаний, которые связаны с разработками северокорейских ракет и ОМУ и их распространением.

Реализация вышеперечисленных рекомендаций гарантирует, что Соединенные Штаты пошлют Пхеньяну, азиатским союзникам США и остальному миру ясный сигнал: они не потерпят ядерную Северную Корею.


США ДОЛЖНЫ НАСТАИВАТЬ НА ТРАНСПАРЕНТНОСТИ
КИТАЙСКИХ ИНВЕСТИЦИЙ

Эксперт в области экономической политики Центра азиатских исследований Фонда «Наследие» Д. Сизерс отмечает, что Китай является крупнейшим иностранным держателем государственных долговых обязательств США. Кроме того, только в последние несколько лет он инвестировал около 100 млрд. долларов в Африке, на Ближнем Востоке и других регионах.
Финансовый кризис высветил большую роль китайских инвестиций в облигации США и заставил задаться вопросами, будут ли полезны китайские инвестиции в обыкновенные акции и в другие активы? В то же время существует тревога, что Китай перестанет покупать американские облигации. Одновременно тревогу вызывает тот факт, что китайская инвестиционная экспансия выйдет за пределы одних только облигаций в Соединенных Штатах и во всем мире.
Главный вопрос в связи с внешними инвестициями Китая - это его намерения. Цели ключевых заинтересованных игроков, в целом, неясны. Многие аналитики считают, что эти инвестиции определяются политическими, а не коммерческими целями. Это вызывает тревогу в свете огромных финансовых ресурсов, которыми располагает Китай.
Китай не слишком интересован в максимальных прибылях со своих капиталовложений. Широко разрекламированная Инвестиционная корпорация Китая фактически является второстепенным игроком, а доминирует в этой сфере Государственное управление валютного регулирования (ГУВР). Хотя ГУВР – крупнейший в мире инвестор с объемом капиталовложений почти 2 трлн. долларов, китайские внешние инвестиции в целом все еще уступают американским.
Китай покупает преимущественно облигации США. Что касается глобальных расходов на прочие активы, приобретения в сфере металлургии в последнее время немного превышают приобретения в энергетической сфере. Австралия – это самое крупное государство-объект для прямых китайских инвестиций. Кроме того, осуществляются значительные ранее запланированные расходы в Африке южнее Сахары, арабский мир получает сравнительно мало.
Наибольшее удивление вызывает тот факт, что участие КНР в глобальных рынках капитала пока еще не очень значительно. Оно могло бы быть гораздо больше. Существуют проблемные сделки на сумму приблизительно 100 млрд. долларов, реализация которых осложняется рыночными условиями, внешним противостоянием или вето самого Пекина. Следовательно, распространение китайских иностранных инвестиций не является неизбежным, и их форма может складываться под влиянием внешних и внутренних факторов.
Несмотря на эти препятствия, Китай, судя по всему, будет продолжать массированное иностранное инвестирование. Капиталовложения в облигации, судя по всему, будут более значительными, чем в другие активы. Минеральные ресурсы сохранят доминирующую роль среди объектов прямого инвестирования. В то же время выход из финансового кризиса и накопленный опыт будут содействовать расширению его масштабов.
Если Пекин не увеличит транспарентность своих внешних инвестиций и не откроет иностранному капиталу доступ к своим активам, развитые рынки могут отгородиться от Китая, а конкуренция за активы в развивающемся мире политизируется. В худшем случае, нарушение китайской государственной компанией американских или международных санкций может вызвать экономический конфликт.
В лучшем случае, Пекин согласится повысить транспарентность своих внешних инвестиций и пойдет на увеличение взаимности для иностранных инвестиций в Китае, что позволит снять оба основных возражения Запада. Тогда внешние инвестиции Китая смогут набрать обороты, особенно в отношении прямых капиталовложений. Они смогут вырасти до масштабов третьей волны, вслед за эпохой нефтедолларов 1970-х гг. и японскими инвестициями 1980-х.
Даже если внешние прямые инвестиции Китая возрастут незначительно, это обострит конкуренцию за глобальные активы. Американское руководство может столкнуться с определенными издержками, пытаясь управлять вступлением Китая в глобальную экономику на принципах свободного рынка. Однако попытка предотвратить это вступление обойдется значительно дороже.
В свете того, что прямые зарубежные инвестиции КНР будут продолжаться, главная проблема заключается в отсутствии транспарентности. Под воздействием Международного валютного фонда Китай присоединился к «Общепринятым принципам и практике суверенных фондов накопления богатства», но ему предстоит сделать многое, чтобы его практика внешних инвестиций стала транспарентной. Менее неотложной, но потенциально полезной будет дополнительная транспарентность с американской стороны для благоприятствования китайским инвестициям, а также договоренность с Китаем о предоставлении более широкого доступа на его рынки.
Американский политический курс в идеале должен включать следующие действия.
• Министерство финансов и представитель США по вопросам торговли в ходе международных переговоров должны настаивать на том, чтобы не только Инвестиционная корпорация Китая, но и ГУВР, и другие государственные органы рассматривались как суверенные фонды накопления богатства, подпадающие под добровольную международную практику, которая в настоящее время формируется.
• Комитет по иностранным инвестициям США и другие государственные системы проверки должны быть максимально транспарентными, но максимально гибкими в процессе проверки. Критерии, по которым оцениваются иностранные инвестиции, должны быть установлены перед подачей документов, а не создаваться постфактум.
• Представитель США по вопросам торговли и Комитет по иностранным инвестициям США должны координировать свои действия с тем, чтобы участники переговоров располагали информацией, необходимой для превращения фактора взаимности в очевидный принцип на переговорах по расширению доступа на рынки.
• Министерство финансов должно провести работу для обеспечения успеха многосторонних усилий по отбору лучшей информации о деятельности суверенных фондов накопления богатства во всем мире, а не только в развитых странах.


ДИСКУССИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» состоялась лекция бывшего советского разведчика Виктора Суворова, который представил свою книгу «Главный виновник: великий план Сталина начать вторую мировую войну». В своей книге Суворов рассматривает только что ставшие доступными советские документы и дает новую оценку существующего исторического материала, проанализировав стратегический план Сталина по покорению Европы и мотивы его спорной поддержки нацистской Германии.
Суворов утверждает, что стратегия Сталина основывалась на вере Ленина в то, что коли первая мировая война не воспламенила коммунистическую революцию во всем мире, то потребуется вторая мировая война. В своей книге автор разоблачает Сталина как диктатора, поглощенного замыслом осуществления мировой революции любой ценой, включая заигрывание с Гитлером и Германией. Хотя разжечь революцию Сталину не удалось, он достиг таких ключевых целей, как установление коммунистических режимов в Восточной Европе, Китае и Северной Корее.
В своей лекции Суворов поделился мнением о том, что нынешний российский премьер и бывший полковник КГБ Владимир Путин фактически следует «нереволюционному» варианту «великого плана» Сталина, продавая оружие Северной Корее и Ирану и используя запасы российской нефти и газа для воздействия и запугивания стран «ближнего зарубежья» и Европы.

2. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги ныне покойного У. Бакли «Рейган, каким его знал Уильям Бакли». В ней Бакли вспоминает о своей тридцатилетней дружбе с человеком, который вывел консервативное движение Америки из политического забвения прямо в Белый дом. Рональд Рейган и Бакли были политическими союзниками и близкими друзьями на протяжении всей политической карьеры Рейгана. Они вместе проводили отпуск и обменивались шутками, понятными только им двоим. Когда Рейган был избран президентом, Бакли просил его не предлагать ему должностей в новой администрации. Однако Рейган рассчитывал назначить его на пост посла США в Афганистане, оккупированном в то время советскими войсками. До конца своего президентства Рейган называл его «господин посол». В день вывода советских войск он направил Бакли поздравление с тем, что он собственноручно изгнал Красную армию, даже не отправившись в Кабул. На протяжении десятилетий Рейган и Бакли понимали друг друга, учились друг у друга, и они вместе изменили историю.

3. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия на тему «Пожар по соседству: наркокартельный кризис в Мексике и что должны сделать США». В дискуссии приняли участие генерал в отставке Б. Маккафри, бывший заместитель помощника министра обороны по делам Западного полушария С. Джонсон, директор Института Мексики Центра международных исследователей В. Вильсона А. Сили и старший эксперт по латиноамериканским проблемам Фонда «Наследие» Р. Уолзер.
Президент Кальдерон и мексиканский народ вовлечены в нескончаемый конфликт с местными наркокартелями. В 2008 г. число жертв в этой трудной битве исчислялось уже тысячами, что потрясло общественное мнение в стране. Под руководством президента Кальдерона вооруженные силы и правоохранительные органы Мексики глубоко втянуты в этот конфликт, проходя при этом стадию реформирования и модернизации. Трансграничные последствия борьбы с наркокартелями влияют на торговлю, инвестиционный климат и безопасность границ.
В связи с нелегальной наркоторговлей из Мексики Управление национальной политики наркоконтроля США пришло к следующему выводу: «Мексиканские организации, занимающиеся незаконным оборотом наркотиков, представляют величайшую угрозу для Соединенных Штатов как форма организованной преступности». Одновременно оружие, большие объемы наличности и химические вещества, используемые в производстве наркотиков, поступают из США в Мексику. В соответствии с Меридской инициативой администрации Буша, Мексика, Центральная Америка и отдельные государства Карибского бассейна получают помощь в размере 1,5 млрд. долларов для борьбы с наркоторговлей. Однако с приходом администрации Обамы неопределенность приоритетов, конкурирующие тактические подходы и потенциальные политические расхождения в Вашингтоне могут изменить или ослабить ответные меры США по противодействию и использованию правоохранительных органов против наркоторговли и открыть пути для опасного раскола сил внутри Мексики.

4. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Российско-украинская «газовая война»: уроки для Европы и США». С основным сообщением выступил почетный профессор Центра российских исследований им. Дэвиса Гарвардского университета Маршалл Голдман.
В ходе дискуссии отмечалось, что российско-украинские кризисы из-за газа возникали и раньше. Самым известным был конфликт в 2006 г., когда Россия прекратила поставки газа на Украину на три дня. Однако последняя «газовая война» продолжалась две недели и нарушила нормальный образ жизни в 20 странах – закрывались заводы, люди в домах замерзали, несколько человек умерло от холода. Этот кризис продемонстрировал стратегическую зависимость Европы от российского газа и высветил необходимость незамедлительного изменения этой ситуации. Несмотря на лоббистские усилия Москвы, этот кризис послужил тревожным звонком для многих европейцев. Они призывают к большей диверсификации источников энергоснабжения, маршрутов транзита и усилению координации между правительствами. Для Украины кризис четко обозначил необходимость модернизации энергетического сектора, борьбы с коррупцией и отсутствием транспарентности и углубления реформы. По оценкам Международного энергетического агентства, этот кризис подорвал репутацию России как надежного поставщика энергоресурсов. Он также нанес вред позициям Украины как основного транзитера нефти.
Участники дискуссии попытались найти ответы на следующие вопросы. Что говорит «газовая война» о роли России как поставщика энергоресурсов и зависимости Европы как ее крупнейшего клиента? Вернется ли Европа к обычным отношениям с Россией? Каковы главные уроки для Европы? Что этот кризис говорит об Украине как государстве-транзитере? Останутся ли в торговле газом между Россией и Украиной по условиям новой российско-украинской газовой сделки подозрительные компании-посредники? Что будет с проектом «Набукко» - главной альтернативой российским газовым поставкам? Каковы уроки для политики США и последствия «газовой войны»?

5. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги «Угроза все ближе к дому: Уго Чавес и война против Америки», в которой принял участие один из ее соавторов Майкл Роуэн. Он бывший президент Международной ассоциации политических консультантов, с 1970 г. участвовал в организации избирательных кампаний в 14 странах, в 2006 г. консультировал одного из кандидатов в президенты Венесуэлы М. Росалеса. С сообщением также выступил бывший посол США в Венесуэле (1986-1989 гг.) Отто Рейч, в прошлом высокопоставленный сотрудник госдепартамента.
В ходе дискуссии отмечалось, что венесуэльский «каудильо» Уго Чавес стремится к продолжительному пребыванию на президентском посту, выходящему далеко за рамки даже второго срока администрации Обамы. Как и его любимый герой Фидель Кастро, Чавес надеется остаться раздражающим фактором для многочисленных американских президентов. Оперируя своей концепцией «революции Боливара» и «социализма для XXI века», Чавес использует богатые нефтяные запасы Венесуэлы для финансирования социалистического эксперимента внутри страны и щедрых субсидий для своих единомышленников на Кубе, в Боливии и Никарагуа. Он выступает за независимость Латинской Америки от влияния США и занимается созданием глобальной антиамериканской коалиции вместе с Ираном, Россией и другими государствами.
Администрация Обамы еще не сформулировала своей позиции по этому вопросу. До инаугурации команда нынешнего президента посылала Каракасу противоречивые сигналы - от надежды на примирение до резких заявлений об авторитарных тенденциях Чавеса и его сомнительных друзьях. Формирование реалистичной политики для отражения угрозы со стороны Чавеса станет важнейшим вызовом для внешнеполитической команды Обамы.