понедельник, 16 февраля 2009 г.

Что было на неделе (9-15 февраля)

Принесет ли результаты оживление в российско-американских отношениях

На прошлой неделе обозначилось существенное оживление в российско-американских отношениях. В Москве побывали заместитель госсекретаря США Уильям Бернс, новый директор по России в Совете национальной безопасности Майкл Макфол, заместитель помощника госсекретаря по проблемам Центральной и Южной Азии Патрик Мун.
Повестка дня российско-американских отношений вроде бы многоплановая. Это и ядерное разоружение, и проблемы противоракетной обороны, и сотрудничество в отношении ситуации в Афганистане. Обозначились контуры антикоррупционного соглашения, которое, как считается, может стать первым документом, подписанным администрацией Обамы и Кремлем.
Однако эта активизация отнюдь не вызывает эйфории. Вопрос по-прежнему заключается в том, насколько все ведущиеся переговоры будут реально результативными, а не просто создавать видимость внешнеполитического сближения. Дипломаты обеих стран имеют большой опыт в создании показухи, которая только вуалирует существующие разногласия и, по сути дела, усугубляет противоречия.
Многое в позициях сторон по обсуждающимся вопросам еще неясно. Более того, создается впечатление, что по ряду тем, например, в отношении нового договора по стратегическим ядерным вооружениям, четкой позиции ни у России, ни у США вообще нет. То есть идут переговоры о переговорах, а это сам по себе длительный процесс.
Ситуация в Афганистане действительно требует радикальных решений. Они вполне могут носить совместный характер. Вопрос, однако, в том, совпадают ли долгосрочные интересы России и США в Афганистане. Урегулирование афганской проблемы в том русле, как его видит Вашингтон, воспринимается в Москве как потенциальный фактор ослабления российского влияния в регионе. Поэтому существуют и будут существовать естественные пределы и ограничения на пути российско-американского сотрудничества по Афганистану.
Россия фактически лишила США важных для их транзита в Афганистан военных баз в Киргизии и Узбекистане (ни у кого не вызывает сомнения, что и Бишкек, и Ташкент приняли соответствующие решения под давлением Москвы). Теперь вопросы организации транзита фактически находятся под контролем Москвы, и именно она будет решать, в каком формате и в каких объемах он будет осуществляться. Эти решения совсем необязательно будут совпадать с планами США и НАТО, и поэтому трения здесь будут неизбежны.

Что показывает экономическая дискуссия в России

На прошлой неделе в Москве было презентовано сразу два доклада, посвященных перспективам экономического развития России. Выступление заместителя главы президентской администрации Владислава Суркова было выдержано в оптимистических тонах и содержало призыв к реализации программы «Стратегия-2020», выдвинутой премьером Владимиром Путиным еще до кризиса. Призывы кремлевского чиновника были восприняты скептически. Время, прошедшее со времени принятия «Стратегии-2020», радикально изменило экономический и социальный ландшафт в стране. Сейчас этот документ очень напоминает нечто вроде программы КПСС, которая была принята на партийном съезде в 1961 г. и содержала заведомо невыполнимое обещание построить коммунизм к 1980 г. Как известно, коммунизм отправился на свалку истории. То же самое может случиться с декларациями «Стратегии-2020». Однако Кремль, судя по всему, не хочет отказываться от популистских лозунгов и сохраняет их в своем пропагандистском арсенале.
«Институт современного развития», который, как считается, представляет реалистически мыслящее крыло в российской элите, выступил с более пессимистическими оценками экономической ситуации. В его докладе подчеркивается серьезный характер экономического спада и отвергается правительственная версия о том, что кризис в России вызван исключительно западной заразой.
В отличие от официального курса на поддержку крупных финансовых институтов и корпораций, которые получают финансовую помощь благодаря близости к Кремлю и Белому дому, доклад «Института современного развития» акцентирует необходимость стимулирования малого и среднего бизнеса. Именно он, по мнению авторов доклада, способен оживить экономику и вывести страну из кризиса. Однако маловероятно, что эти здравые рекомендации лягут в основу правительственного курса. Их выполнение не принесет тех колоссальных корыстных выгод для правительственных чиновников и их партнеров в бизнесе, которые заложены в нынешних антикризисных схемах.

понедельник, 9 февраля 2009 г.

Что было на неделе (2-8 февраля)

Россия самоутверждается в постсоветском пространстве

Несмотря на жестокий экономический кризис, российское руководство продолжает курс на усиление своих позиций в постсоветском пространстве и выдавливание США и НАТО из тех регионов, которые Москва считает зоной своего влияния. Прошлая неделя ознаменовалась целым рядом событий, которые шли в этом русле. Под мощным давлением Москвы Кыргызстан принял решение о выдворении со своей территории американской военной базы в Манасе. В награду Бишкек получает беспрецедентные льготы со стороны Москвы – выгодный кредит на сумму 2 млрд. долларов, финансовую помощь в размере 450 млн. и списание киргизского долга в 180 млн. долларов. И хотя стороны отрицают какую-либо связь между финансовой помощью и закрытием американской базы, очевидно, что решение Бишкека по Манасу именно «куплено» Москвой.
На прошедших в Москве саммитах в рамках Евроазиатского экономического сотрудничества (ЕврАзЭС) и Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ) Кремль также вел линию на консолидацию своего влияния в пространстве бывшего Советского Союза. Для борьбы с кризисом в ЕврАзЭС создается совместный фонд в размере 10 млрд. долларов, из которых три четверти придется вносить Москве.Зато она получает дополнительные рычаги контроля над экономикой сопредельных стран.
Дорогостоящим проектом станет и создание коллективных сил оперативного реагирования (КСОР), решение о которых было принято на саммите ОДКБ. Россия выделит в это формирование большую часть его личного состава – воздушно-десантную дивизию и десантно-штурмовую бригаду (всего около 8 тыс. человек), Казахстан- одну десантную бригаду. А остальные страны предоставят в состав КСОР всего лишь по батальону. С существенными оговорками присоединился к этому проекту Узбекистан.
Президент Медведев утверждал, что новое формирование будет сопоставимо по своей мощи с силами НАТО. Однако это, скорее, стремление выдать желаемое за действительное, чем реальность. Формирование КСОР займет достаточно много времени, а их эффективность и боеспособность остаются под серьезным вопросом. Тем не менее, решение по КСОР однозначно свидетельствует о планах Москвы создать в постсоветском пространстве своеобразный противовес США и НАТО. В этом же русле идет решение России и Белоруссии сформировать совместную ПВО. Эта договоренность также практически куплена Москвой: Лукашенко уже получил двухмиллиардный долларовый заем от России и ожидает нового транша в 3 млрд. долларов.
Разумеется, все эти договоренности закладывались еще в докризисный период. когда их будущее выполнение обеспечивалось российскими сверхдоходами от экспорта энергоносителей. Сейчас процесс их реализации по инерции может серьезно повредить России. В условиях экономического кризиса у Москвы уже нет прежних финансовых возможностей для самоутверждения. Создавая новые вооруженные силы и оплачивая их содержание из собственного кармана, Москва все больше вовлекается в дорогостоящую гонку вооружений. Рост затрат на поддержание лояльности в рамках ЕврАзЭС и ОДКБ становится все более тяжким бременем для российской экономики.
Безусловно, в Кремле не могут не понимать, что без поддержки операций НАТО в Афганистане безопасность России в перспективе может оказаться под серьезной угрозой со стороны талибов. Поэтому Россия вроде бы согласилась восстановить пути транзита для американских невоенных грузов в Афганистан через свою территорию. Замысел состоит в том, чтобы максимально контролировать любые поставки со стороны НАТО в Афганистан и по возможности получать от них финансовые выгоды. Однако Москва может и просчитаться в случае, если Киргизия, даже получив российскую финансовую помощь, все же договорится с Вашингтоном о продлении функционирования американской базы в Манасе.
Примечательно, что на западном направлении Россия занимает сейчас выжидательную позицию, корректирует свою линию с учетом сложившейся кризисной реальности. Выступление вице-премьера Сергея Иванова на мюнхенской конференции по проблемам безопасности не ознаменовалось какими-либо фейерверками типа антизападной речи Путина там же два года назад и в целом было выдержано в примирительных тонах.
На встрече с руководством Еврокомиссии в Москве и Медведев, и Путин тоже воздерживались от острой полемики и делали вид, будто частично принимают критику со стороны Евросоюза по поводу протекционистских мер и ущемления гражданского общества в России. Однако практических результатов сближения с Западом пока не видно.

Как в России борются с кризисом

На прошлой неделе в российской экономике продолжалось нарастание кризисных явлений. Падение рубля по отношению к доллару превысило уровень, который председатель Центробанка Сергей Игнатьев объявил предельно допустимым всего лишь 10 дней назад. По бивалютной корзине рубль еще больше приблизился к верхней границе установленного ЦБ коридора.
Подведенные Росстатом итоги инфляции за январь также не внушают оптимизма. По официальным, явно заниженным, данным, она составила 2,5 процента. В прогнозном пересчете на год это может дать 30-процентный уровень инфляции.
Тем не менее, правительство осуществляет такие экономические меры, которые в минимальной степени способствуют оздоровлению экономики в целом, зато помогают тем экономическим и финансовым структурам, которые близки к правительству. Так, например, крупнейшая военно-промышленная государственная корпорация «Ростехнологии», которая в прошлом году получила от государства активы в размере до 20 млрд. долларов, теперь просит от него еще семь с лишним "антикризисных" миллиардов в виде денежных средств и государственных гарантий. Учитывая, что во главе «Ростехнологий» стоит близкий к Путину Сергей Чемезов, вероятность получения корпорацией этой суммы весьма велика.
В практическом плане это означает, что для оказания помощи действительно нуждающимся в ней компаниям может не хватить средств. На прошлой неделе правительство уже объявило о свертывании программы рефинансирования частного внешнего долга из существующих резервов в размере 50 млрд. долларов. Это сразу резко понизило рейтинг России на международных финансовых рынках. Падение платежеспособности России, как считают на Западе, в ближайшее время будет продолжаться.

понедельник, 2 февраля 2009 г.

Что было на неделе (26 января - 1 февраля)

Что происходит в Кремле и вокруг него

Прошедшая неделя дала богатую пищу для размышлений и пересудов среди кремленологов как внутри России, так и за ее пределами. Власть – президент Дмитрий Медведев и премьер Владимир Путин - подавала целый ряд сигналов, которые можно было интерпретировать и как попытки определенной либерализации внутренней политики, и как проявления нарастающих разногласий между президентом и премьером.
Медведев отозвал из Госдумы представленные туда правительством поправки к Уголовному кодексу, которые серьезно расширяли толкования понятий «государственная тайна», «государственная измена» и «шпионаж». Они могли бы активно использоваться спецслужбами для борьбы с политической оппозицией, НКО, инакомыслием и просто любой критикой в адрес государственных чиновников. Теперь кремлевской администрации поручено "доработать" законопроекты для повторного внесения в парламент.
Кроме того, президент встретился с бывшим лидером СССР Михаилом Горбачевым и главным редактором «Новой газеты» Дмитрием Муратовым, которые считаются одними из наиболее последовательных критиков действий правительства. Медведев выразил соболезнование по поводу убийства адвоката Станислава Маргелова и журналистки «Новой газеты» Анастасии Бабуровой, что было воспринято в экспертном сообществе как признание политического характера преступления, возможно, осуществленного экстремистскими элементами.
Обратила на себя внимание и определенная мягкость правоохранительных органов в обращении с участниками антиправительственных демонстраций, которые состоялись в Москве в минувшие выходные под лозунгами критики антикризисных действий властей. Более того, в интервью с болгарскими СМИ Медведев четко обозначил за собой право критиковать Путина и его правительство, несмотря на тесные отношения между президентом и премьером. Это заявление было воспринято как попытка Медведева самоутвердиться в качестве единоличного лидера страны.
Примечательно и то, что, по заявлению источника в российском Генштабе, Москва прекратила реализацию плана размещения ракет «Искандер» в Калининградской области, вблизи польской границы, поскольку новый президент Обама не проявляет пока спешки с развертыванием американской ПРО в Восточной Европе. И хотя этих «Искандеров» пока вообще нет, это заявление интерпретируется в Москве как своеобразный сигнал доброй воли Кремля для новой администрации в Вашингтоне.
В свою очередь, Путин в выступлении на Мировом экономическом форуме в Давосе поразил участников небывало либеральными заявлениями. В отличие от своей обычной практики, премьер лишь мягко покритиковал США, зато сделал упор на ошибочности чрезмерного государственного вмешательства в экономику и слепой веры во всемогущество государства. У некоторых экспертов даже возникла мысль, будто в подготовке путинской речи участвовал его бывший советник, а ныне сотрудник американского Института Катона Андрей Илларионов.
Однако удивление по поводу путинской речи, в общем-то, неправомерно. Как показывает опыт, Путин обычно говорит аудитории то, что она желает от него услышать. Тема ограничения государственного вмешательства, безусловно, привлекательна для многих в Давосе и на Западе в целом. В условиях тяжелого экономического кризиса в России Кремль уже не может позволить себе постоянно бросать вызов Западу и вынужден прибегать к мимикрии. Либеральные заявления Путина в Давосе косвенно свидетельствуют о признании российскими властями того факта, что и внутри страны спрос на либеральную идею сохраняется.
Разумеется, преувеличивать значение заявлений Путина в Давосе не стоит. В неофициальных заявлениях там же, в Швейцарии, российский премьер, по сути дела, дезавуировал сам себя, дав понять, что такие сферы экономики, как самолетостроение, атомная промышленность, а также нефть и газ, не могут развиваться без прямого эффективного влияния государства. По мнению Путина, смысл ограничения государства – в том, что на него нельзя целиком перекладывать ответственность за проблемы частных компаний. А оно само вправе решать, кого поддерживать, а кого - нет. Эти оговорки радикально меняют смысл официального выступления Путина.
Что касается отношений между Путиным и Медведевым, то разногласия между ними, безусловно, существуют. Ни тот, ни другой не хотят жертвовать своей популярностью и брать на себя ответственность за тяжелые последствия кризиса. У каждого из них есть свои специфические преференции в деловой среде. Однако и преувеличивать эти расхождения не стоит. В конечном итоге, оба они принадлежат к одной команде и не могут не понимать, что нарастающий кризис серьезно угрожает их властным позициям. Им обоим важно не допустить перерастания недовольства населения в «цветную революцию». Того островка стабильности, как называли российские лидеры свою страну еще несколько месяцев назад, больше не существует. Кризис нарастает. Пределы валютного коридора, которые Центробанк две недели назад установил для рубля в расчете на несколько месяцев, были почти достигнуты на прошлой неделе, и обесценивание национальной валюты продолжается быстрыми темпами.
Президент и премьер, по-видимому, понимают, что без поддержки Запада России не обойтись. Поэтому задача улучшения имиджа России за рубежом вновь выходит на передний план. Отсюда, вероятно, и некоторые сигналы внутренней либерализации, и либеральная риторика за рубежом.