четверг, 25 декабря 2008 г.

Бюллетень Фонда "Наследие" №12 (104)

ЯДЕРНЫЙ ИРАН НЕПРИЕМЛЕМ ДЛЯ США:
МЕМОРАНДУМ ДЛЯ НОВОГО ПРЕЗИДЕНТА ОБАМЫ

Эксперты Фонда «Наследие» подготовили для вновь избранного президента США Б. Обамы серию меморандумов по наиболее актуальным проблемам американской внутренней и внешней политики США. Дж. Филипс и П. Брукс, например, разъясняют новому президенту опасность обретения Ираном статуса ядерной державы.
Свой меморандум авторы начинают цитатой из выступления Обамы в ходе предвыборных дебатов: «Мы не можем позволить Ирану получить ядерное оружие. Это приведет к изменению правил игры в регионе. Он не только будет угрожать Израилю, нашему самому сильному союзнику в этом регионе и одному из сильнейших союзников США в мире, но и создаст возможность попадания ядерного оружия в руки террористов. Следовательно, это неприемлемо. Я сделаю все, что потребуется, чтобы предотвратить это. И мы никогда не снимем военной опции с повестки дня».
Вы, вновь избранный президент Обама, правы в том, что Соединенные Штаты не могут позволить Ирану получить ядерное оружие. Как показывает Ваше заявление в ходе президентских дебатов, Вы осознаете неприемлемость угроз со стороны Ирана в случае обретения им ядерного оружия. Однако Ваше согласие «встретиться по отдельности, без предварительных условий в Вашингтоне или где-нибудь в другом месте с лидерами Ирана… с целью преодоления расхождений между нашими странами» указывает на непонимание предыстории неудавшихся попыток договориться с Ираном.
Ваша администрация должна учиться на опыте Ваших предшественников и европейских государств, добивавшихся переговоров с Ираном. Дипломатический путь бесперспективен. Иран решительно сопротивлялся международным попыткам заставить его выполнять свои обязательства по Договору о нераспространении ядерного оружия и прекратить свою подозрительную деятельность в ядерной сфере.
Дипломатический путь мог бы быть более перспективным, если бы главной мотивацией для Тегерана являлось продвижение национальных интересов Ирана и благосостояние его народа. Однако революционный исламистский режим Ирана больше заинтересован в грубом удержании власти и распространении исламской революции. Ахмадинеджад сделал карьеру в рядах «Корпуса стражей Исламской революции», созданного в 1979 г. для защиты и продвижения радикального варианта шиитского ислама аятоллы Хомейни. Он привержен идее возврата к идеологической чистоте, характерной для раннего этапа революции.
Однако не стоит излишне персонифицировать проблему. Иранская ядерная программа началась еще при президенте Рафсанджани и развивалась при президенте Хатами. Оба считались «умеренными». Ряд наблюдателей даже расценивают их как лидеров, с которыми Запад может договориться, но оба также практиковали такийях – разрешенные религией притворство и двуличие.
Если Вы сядете с президентом Ахмадинеджадом за стол переговоров без предварительных условий, Вы предоставите ему возможность практиковать такийях, дефилировать на мировой арене, читать Вам лекции о мнимом превосходстве иранской исламистской системы и утверждать лидерство Ирана в исламском мире. Такая встреча разочаровала бы репрессированную иранскую оппозицию, усилила бы позиции «ястребов» за счет сторонников реформ, подстегнула бы рост популярности Ахмадинеджада, который существенно увеличил бы свои шансы на переизбрание в июне следующего года. Это позволило бы президенту создавать видимость дипломатического диалога для ослабления международного давления и тем временем продолжать усилия в ядерной сфере.
Примечательно, что сенатор Хилари Клинтон, выдвинутая Вами на должность госсекретаря, отказалась встречаться с Ахмадинеджадом без предварительных условий.
Соединенные Штаты должны мобилизовать международную коалицию с целью увеличить дипломатическую, экономическую, внутриполитическую и в потенциале военную цену, которую Ирану придется заплатить, если он будет продолжать нарушать свои обязательства по соглашениям о ядерных гарантиях. Коалиция должна стремиться изолировать этот режим, ослабить его посредством целенаправленных экономических санкций, объяснить иранскому народу, почему ядерная политика его правительства будет перекладывать на его плечи экономические издержки и военные риски, сдержать и остановить военную силу Ирана, а также содействовать демократическим переменам.
Для того чтобы реализовать идею о неприемлемости приобретения Ираном ядерного оружия, Вы должны сформулировать политику в отношении Ирана, которая включала бы следующие важные элементы:
• Признать, что рамки ООН – это дипломатический тупик, а ее неэффективные и всегда запаздывающие усилия не смогут остановить Иран в его стремлении получить ядерное оружие. Соединенные Штаты пытались убедить Совет безопасности ООН принять еще одну резолюцию о санкциях. Предпринимавшиеся США и Европой усилия по ужесточению санкций были сорваны Россией и Китаем. Обе эти страны имеют привлекательные для них торговые отношения и стратегические связи с Тегераном, и обе применили право вето как члены СБ с целью отложить и ослабить усилия по введению санкций.
• Признать, что усилия по достижению дипломатических договоренностей с Ираном представляют собой триумф попыток выдать желаемое за действительное. Иран вступил в вялотекущие и отдающие фарсом переговоры с Великобританией, Францией и Германией – «евротройкой», в ходе которых он временно заморозил свои усилия по обогащению урана. Однако как только к власти в 2005 г. пришел Ахмадинеджад, а угроза возможной военной акции со стороны США ослабла, он возобновил свою опасную деятельность. Тегеран осознал, что международная обстановка изменилась в его пользу. Соединенные Штаты столкнулись с осложнением обстановки в сфере безопасности в Ираке и Афганистане частично из-за вмешательства Ирана. Выросли цены на нефть, что спасло Иран от угрозы санкций. Кроме того, Иран флиртовал с Россией и Китаем, чтобы предотвратить более действенные санкции со стороны СБ ООН.
Несмотря на все это, продолжаются призывы к новым попыткам заключить «большую сделку», согласно которой Иран пообещает отказаться от ядерного оружия и поддержки терроризма в обмен на различные экономические посулы и гарантии безопасности. Однако шансы такой «большой сделки» явно преувеличены, так как не учитывается история дипломатических усилий Соединенных Штатов по урегулированию с Ираном, который либо извлекал выгоду, либо саботировал американские усилия в периоды администраций Картера, Рейгана и Клинтона.
Возможно, Тегеран будет имитировать дипломатический диалог, как он часто делал в прошлом, чтобы ослабить давление в пользу принятия новых международных санкций и временно развеять ядерное противостояние. Однако стратегия «большой сделки», скорее всего, приведет к бесконечным переговорам о переговорах, что лишь поможет Ирану выиграть время для завершения создания ядерного оружия.
• Признать, что одними только дипломатическими «пряниками» ничего не добиться, самый большой «пряник» для Тегерана – это ядерное оружие. Дипломатическая направленность активности «евротройки» основывалась, в основном, на экономических выгодах, технической помощи и улучшении дипломатических отношений в обмен на прекращение Ираном деятельности по обогащению урана. Однако эти стимулы бледнеют перед теми преимуществами, которые, по мнению Тегерана, он получит с обретением ядерного потенциала. Требуется больше концентрации на более жестких сдерживающих средствах в отношении продолжения Ираном подозрительных усилий в ядерной сфере, включая усиление для него экономических, внутриполитических и в потенциале военных издержек. Когда Тегеран поймет, что эти потенциальные издержки непомерно высоки, как это было в случаях со свержением афганского и иракского режимов, тогда он с большей вероятностью пойдет на уступки и заморозит свою программу по обогащению урана. Для того чтобы дать шанс дипломатии, Соединенные Штаты и их союзники должны выступить с убедительной угрозой заставить иранский режим заплатить непомерную цену, поставив под угрозу его способность удерживать власть, что является для него главным приоритетом.
Открытие американской «секции интересов» в Тегеране будет отвечать национальным интересам США только в том случае, если американские дипломаты получат твердые гарантии против терроризма и захвата заложников. А это невозможно до тех пор, пока Иран не перестанет поддерживать террористическую деятельность против американских войск, союзников по коалиции и иракцев. Администрация США также должна определить четкие временные рамки любой инициативы так, чтобы она не воспринималось Тегераном как признак слабости. Предложение со стороны США до июньских выборов в Иране лишь улучшит политические перспективы Ахмадинеджада. Поэтому с ним не следует встречаться.
• Возглавить международную коалицию с целью ввести максимально возможные жесткие и целенаправленные экономические санкции против Ирана. США должны попытаться ужесточить санкции против Ирана вне рамок ООН, работая непосредственно с японцами и европейцами с тем, чтобы ввести максимально возможные жесткие запреты на иностранные инвестиции, кредиты и торговлю с Ираном. Ахиллесова пята иранского теократического режима – в плохом управлении экономики. Растет недовольство в связи с бесхозяйственностью и коррупцией, высоким уровнем безработицы и галопирующей инфляцией, которая, по официальным данным, может достигнуть 30 процентов за год, но в реальности значительно выше. Растут волнения среди рабочих. В октябре рыночные торговцы протестовали против введения НДС, закрыв базары во многих городах и заставив режим отложить реализацию этого решения. Эти торговцы были краеугольным камнем революции против шаха.
Вместе с тем, следует учитывать, что международный запрет на импорт иранской нефти обречен на провал. Нереально ожидать, что страны-импортеры перестанут закупать иранскую нефть. Вместо этого следует концентрироваться на отказе Ирану в кредитах, иностранных инвестициях и выгодных торговых сделках. Соединенные Штаты должны сотрудничать с другими странами с тем, чтобы Ирану было отказано в кредитах со стороны таких международных финансовых институтов, как Всемирный банк, и любых кредитах для строительства планируемого газопровода в Индию через Пакистан.
Хотя Иран – один из ведущих мировых экспортеров нефти, он вынужден покрывать около 40 процентов своих потребностей в бензине за счет импорта в связи с плохим управлением и недостаточными инвестициями в нефтеперегонную инфраструктуру. Международный запрет на экспорт бензина в Иран поднял бы цены на иранский бензин и акцентировал бы близорукость режима в глазах иранского народа.
• Мобилизовать союзников на сдерживание Ирана. Продолжающаяся поддержка Ираном терроризма и перспективы получения им статуса ядерной державы угрожают многим странам. Воинственность Ахмадинеджада дает Вашингтону больше возможностей мобилизовать другие государства, в частности, те, которые находятся во все увеличивающейся сфере иранской мощи. Соединенные Штаты должны поддерживать мощное военно-морское и военно-воздушное присутствие в районе Персидского залива, чтобы сдерживать Иран и укреплять военное сотрудничество с государствами Персидского залива, которые проявляют все большую озабоченность в отношении жесткой линии правительства Ирана.
Соединенные Штаты и их европейские союзники должны укреплять сотрудничество в военной сфере, в сферах разведки и безопасности с государствами, которым угрожает Иран, - Ираком, Турцией, Израилем и странами-участницами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ). Этот совет был создан в 1981 г. в целях обеспечения коллективной безопасности арабских государств, которым угрожает Иран. Такая коалиция могла бы помочь сдерживать распространение влияния Ирана и в случае необходимости облегчить проведение военной акции против Ирана. Вашингтон также должен предложить развернуть или продать странам, которым угрожает Иран, системы обороны против баллистических ракет, усилить совместное военное планирование и активизировать совместные военные учения, концентрируясь на иранской угрозе.
• Сохранять приверженность созданию стабильного и демократического Ирака. Краеугольным камнем любой политики сдерживания Ирана должна быть твердая поддержка независимого и демократического Ирака как союзника США в борьбе против терроризма. 20 января Вы станете главнокомандующим войны в Ираке, и она перестанет быть «войной Буша». Вы должны пересмотреть свое предвыборное обещание вывести боевые силы США из Ирака в течение 16-ти месяцев. Это обещание, возможно, имело политический смысл в ходе избирательной кампании, когда Вы пришли к ошибочному выводу, что война проиграна. Однако оно приведет к катастрофе, если Вы будете продолжать придерживаться этой политики, став президентом. Сейчас очевидно, что увеличение численности американских войск в Ираке увенчалось успехом и что войну можно выиграть. Если Вы по-прежнему будете привержены идее незамедлительного вывода войск к произвольно выбранному сроку, Вы рискуете растерять все преимущества, достигнутые с таким трудом благодаря увеличению американской группировки, и погрузить Ирак в гуманитарную катастрофу. Она поставит под угрозу интересы национальной безопасности США, стабильность богатого нефтью Персидского залива и сделает Ирак более уязвимым к вмешательству со стороны Ирана.
• Установить условия ведения любых переговоров с Тегераном таким образом, чтобы минимизировать способность Ирана использовать их для ослабления международного противодействия его внешней политике. Возможно, необходимо сделать последнюю попытку найти выход из ядерного тупика путем переговоров - просто для того, чтобы подготовиться к применению военной силы в качестве последнего средства. Однако Ваша администрация не должна дать Тегерану возможности изображать видимость дипломатического диалога с целью подрыва международной поддержки экономических санкций и военной акции и тем временем продолжать секретную реализацию ядерной программы. Принимая во внимание многолетнюю иранскую практику в сфере дипломатии «такийях» - двуличие и отказ признать ядерную проблему, - Соединенные Штаты должны вступать в прямые дипломатические переговоры только в том случае, если будет четкое понимание, что эти переговоры ограничены по времени и что Иран должен прекратить свою подозрительную ядерную деятельность и согласиться на жесткие инспекции своих ядерных объектов со стороны МАГАТЭ. В этом случае срок переговоров может быть в разумных пределах увеличен, но речь идет о неделях, а не о месяцах. Переговоры следует вести госдепартаменту, а не Белому дому. Президент США должен исключить любые встречи с иракскими лидерами, если иранские лидеры согласятся прекратить ядерную программу.
• Поддерживать силы демократической оппозиции внутри Ирана. Стратегия смены режима в Иране проблематична. Маловероятно, что она приведет к успеху до момента получения им ядерного оружия. Соединенные Штаты не могут полагаться на группировки в изгнании. Будущее Ирана будет определяться группами, которые достаточно сильны в самом Иране. Там существует значительное недовольство в связи с отсутствием свобод, нарушением прав человека, коррупцией и экономическими проблемами, но нет уверенности, что оно приведет к значимым переменам в ближайшее время. Группа хорошо образованных молодых реформаторов стремится сменить власть мулл на подлинную демократию, которая была бы подотчетна иранскому народу. Они были деморализованы неспособностью президента Хатами выполнить обещания осуществить реформы и поддержать вступления студентов. Однако рост разочарования в политике президента Ахмадинеджада, возможно, вновь воодушевит их.
Соединенные Штаты и их союзники должны оказывать тайную поддержку иранским оппозиционным группам, которые отвергают терроризм и выступают за демократию, Их деятельность следует широко освещать в международном масштабе и внутри Ирана, обучать их организационным навыкам, приглашать на международные конференции и семинары за пределами Ирана. Образовательные обмены с западными студентами могут содействовать расширению связей с оппозиционными иранскими студентами, которые исторически играли ведущую роль в движениях за реформы в своей стране. США должны скрытно субсидировать оппозиционные издания и организационные усилия так же, как они помогали антикоммунистической оппозиции в Европе и Азии во времена «холодной войны». Однако такие программы должны быть четко отделены от мероприятий в рамках публичной дипломатии США, адресованной населению Ирана, чтобы избежать опасности ареста или преследования иранских участников международных форумов по возвращении на родину.
• Начать кампанию публичной дипломатии с целью объяснить иранскому народу, каким образом ядерная программа и жесткая политика правящего режима ущемляют его экономические и национальные интересы. В последние годы клерикальный режим Ирана усилил свой контроль над СМИ. Было закрыто более 100 независимых газет, арестовывались журналисты и блоггеры, запрещены веб-сайты. Соединенные Штаты и их союзники должны работать на прекращение репрессий в отношении СМИ со стороны правящего режима, расширяя вещание на фарси со стороны таких финансируемых государством СМИ, как «Голос Америки», Радио «Свободная Европа»/Радио «Фарда» и других источников информации. Свободная циркуляция информации необходима для свободной циркуляции политических идей. Иранскому народу нужен доступ к информации о деятельности оппозиционных групп внутри Ирана и за его пределами, а также о тяжелой участи диссидентов.
• Готовиться к применению военной силы как последнему средству. Вы мудро пообещали, что «мы никогда не сбросим со счетов военной опции». Нет политики, которая гарантировала бы прекращение ядерной программы Ирана, кроме войны, и даже военная кампания может лишь замедлить обретение Ираном ядерного потенциала. Американская политика в отношении иранской ядерной программы неизбежно сводится к поиску наименее плохого варианта. Он может быть потенциально не менее дорогостоящим и рискованным, чем превентивная война против Ирана. Однако он может позволить Тегерану получить ядерное оружие, и это приведет к гораздо более тяжелым издержкам и рискам.
Соединенные Штаты, вероятно, смогут удержать Иран от прямого ядерного удара при помощи угроз массированного возмездия и гарантированного уничтожения иранского режима. Однако при этом остается сомнение в том, что Ахмадинеджад, который, разделяет апокалипсические религиозные убеждения, также рационально рассчитает издержки и преимущества ядерной войны, как это делают лидеры других стран. Более того, его режим может рискнуть передать ядерное оружие своим террористическим союзникам в надежде избежать возмездия за внезапный ядерный удар со стороны неустановленного агрессора.
Более того, даже если удастся удержать Иран от рассмотрения возможности такого удара, появление этой новой ядерной державы подорвет Договор о нераспространении ядерного оружия и спровоцирует гонку ядерных вооружений на Ближнем и Среднем Востоке. Это может заставить Саудовскую Аравию, Египет, Турцию, Ирак и Алжир добиваться создания или получения собственного ядерного оружия. Каждая новая ядерная держава будет умножать риски и неопределенность в этом уже взрывоопасном регионе.
Иран может осмелеть и усилить поддержку терроризму и подрывной деятельности в расчете на то, что его ядерный потенциал будет сдерживать военную реакцию. Просчет Тегерана может легко привести к военному столкновению с Соединенными Штатами или одним из союзников. В этом случае издержки будут многократно выше, чем в случае войны с неядерным Ираном. Необходимо просчитать все эти риски перед принятием решения о дальнейших мерах, если дипломатии не удастся предотвратить появления ядерного Ирана.

Заключение

Не допустить появления ядерного Ирана – это одна из самых сложных и чреватых опасностью проблем, которые стоят перед Вашей администрацией. Следует использовать опыт предшествующих попыток переговоров с Ираном и разговаривать с Тегераном с позиции силы, упирая на «кнут», а не на «пряник». Для Ирана главный «пряник» - это ядерное оружие. Целенаправленные экономические санкции и возможное применение военной силы – это Ваши важнейшие рычаги воздействия. Единственная надежда не допустить создание Ираном ядерной бомбы заключается в том, чтобы убедить иранских лидеров, что экономические, дипломатические и возможно даже военные издержки продолжения реализации их ядерной программы будут настолько велики, что начнут угрожать их власти. Любые переговоры с Ираном должны быть структурированы таким образом, чтобы дать быстрые результаты и помешать Тегерану затягивать их на бесконечно долгий срок.
Вы должны исключить возможность своей встречи с иранскими лидерами до тех пор, пока они не согласятся прекратить свою ядерную программу - так, чтобы это было проверяемо при помощи интрузивных международных инспекций. Согласие на меньшее лишь даст радикальному режиму Ирана новые возможности изменять своим обязательствам, когда это отвечает его интересам.


КОНФЕРЕНЦИЯ В ПОЗНАНИ: АМЕРИКА ДОЛЖНА ПРИНЯТЬ К СВЕДЕНИЮ ОТХОД ЕВРОПЫ ОТ ДОРОГОСТОЯЩИХ МЕР В ОТНОШЕНИИ ГЛОБАЛЬНОГО ПОТЕПЛЕНИЯ

Старший эксперт в области энергоресурсов и охраны окружающей среды Института исследований в области экономической политики им. Роу Фонда «Наследие» Б. Либерман напоминает, что в декабре с.г. в Познани прошла конференция по глобальному потеплению с участием представителей 190 стран. На ней рассматривался вопрос о новом договоре-преемнике Киотского протокола 1997 г. Однако эта встреча вряд ли будет иметь серьезное значение для Соединенных Штатов. Администрации Буша уже слишком поздно предпринимать решительные политические шаги в вопросах климата, а администрация Обамы еще не пришла к власти. Однако эта конференция важна тем, что подает сигнал об окончании политической эры Буша в формировании подхода к политике в отношении изменения климата.
Переходный период во власти США – не единственная проблема. Есть еще более неотложная причина, почему Америке не следует поддерживать международные ограничения в связи с глобальным потеплением, которым была посвящена конференция в Познани. Меры, предусмотренные Киотским протоколом, оказались непомерно дорогостоящими и невыполнимыми. В условиях экономической неопределенности Америка и весь мир менее всего заинтересованы в том, чтобы пролонгировать ошибочные решения Киотского протокола. В этом – урок Познаньской конференции, который необходимо донести до более важной встречи по проблеме глобального потепления, которая состоится через год в Копенгагене.

Киотский протокол терпит крах

К встрече в Познани многие страны-участницы уже поняли, что нынешняя политика в отношении глобального потепления потерпела фиаско. Это особенно четко ощущалось среди западноевропейских стран, которые в соответствии с Киотским протоколом 1997 г. обязались сократить выбросы в атмосферу и учредили в 2005 г. систему их ограничения с помощью квот. Эти страны стали проводить такую политику в отношении климата, которую, по представлению многих, включая нового президента США, следует перенять Америке. Пока что Америка отказывалась ратифицировать Киотский протокол или законодательно закрепить ограничение парниковых выбросов с помощью квот. Новый президент Барак Обама, однако, высказался в поддержку этого.
Как европейцы почувствовали на собственном горьком опыте, попытки уменьшить выбросы углекислого газа путем нормирования потребления угля, нефти и природного газа крайне затруднены и дорогостоящи. Большинство этих стран, а также Канада и Япония не снижают своих выбросов, а в некоторых их рост идет быстрее, чем в США. Незначительные успехи в сокращении выбросов дорого обошлись хозяйствующим объектам.
Многие страны, обязавшиеся снижать выбросы парниковых газов по условиям Киотского протокола, не смогут выполнить своих обязательств на 2008-2012 гг. А попытки разработать дополнительные нормы на период после 2012 г., которым была посвящена встреча в Познани, терпят крах перед лицом экономических проблем. Кроме того, цель Евросоюза снизить на 20 процентов выбросы парниковых газов к 2020 г. сталкивается с мощным сопротивлением. Эта мера может быть введена лишь в том случае, если ее сопроводят исключениями и отсрочками или подсластят подачками европейским государствам, которые пытаются найти баланс между экологическими обещаниями и экономической реальностью.
Ирония в том, что именно Польша, где проводилась данная конференция, возглавляет движение за привнесение экономического реализма в дискуссию о политике в отношении климата. Польша обеспечивает свыше 90 процентов своего производства электроэнергии за счет угля, главного объекта жестких ограничений. Польша, как и многие другие страны Восточной Европы и возрастающее число западноевропейских государств, настаивает на принятии мер по контролю над затратами до соглашения о новых ограничениях на энергоресурсы. Этот призыв находит особенно громкий отклик в условиях, когда экономические проблемы охватили весь мир.
Хотя Соединенные Штаты не зависят от угля в такой степени, как Польша, Америка производит за счет него половину своей электроэнергии. С учетом нефти и газа оказывается, что Америка получает 85 процентов своей электроэнергии благодаря ископаемому топливу, стоимость которого, если следовать Киотскому подходу, возрастет. Трудности, которые испытывает Европа, распространятся и на США, если им будут навязаны ограничения промышленных выбросов с помощью квот. Торговля квотами фактически выступает как налог на энергопотребление, вызывая рост цен на энергоносители, создавая трудности для потребителей и экономики в целом, уничтожая рабочие места, особенно в производственном секторе.

Все экономические лишения ради незначительного или даже нулевого экологического выигрыша

Цена предписаний Киотского протокола, обсуждавшихся в Познани, очень высока. Она была бы оправдана только в том случае, если бы глобальное потепление было действительно страшной угрозой. Накапливающиеся научные свидетельства подвергают сомнению, что глобальное потепление представляет такую угрозу. К примеру, 2008 год войдет в историю как более прохладный, чем 2007-ой. Но даже если ожидать от глобального потепления самого худшего, рассматриваемые меры смогут нейтрализовать лишь малую его долю. И она будет уменьшаться в свете быстрого роста промышленных выбросов в Китае, Индии и других развивающихся странах, настаивающих на исключении из Киотского протокола. Таким образом, усилия развитых стран – даже при маловероятном варианте полного выполнения Киотского протокола и последующих соглашений - слабо повлияют на выбросы углекислого газа в будущем.

Уроки европейского опыта

К моменту проведения следующего крупного форума по проблеме глобального потепления в декабре 2009 г. в Копенгагене администрация Обамы и ее экологическая команда уже успеют освоиться на новом месте. Однако экономические реалии мер по противодействию глобальному потеплению уже будут налицо, как и уроки опыта Европы, пытающейся отойти от соблюдения чрезмерно дорогостоящих мер Киотского протокола. Американскому народу меньше всего нужно, чтобы его правительство избрало европейскую стратегию в отношении глобального потепления в тот самый момент, когда сама Европа отказывается от нее.




ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЛИДЕРСТВА В СФЕРЕ
КИБЕРБЕЗОПАСНОСТИ В ХХI ВЕКЕ

Помощник директора Института международных исследований им. Дэвисов, старший эксперт в области национальной безопасности Центра внешнеполитических исследований им. Эллисонов Фонда «Наследие» Дж. Карафано отмечает, что в последние десять лет проблема кибербезопасности, киберконкуренции и войны в кибернетическом пространстве всерьез занимает умы политиков. Масштабы и сложность злонамеренных атак увеличились. Они направлены против государственного и частного секторов, являются продуктом разнородной сети государственных и негосударственных игроков, действия которых определяются множеством факторов. Новый состав конгресса должен гарантировать, чтобы федеральное правительство достигло высокого уровня компетентности в сфере обеспечения кибербезопасности.
Лучше всех защищены, возможно, вооруженные силы, а государственный и частный секторы – хуже. Поэтому возникают вопросы: «Каким образом использовать разработки в военной сфере в интересах федерального правительства? «Как взаимодействовать с частным сектором?» Для того чтобы правильно ответить на эти вопросы, следует начинать с формирования лидерских качеств в киберстратегической сфере в государственном и частном секторах США.
Это потребует создания профессиональной системы, которая обеспечит программу подготовки, назначений и прикомандирований для формирования корпуса опытных, преданных делу профессионалов, обладающих знаниями по широкому кругу проблем кибернетической сферы. Эту программу следует подкрепить эффективным частно-государственным партнерством с целью проведения передовых исследований, высокотехнологичных разработок и создания возможностей для свободной и безопасной деятельности в кибермире.

Что поставлено на карту

За последние четверть века виртуальное пространство стремительно разрослось и стало доминировать практически во всех аспектах человеческого взаимодействия. Теперь, как никогда раньше, американцы зависят от кибернетического пространства при управлении банковскими операциями, инвестициями, работой, личным общением, покупками, путешествиями, оплатой коммунальных услуг, при получении новостей и даже при социальном взаимодействии. Действительно, глобальные сети Интернета, которые направляют потоки людей, товаров, информации и услуг, кардинально изменили мир. С ростом этой зависимости неизбежно возрастает уровень уязвимости. Массированные помехи в глобальной торговле, передвижениях, коммуникациях и доступе к базам данных, вызванные глобальным сбоем работы Интернета, создадут беспрецедентные проблемы, особенно если это произойдет одновременно с развертыванием вооруженных сил США. Удар, целью которого будут исключительно Соединенные Штаты, сопоставимый по масштабам с кибератаками против Эстонии в апреле и мае 2007 г., способен серьезно подорвать экономику США и усилить обеспокоенность американцев в отношении своей уязвимости.

Как смотреть на проблему: это конкуренция

Решение киберпроблем начинается с предпосылки, что все вызовы национальной безопасности – это серия действий и противодействий между конкурирующими сторонами и выяснение вопроса о перспективах развития этой конкуренции. Поиск единственно верных решений неэффективен. Нет такой технологии, государственной политики, закона, договора или программы, которые способны остановить ускорение конкуренции в кибернетической сфере.
Согласие с этим положением предполагает реагирование, способное предложить всеобъемлющий многодисциплинарный подход к анализу - рассмотрение всего набора факторов, которые формируют и изменяют будущую ситуацию в сфере безопасности, включая социальные, политические, научно-технические и экономические тенденции, а также динамичное реагирование, которое отвергает одноразовые или простые технические ответы на вызовы.

Необходимы стратегии для способности к восстановлению

Стратегии должны быть национальными по характеру и международными по масштабам. Практически каждая внутригосударственная кибернетическая программа – от управления движением товаров, людей, услуг и идей до охраны границы и расследования деятельности террористических организаций - требует международного сотрудничества. Самый важный аспект защиты внутреннего фронта – это защита национальной инфраструктуры, системы поставок и частно-государственного партнерства. Америка – часть глобального рынка с глобальной промышленной базой. Самодостаточных стран практически не существует.
Усилия по защите собственной страны, как правило, концентрируются исключительно на нереалистичной задаче защиты инфраструктуры. Однако подход с политическим подтекстом «неудача должна быть исключена», который определяет всю инфраструктуру как «жизненно важную», вреден для конкретизации приоритетных задач в области национальной безопасности.
Соединенным Штатам требуются лидеры, которые осознают необходимость создания и реализации таких стратегий в отношении способности к восстановлению или методов, которые гарантировали бы, что базовые структуры и системы глобальной, национальной и местной экономики сохранят свою жизнеспособность даже после кибератаки, других враждебных действий или вооруженной агрессии.
Стратегия способности к восстановлению не означает отказа от превентивных мер. По своей сути способность к восстановлению сложнее и эффективнее, чем простая защита «жизненно важной» инфраструктуры против природных и антропогенных угроз. Одна только защита отдает инициативу в руки противника.

Необходимы лидеры, осуществляющие киберстратегию

В связи с уязвимостью киберпространства главной инициативой при создании стратегии в отношении способности к восстановлению для ХХI века является программа формирования лидерских навыков осуществления киберстратегии. Лидерство в области киберстратегии – это не конкретный технический навык или личность, а набор знаний, навыков и характеристик, необходимых руководителям всех уровней в государственном и частном секторах.
Рецепт подготовки, назначений и прикомандирований, который так успешно функционировал после принятия в 1986 г. закона Голдуотера-Николса, можно также использовать для содействия выработке межведомственных навыков у профессионалов в области национальной безопасности. Однако ни один институт в Вашингтоне, научном сообществе в целом или где-либо еще не занимается реализацией этой задачи. Необходимо предпринять усилия на национальном уровне с национальными стандартами, а также создать в Вашингтоне новый государственный орган для содействия межведомственному обучению. Эта программа профессиональной подготовки могла бы интегрировать в себе совокупность знаний, приемов практической деятельности, опыта, а также доверие между специалистами-практиками.
Среди навыков и характеристик, которые смог бы обеспечить такой институт, будут специальные знания в области виртуального пространства, управления рисками, оптимальных действий, эффективного межведомственного сотрудничества и партнерства. Знания в области кибернетической безопасности для высшего руководства в государственном и частном секторах должно стать такой же нормой, как знания в сфере финансовой отчетности и информационных технологий.

Знания, навыки и характеристики, необходимые руководителям в сфере киберстратегии

Понимать кибернетическую обстановку. После печально известной атаки вируса «Моррис» в 1988 г. значение кибербезопасности постоянно росло параллельно с возрастанием зависимости Соединенных Штатов и других стран от киберсферы. Эффективность войны в кибернетическом пространстве вытекает из ее динамичных характеристик. Низкие затраты на вход в систему делают ее более привлекательной для террористов и других негосударственных игроков, склонных осуществлять недорогие асимметричные акции, а исторически сложившиеся рамки ведения военных действий не применимы к кибернетической сфере.
Хотя киберпространство децентрализовано, оно остается зависимым от реальной сети компьютерных серверов, волоконно-оптических кабелей и грандиозной кабельной системы, проложенной по дну мировых океанов. Осведомленность о физических аспектах киберпространства создает основу для более широких знаний по этой теме.
Сложности киберпространства начинаются с разграничения двух полей его действия. Во-первых, это коммерческий Интернет. Он используется для повседневной деятельности населения и традиционно является мишенью негосударственных игроков. Уязвимость этого поля возросла после кибератак в отношении Эстонии и Грузии, которые произошли в апреле и мае 2007 г. и в августе 2008 г. соответственно. Во-вторых, это военные сети. В последние двадцать лет по мере того, как вооруженные силы пытались повысить свои боевые возможности с помощью приемов сетевой войны, возросшая зависимость от информационных технологий привела к кумулятивному эффекту возрастания рисков в случае краха паутины из-за атаки.
Существуют разные типы игроков, способных представлять угрозу для коммерческих и военных киберсетей. Во-первых, отдельные люди, действующие самостоятельно, используют пробелы в системах защиты для совершения киберпреступлений, например, хищения персональных данных. Этих хакеров обычно называют «черными шлемами» (мошенниками). Во-вторых, это кибертеррористы, пытающиеся манипулировать киберсредой для продвижения собственных политических или социальных целей. Исламистские хакеры уже давно сделали изобилующий мишенями Интернет сферой борьбы. Благодаря легкости доступа киберсреда проявила себя как один из наиболее эффективных асимметричных инструментов, который используется террористами для нагнетания ненависти, насилия, а также планирования и осуществления террористических актов.
Наконец, национальные государства все чаще используют войну в кибернетическом пространстве для агрессии против государств и организаций либо исключительно в кибернетическом пространстве, либо в качестве компонента масштабных военных действий. В частности, такие государства, как Китай и Россия, уступая Соединенным Штатам по боевой оснащенности, обнаружили уязвимость американского гиперпространства и направили усилия на использование этого фактора. Из китайских военных научно-технических журналов известно, что Народно-освободительная армия Китая (НОАК) сконцентрировалась на ударах по военной киберсети США с использованием разнообразного оружия, включая противоспутниковое оружие и информационную войну.
Главным оружием, использующимся при кибератаках, являются ботнеты. Ботнет – это сеть компьютеров, взломанная при помощи вредоносного кода, которой можно управлять дистанционно через один компьютер, так называемый бот-пастух или бот-мастер. Когда мощь тысяч компьютеров объединяется в одно целое, ее можно использовать для нанесения ударов, вызывающих отказ серверов. Это приводит к прекращению работы искомых сайтов. В связи с быстрым изменением программного обеспечения, включая улучшение коммерческих программ, распространение кода ботнет эволюционировало от использования приложений к электронным письмам до неожиданно возникающих спам-посланий и даже незаметной загрузки информации, использующей уязвимость интернет-браузеров.
Еще одну угрозу представляет собой кибернетический шпионаж. Подобная тактика используется не только частными корпорациями для продвижения своих интересов в процессе конкуренции на глобальном рынке. Государства тоже прибегают к этому инструменту для мониторинга возможностей противника и для кражи ценной, сверхсекретной и запатентованной информации. Риску подвержено все – от наиболее секретных планов Пентагона до бесценной интеллектуальной собственности. На государственном уровне установлено, что Китай является главным инициатором этих усилий. Есть многочисленные примеры исходивших из Китая мощных атак против Пентагона и его военных подрядчиков.
Международно-правовые механизмы, регулирующие кибернетическую деятельность, оставляют желать лучшего. Это частично связано с децентрализованным характером кибератак. Например, во время ударов по Эстонии, виновником которых считалась Москва, для развертывания атаки использовались компьютеры не только в России, но во всем мире. Таким образом, свидетельства, связывающие атаки с Россией, оказались косвенными.
В ходе этого кризиса оставались вопросы относительно того, какие необходимы данные о преступниках или магнитуде кибератаки для того, чтобы можно было отреагировать в соответствии со Статьей V Устава НАТО. Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер резюмировал ответы на эти вопросы, заявив, что «ни одна страна-участница не защищена от кибератак». Самое важное – это меры по созданию структуры, которая будет направлять деятельность различных игроков в киберпространстве.
Мыслить стратегически. Сейчас США рассматривают последующие шаги относительно способов сохранить киберпространство открытым для свободной циркуляции услуг и идей, при этом отгородив его от деятельности злоумышленников. В этой связи возникает ряд первоочередных вопросов, заслуживающих серьезного внимания, - от определения «сдерживания» применительно к киберпространству до понимания рамок применимости «верховенства закона» в пространстве, которое по большей части законами не регулируется. Люди, мыслящие стратегически, должны осознавать издержки и выгоды деятельности в киберпространстве, природу игроков, суть среды и то, как традиционные понятия безопасности, войны и мира трансформируются в кибернетическом мире.

Знать риски и уметь управлять ими. Измерение и определение оптимальных мер по реагированию на риски – это процесс, называемый управлением рисками. Для стратегии в отношении способности к восстановлению главное – это правильная оценка и снижение рисков. Существует три типа методологий по оценке рисков, состоящие из более мелких компонентов.

• Оценка угрозы изучает возможности нанесения противником удара, включая его силу, поражающее действие или результат.
• Оценка значимости устанавливает, какой будет достигнут результат, если противник достигнет своих целей. Здесь анализируются физические последствия, социальные и экономические потрясения и психологический эффект. Не все последствия можно предотвратить. Для оказания помощи в определении приоритетов существует процесс для определения значимости различных объектов.
• Оценка уязвимости имеет целью исследовать уязвимые стороны страны и найти пути понижения уязвимости, включая слабость структур (физическую и кибернетическую) и других систем и процессов, которыми могут воспользоваться террористы.

Адаптировать положительный опыт. Эффективными инструментами могут стать положительный опыт и извлеченные из него уроки. Главным приоритетом правительства должна быть забота о том, чтобы они постоянно дополнялись и применялись на практике. Лишь такие программы, которые ставят ясные задачи, определяют условия и нормы и обеспечивают их энергичное внедрение, способны успевать за решительными и предумышленными усилиями по преодолению мер защиты. Это особенно касается киберсферы, где центр тяжести постоянно перемещается, так как быстрое развитие технологий и навыков ведет ее в новых направлениях.

Осознавать важность эффективного межведомственного и частно-государственного сотрудничества. Для того чтобы правильнее понять функционирование межведомственного процесса необходимо разделить его на три компонента.
• Политические решения – это высший уровень межведомственного процесса. На этом уровне политики в общих чертах договариваются о том, как они будут проводить политику в целом. Совершенствования в этой области предполагают концентрацию внимания на качествах и компетентности руководства исполнительной власти, разведывательных возможностях и культуре обмена информацией, которые позволяют лидерам получать сведения высшего качества для принятия решений.
• Оперативный уровень. На этом уровне успехи правительства противоречивы. В то время как Объединение региональных боевых командований Пентагона зарекомендовало себя способным управлять военными действиями на региональном уровне, пока еще мало других органов, способных осуществлять мониторинг и управлять операциями на определенном географическом пространстве.
• Деятельность на местах. Межведомственное сотрудничество на местах в целом было эффективным. Группы во главе с послами США по всему миру являются достойным примером. Однако когда вызовы выходят из-под контроля местного государственного аппарата, надежные механизмы поддержки обычно отсутствуют. В этой связи необходимы обновление доктринальных установок (как лучше осуществлять совместное планирование и реагирование во время киберкризиса), достаточные инвестиции в человеческий капитал и соответствующий процесс принятия решений. Эффективное межведомственное сотрудничество не начинается на уровне политического решения, а требует более гибкой оперативной среды, которая могла бы решать задачи, стоящие перед местными руководителями.

Предотвращение террористических актов входит в обязанности правительства, тогда как определение значимости объектов должно быть общей частно-государственной деятельностью. Начинать следует с выявления общности в понимании функций и обязанностей в рамках частно-государственного партнерства.
В связи с тем, что снижение уязвимости должно быть главной обязанностью того партнера, который владеет, управляет и использует какую-либо инфраструктуру, вопрос о снижении уязвимости путем применения разумных мер предосторожности, – это, как правило, обязанность частного сектора.

Повестка дня для новой администрации

Шаг 1. Упростить перекрестную связь. В сфере кибернетической безопасности и кибервойны существует много действующих инициатив. Новая администрация начнет проводить общий критический анализ текущих мероприятий, принимать новые обширные стратегии, централизовать управление, реорганизовывать оперативную деятельность и сферы ответственности. Это ошибка. Подобные меры способны остановить движение и замедлить инновации и вряд ли повысят эффективность оперативного управления. Вместо этого первейшим приоритетом для администрации Обамы должно стать упрощение перекрестной связи между членами национальной киберкоманды.
В настоящее время ответственные за «наступательные» меры в сфере кибернетической безопасности (например, выявление злоумышленников и нанесение контрудара) практически не связаны, не знакомы и не сотрудничают с теми, кто отвечает за «оборонительные» меры. Точно так же ведомства и организации, которые осуществляют «скрытые» мероприятия, практически не взаимодействуют с агентствами, занятыми «публичными» программами. Это необходимо изменить. Для того чтобы закрыть пробелы, минимизировать дублирование и частичное перекрытие функций, содействовать совместным действиям и росту доверия между участниками частно-государственной команды, ближайшим приоритетом должно стать установление повседневного и последовательного диалога. Это первый и жизненно важный шаг к созданию сообщества профессиональных лидеров в сфере кибернетической стратегии.
Шаг 2. Приоритет – НИОКР. Формирование лидеров киберстратегической сферы будет подобно строительству замков из песка, если переданные им знания и навыки не будут основываться на всеобъемлющих, практических и объективных исследованиях. Однако, как отмечается в выводах исследовательского доклада 2007 г. Совета по информатике и телекоммуникациям, национальная программа исследований и разработок совершенно неадекватна.
В докладе указывается на необходимость как традиционных, так и неортодоксальных подходов. Традиционные исследования концентрируются на конкретной проблеме, однако в сфере кибернетической безопасности много проблем, не имеющих хороших решений. Для решения этих проблем потребуются дальнейшие исследования.
В докладе предлагается провести исследования по таким проблемам, как сдерживание будущих агрессоров и управление системами, теряющими эффективность и требующими восстановления, перед лицом согласованных ударов.
Шаг 3. Обеспечить безопасность. Содействие инновациям – это, вероятно, самый быстрый и эффективный путь продвижения частно-государственного взаимодействия и формирования способности страны ослаблять киберугрозы и реагировать на них. Обеспечить защиту уязвимых мест – это одно из проверенных средств развития инноваций в частно-государственном секторе.
После 11 сентября 2001 г. конгресс действовал решительно и с положительным результатом в одной области обеспечения защиты уязвимых мест: закон «О поддержке контртеррористических мер через содействие эффективным технологиям» понизил риск ответственности производителей продуктов и услуг, используемых в борьбе против терроризма. Закон, принятый в 2002 г., защищает стимулы к производству продуктов, которые решением министра внутренней безопасности отнесены к категории «пригодных для борьбы с терроризмом». Министерство внутренней безопасности осуществило согласованные усилия по реализации этой программы, и около 200 компаний получили сертификат в соответствии с этим законом. Эту программу следует использовать для ускорения внедрения коммерческих продуктов и услуг в интересах кибербезопасности.
Шаг 4. Осуществлять профессиональную программу в области национальной безопасности. Администрация Обамы должна развивать успех программы формирования профессионалов в сфере национальной безопасности. Это процесс образования, сертифицирования и выявления профессионалов в этой области. Программу следует перестроить, исходя из попыток последних двух лет выполнить эту программу и использовать полученный опыт для формирования лидеров с навыками руководства в киберстратегической сфере и выполнения других важнейших задач национальной безопасности.

Первые шаги на длинном пути

В последние два десятилетия попытки использовать киберпространтсво со злым умыслом росли и совершенствовались. Эта угроза лишь будет возрастать по мере того, как террористы будут продолжать использовать дешевый доступ к ней, а государства - манипулировать ее мощью как новой сферой войны в XXI веке. Ответ на этот вызов в государственном и частном секторах потребует в ближайшие годы тщательного планирования и внимания. Программа формирования профессионалов в сфере кибернетической стратегии с целью обучения будущих лидеров сложностям деятельности на киберпространственной арене абсолютно необходима для безопасности кибернетической инфраструктуры Америки в будущем.


ФОНД «НАСЛЕДИЕ» СКОРБИТ ОБ УХОДЕ СВОЕГО ОСНОВАТЕЛЯ И ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА ПОЛА ВАЙРИХА

18 декабря 2008 г. президент Фонда «Наследие» Э. Фолнер выступил с заявлением в связи с кончиной Пола Вайриха.
Сегодня Фонд «Наследие» скорбит в связи с уходом из жизни Пола Вайриха, основателя, первого президента нашего фонда и главного архитектора современного консервативного движения.
Он покинул нас в тяжелый момент. Многие американцы разочарованы. Наша экономика потрепана, наша оборона ослабла, вашингтонские деятели открыто призывают к внешней политике, рассчитанной на управление спадом, а не на продвижение американского лидерства и ценностей. Пол Вайрих был создан для таких времен, как нынешние.
Как лидер с собственным видением мира Пол безошибочно определял путь к победе в обстановке кажущейся катастрофы. Так, в конце 1960-х гг., наблюдая за доминированием либералов в американском политическом процессе, он начал планировать, как внедрить консервативные принципы и традиционные ценности в процесс принятия решений.
Первым шагом стало создание консервативной исследовательской организации. На реализацию этой мечты ушло пять лет тяжелого труда, и 23 марта 1973 г. он был избран первым президентом Фонда «Наследие».
Через два года, осознавая необходимость более активных действий со стороны консерваторов, он подал в отставку и создал Комитет за выживание свободного конгресса. В 1977 г. эта группа превратилась в фонд «За свободный конгресс». Она подготовила целую армию консерваторов, участвующих в культурной войне в нашей стране.
Он также принимал участие в создании Республиканского исследовательского комитета в палате представителей и Республиканского комитета по регламенту в сенате, дав партии организованные структуры, приверженные идее поддержания консервативных принципов в среде непристойного правового популизма, который процветает на Капитолийском холме. Он продвигал эту миссию на уровне штатов, содействуя созданию Американского законодательного совета по обменам.
Он также стоял у истоков других многочисленных консервативных организаций, которые жизненно важны для развития консервативного движения, основанного на широком участии, принципах и связях с населением.
Он запомнился как человек, который предоставил социальным консерваторам место за политическим столом. Вайрих - автор термина «моральное большинство». Он развил доминирующее консервативное движение, вовлекая в политический процесс миллионы его искренних сторонников.
Его влияние не ограничивалось лишь Соединенными Штатами. Вайрих оказал большое воздействие на развал советской империи. В качестве президента Института Крибла он организовал обучение 16 тыс. демократов-активистов в Советском Союзе с целью мобилизовать их сограждан на борьбу за подлинную либерализацию. Он организовал на украинском государственном телевидении кампанию за выход Украины из СССР. Сторонники отделения одержали такую убедительную победу (91 процент «за»), что дали другим советским республикам моральную смелость, необходимую для аналогичного выбора в пользу свободы.
Моральная смелость была отличительной чертой самого Вайриха. Он всегда занимал публичную позицию по любому вопросу, касающемуся основных принципов, независимо от того, как эта позиция могла отразиться на его профессиональных и личных отношениях. Прирожденный политик высшего класса, он всегда отдавал предпочтение принципам и отвергал временный, «тактический» отказ от принципов для одержания мимолетной политической победы.
Моральной смелости нисколько не уступала физическая смелость, которую он демонстрировал в последние годы перед лицом физического недуга.
Пол Вайрих был мечтателем, созидателем, моральным и политическим лидером. Благодаря его вкладу Америка стала лучше и сильнее. Нам его будет очень не хватать.


О КОМПАНИИ «ЧТО СДЕЛАЛ БЫ РЕЙГАН»

Продолжается кампания Фонда «Наследие» «Что сделал бы Рейган?».
В прошедшем месяце в рамках интеллектуального тестирования участникам были предложены очередные вопросы:
I. Что делал Рейган для поддержания оптимизма в тяжелые времена?
Предлагаются следующие варианты ответа:
1. Искал быстрых решений для временного улучшения общественного настроения.
2. Напоминал о необходимости видеть картину в целом, не сворачивать с пути и бороться за вечные ценности.
3. Призывал консерваторов пересмотреть их идеи.

II. Что думал Рейган об американском наследии?
Предлагаются следующие варианты ответа:
1. Прошлое не имеет значения. Мы должны концентрироваться на будущем.
2. Американского наследия как такового не существует, потому что мы - страна иммигрантов.
3. Наше наследие свободы вдохновляет свободу во всем мире.

III. Какими экономическими принципами руководствовался Рейган при управлении страной?
1. 1.Свободное предпринимательство, сокращение федеральных расходов, снижение налогов.
2. Расширение социальных программ, налогообложение богатых, регулирование бизнеса;
3. Установление торговых барьеров, финансовая помощь, субсидирование особых интересов.

IV. Что понимал Рейган под духом Рождества?
1. Обмениваться подарками под рождественской елкой.
2. Возрадоваться рождению Иисуса Христа.
3. Соблюдать осторожность, чтобы никого не оскорбить религиозной лексикой и символами.

Посещайте сайт www.wwrdheritage.org и высказывайте свое мнение.


ДИСКУСИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги ведущего научного сотрудника Института конкурентного предпринимательства, эксперта по проблемам глобального потепления К. Хорнера «Нелепая ложь: как алармисты глобального потепления прибегают к угрозам, мошенничеству и обману для дезинформирования».
В своей неустанной тяге к расширению государственного вмешательства, росту расходов и усилению государственного регулирования лоббисты глобального потепления готовы использовать любые средства, чтобы напугать население, отобрать у него деньги в виде налогов и основные свободы. Для этого они манипулируют угрозой подъема уровня океанов, смертоносных засух и невыразимых последствий «изменения климата» в будущем. Автор считает, что осуществляя свою антиэнергетическую, антикапиталистическую и этатистскую программу, алармисты глобального потепления и недобросовестные ученые, использующие запугивание в целях легкого заработка в виде федеральных грантов и денег фондов, прибегают к грязным приемам, мерзким кампаниям и откровенной лжи. При этом они отбрасывают в сторону научные принципы, журналистскую этику и такие старомодные понятия, как свобода слова и открытая дискуссия.
В своей книге Хорнер рассматривает темные стороны экологического движения. Неужели во имя спасения планеты все средства хороши? К чему эти мерзкие приемы, манипулирование, ложь и устрашение? Хорнер утверждает, что лобби глобального потепления просто хочет использовать государственное вмешательство на всех уровнях - местном, федеральном и глобальном, чтобы контролировать общественную жизнь. Поэтому они не выносят никакой оппозиции. Анализ автора показывает, что реальные факты не так страшны, как их представляют алармисты.

2. В Фонде «Наследие» состоялась презентация книги известного юриста и экономиста Джозефа Кеннеди «Положить конец бедности: изменить поведение, гарантировать доходы и реформировать правительство».
Бедность в Америке – это извечная проблема. Нынешний набор государственных программ, направленных на ее разрешение, не работает. В своей книге автор предлагает новый подход к государственной политике, способный в обозримом будущем ликвидировать небезнадежную бедность. Он предлагает план активной, консервативной государственной реформы, которая институционализируется посредством контракта о доходах между физическим лицом и государством и гарантирует адекватный доход для всех ее участников.
Она основана на трех основных принципах.
1. Государственная политика более эффективна, когда она направляет рыночные силы, а не пресекает их.
2. Гражданские лица должны иметь больше контроля над ресурсами, которые государство расходует в их интересах.
3. Доступ к достойной, свободной от бедности жизни должен считаться необходимым условием существования в американском обществе.
В свете этих принципов автор обозначает основные направления реформ в сфере образования, здравоохранения, жилья, пенсионных накоплений и налогообложения.

3. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги заведующего кафедрой истории и менеджмента в колледже Хиллсдейл д-ра Б. Фолсома «Уроки «нового курса»: какой вред нанесло Америке экономическое наследие Ф.Д. Рузвельта».
Ф.Д. Рузвельт, харизматический президент, избранный на волне энтузиазма благодаря своим обещаниям сбалансировать все более неконтролируемый национальный бюджет и уменьшить катастрофическую безработицу, внес радикальные изменения в федеральное планирование, что прямо противоречило его предвыборным обещаниям. Контроль над ценами, выборы дополнительных судей и регрессивные налоги – все это было скрыто в путаной системе государственных министерств и ведомств рузвельтовского «нового курса». Эти программы увеличили финансовую нагрузку на многих американцев и отбили охоту у предпринимателей идти на деловые риски, которые могли бы возродить национальную экономику.
«Новый курс» продолжает существовать в виде многочисленных государственных программ, например, фермерских субсидий, законов о минимальной заработной плате и программ социальной помощи. Высокомерный подход Рузвельта к президентству навсегда изменил американскую внутриполитическую жизнь. Благодаря его манипулированию общественным мнением, американские граждане стали невольными пособниками нездорового экономического роста в 1930-х гг. Спустя многие годы, Америка все еще борется против вредных последствий наследия Ф.Д. Рузвельта.

4. В Фонде «Наследие» прошел показ документального фильма «Красный террор на янтарном берегу» о 50 годах борьбы литовского народа против советского КГБ и его предшественников, которые стремились установить советский контроль над свободной демократической республикой западного типа. В фильме использованы интервью, архивные фотографии и кинохроника того времени.
В нем рассказывается о том, как Сталин использовал государственный террор для уничтожения оппозиции, коллективизации сельского хозяйства, национализации промышленности и создания в Литве единственного социального класса и системы жесткого контроля со стороны компартии. Некоторые интервью свидетельствуют о длительном вооруженном сопротивлении организованных партизан. В других описываются аресты, тюремное заключение, депортации в Сибирь и на Крайний Север, рабский труд на шахтах и лесоповалах Дальнего Востока. Со вступительным словом выступил посол Литвы в США А. Брузга. В дискуссии приняли участие режиссер и продюсер фильма, а также эксперты Фонда «Наследие».

5. 1. Профессор У. Кэмпбелл выступил в Фонде «Наследие» с лекцией «Великая хартия вольностей: от короля Эдуарда Исповедника до «Славной революции». Лектор – секретарь Филадельфийского общества, почетный профессор экономики университета штата Луизиана.
Кэмпбелл сделал обзор традиций свободы и ограниченного правительства, которые ведут свое начало от христианской культуры, предшествовавшей Великой хартии вольностей 1215 г. Законодательство Эдуарда Исповедника стало важнейшим мобилизующим призывом к верховенству закона за все истекшие века. Традиция свободы обрела силу в ХVII веке, когда сэр Эдуард Коук своими трудами и действиями противостоял тирании Стюартов. Профессор Кэмпбелл рассказал также о «Славной революции» 1688 г., используя портреты главных персонажей, описывая места действия, при соответствующем музыкальном сопровождении.

6. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия «В свободе отказано: издержки и результаты кубинской революции», в которой приняли участие почетный сотрудник по проблемам консервативной мысли Фонда Л. Эдвардс, почетный сотрудник Института американского предпринимательства М. Фолкофф, министр внешней торговли США К. Гутьеррес, ведущий эксперт по проблемам Латинской Америки Фонда «Наследие» Р. Уолзер и др.
Рано утром 1 января 1959 г. кубинский диктатор Фульхенсио Батиста бежал с острова в изгнание, а мятежники триумфально вошли в Гавану. Буквально через несколько дней братья Фидель и Рауль Кастро начали преследования сторонников Батисты и тем самым вбили клин между Вашингтоном и новым революционным режимом. Через несколько недель маски демократии и плюрализма были сброшены, и Куба под руководством Фиделя Кастро стала на путь коммунистического правления, который длится уже 50 лет.
В Соединенных Штатах избран уже одиннадцатый президент с момента захвата власти Фиделем Кастро, и настало время еще раз задуматься о цене и последствиях для американцев кубинской революции и препятствиях, которые отделяют величайшую в мире демократию от еще крепкого тоталитарного режима. Соединенные Штаты должны взвесить возможность компромиссов между принципами и прагматизмом, между поддержкой кубинского народа и его надежд на политическую и экономическую свободу, с одной стороны, и политикой сосуществования и умиротворения нереформировавшегося и негибкого коммунистического руководства Кубы, с другой. Поиск правильной линии поведения требует глубокого понимания пройденного пути, а также принципов, которые послужат нам ориентирами в предстоящие годы.

7. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Будущее американо-африканских отношений».
Администрация Буша ответила на расширение американо-африканских отношений программами исторических пропорций и политикой, которая подняла эти отношения на беспрецедентную высоту. Что должна сделать администрация Обамы, чтобы поддержать этот импульс? Где она может использовать новые полезные подходы?
Участники дискуссии были непосредственно вовлечены в этот процесс. А. Натсиос как администратор Агентства международного развития и специальный представитель США в Судане выполнял роль руководителя многих программ американской помощи, направленной на развитие африканских государств. Бывший помощник госсекретаря В. Канстайнер разрабатывал политические подходы к реализации интересов США в Африке, которые привели к фундаментальным прорывам в обеспечении мира, безопасности, демократии и росту частного сектора.

понедельник, 22 декабря 2008 г.

Что было на неделе (15-21 декабря)

Кризис в России приобретает новое измерение

Российский кризис обнаруживает все новые черты, которые серьезно отличают его от общемировых тенденций. На прошлой неделе в ряде регионов страны прошли акции протеста против повышения таможенных пошлин на ввоз иномарок. Как известно, в ноябре правительство приняло такое протекционистское решение для защиты отечественных производителей. Для многих регионов это очень серьезный удар. Дело в том, что производство автомобилей сосредоточено в европейской части России, и их транспортировка в Сибирь и на Дальний Восток серьезно увеличивает их продажную цену, особенно на фоне более дешевых и качественных японских автомобилей. Наиболее массовые выступления прошли во Владивостоке, где японские машины составляют подавляющую часть автопарка.
Акции протеста носили довольно острый характер: их участники заблокировали движение на основных магистралях города, пытались захватить аэропорт. Причем они не ограничивались только экономическими требованиями, но и выдвигали призывы к отставке правительства. Аналогичные акции происходили и в других городах, в том числе и в Москве.
Путин пошел на беспрецедентные меры для того, чтобы успокоить протестующих против повышения цен на иномарки. Он намерен отменить плату за железнодорожные перевозки на Дальний Восток и компенсировать эти затраты из госбюджета. Эта дорогостоящая мера сильно ударит по карману налогоплательщика, но совсем не гарантирует, что потребители предпочтут пусть и более дешевые российские «Лады» японским «Тойотам». Протесты вряд ли прекратятся.
Неслучайно в этой связи, что на участников манифестаций обрушились жесткие санкции со стороны правоохранительных органов. Во Владивосток был переброшен отряд особого назначения «Зубр», базирующийся в Подмосковье. Считается, что это элитное подразделение Министерства внутренних дел было создано специально на случай борьбы с «цветной революцией». Судя по всему, Путин серьезно обеспокоен нарастающей волной протеста и стремится подавить его в зародыше, не допустив распространения на всю страну.
К числу мер по борьбе с кризисом, принимаемых российским правительством, можно отнести решение о снижении добычи нефти для того, чтобы не допустить дальнейшего падения ее цены. Об этом объявил российский вице-премьер Игорь Сечин на саммите ОПЕК в Алжире. Москва усиливает координацию действий с этим нефтяным картелем. Если ОПЕК сокращает добычу на 2 млн. баррелей в сутки с 1 января, то Россия уменьшит производство примерно на 0,5 млн. баррелей. Однако Москва пока воздерживается от жестких обязательств перед ОПЕК, предпочитая вести собственную игру.
Налоговая политика правительства в сфере нефтедобычи вызывает недовольство у лидеров нефтяного бизнеса. Российский Белый дом пока не дает четких гарантий того, что налоговые льготы для нефтяников будут приняты в ближайшее время. Нефтяные же компании настаивают на немедленном снижении экспортных пошлин на нефть и налога на добычу полезных ископаемых на ближайшие два года. Судя по всему, в российском руководстве не верят, что падение цен на нефть будет затяжным, и ожидают скорого возвращения благоприятной конъюнктуры по ней на мировых рынках.
Несмотря на усилия правительства, резкое падение промышленного производства в стране продолжается. В ноябре сокращение составило 8,7 процентов, а прогноз на декабрь составляет целых 19 процентов. Эти масштабы превосходят показатели кризиса 1998-1999 гг. Наиболее серьезные потери наблюдаются в сфере производства кокса, целлюлозы, минеральных удобрений, черных металлов, некоторых видов машиностроения и станкостроения, где производство сократилось на 30 процентов. Государственные меры по поддержке этих отраслей пока результатов не приносят.

Как кризис влияет на отношения России с соседями

Кризис, охвативший все постсоветское пространство, негативно сказался на отношениях России с ее партнерами по СНГ. Каждая страна стремится обеспечить себе максимальные выгоды за счет партнеров.
Протекционистские меры России по защите своего сельскохозяйственного производителя уже вызвали трения с рядом стран, например, с Белоруссией и Украиной, которые традиционно являются крупными экспортерами продовольствия в Россию. Планируемое Москвой уменьшение квот на гастарбайтеров из ближнего зарубежья серьезно затрагивает интересы Киргизии и Таджикистана. Под вопросом оказывается реализация некоторых инвестиционных проектов в сфере энергетики, например, строительство прикаспийского газопровода, который Москва обещала своим партнерам по СНГ.
В условиях острой нехватки финансовых ресурсов резко обострилась проблема цены на газ, поставляемый Россией своим соседям. Ожесточенный торг вокруг нее ведется между Москвой и Минском: президент Александр Лукашенко не хочет платить за газ больше, чем сейчас. На прошлой неделе обозначился и конфликт между Украиной и Россией в вопросе о задолженности Киева по поставкам российского газа. Украинская сторона уверяет, что выплатила все долги, тогда как «Газпром» считает, что за Украиной еще числится почти 2 млрд. Долларов.
Нынешняя ситуация чревата прекращением поставок российского газа на Украину с нового года. А это неизбежно приведет к новому обострению политических отношений между двумя странами и вовлечению Запада в эту кризисную ситуацию.

понедельник, 15 декабря 2008 г.

Что было на неделе (8-14 декабря)

Антикризисная помощь по-русски: государство берет экономику под плотный контроль

Российское правительство активно использует нынешний кризис для того, чтобы усилить свой контроль над экономикой и фактически национализировать большинство прибыльных отраслей. Прошедшая неделя принесла новые примеры этой тенденции. Президент Дмитрий Медведев одобрил создание специального фонда поддержки предприятий, который оказывал бы прямую финансовую помощь промышленным структурам в обход существующей банковской системы. По сути дела, речь идет о создании альтернативной схемы финансирования избранных предприятий, которая будет еще менее прозрачна, чем ныне действующий механизм поддержки через бюджетные ассигнования и банки.
В свою очередь премьер Путин обсудил с членами правительства создание списка предприятий, которые будут получать государственную помощь в приоритетном порядке. Таких компаний будет примерно 150-200, и определять их круг будет правительство. Здесь тоже широкие возможности для манипулирования и бюрократического произвола.
В рамках курса, обозначенного президентом и премьером, правительство уже приступило к внесению коррективов в федеральный бюджет. На будущий год в целях экстренной господдержки предполагается дополнительно выделить 450 млрд. рублей (примерно 16 млрд. долларов). Основная часть (300 млрд. рублей) предназначена стратегическим предприятиям в виде государственных гарантий по кредитам. Значительную часть этих средств получит военно-промышленный комплекс, уже находящийся под контролем государства.
Расширяются меры протекционистского характера. Для защиты российских производителей сельскохозяйственной техники премьер Путин распорядился поднять ввозные пошлины на аналогичную иностранную продукцию до 15 процентов. Кроме того, согласно решению премьера, средства, выделяемые из бюджета на закупку сельскохозяйственных агрегатов, будут направляться только отечественным производителям. Это серьезно скажется на российском импорте сельскохозяйственной техники и нанесет весомый удар отношениям России с торговыми партнерами в этой сфере, в частности, с США.
Под предлогом кризиса уже началась плавная национализация тех отраслей, которые еще в состоянии приносить прибыль. Знаковым событием с этой точки зрения стало поглощение НПО «Сатурн», лидера в сфере производства двигателей для самолетов. На протяжении ряда лет руководство этой компании противилось вхождению в государственный холдинг «Оборонпром». Однако в настоящее время под давлением правительства руководство компании, то есть его мажоритарные акционеры, вынуждены продавать акции миноритарному – государству. Поскольку сам «Оборонпром» вошел в состав военно-промышленного гиганта «Ростехнологии», которому покровительствует сам Путин, то шансов у «Сатурна» на сохранение независимости не остается.
Цифры убедительно свидетельствуют о продолжающемся сокращении доли частных предприятий в России и увеличении объема государственной собственности. Если еще пять лет назад государство контролировало 20 процентов совокупного капитала рыночных компаний, то сейчас она уже приближается к 50. Если же брать крупные компании, то здесь эта доля еще больше. Очевидно, что в итоге кризиса объем собственности, контролируемой государством, еще больше возрастет, а процесс приватизации будет идти вспять.

Конституционные гарантии свободы слова под угрозой

15-ю годовщину российской конституции власти решили отметить помпезными мероприятиями. В Кремле была организована представительная конференция с участием президента Медведева и всей российской элиты. В своем выступлении Медведев вновь аргументировал необходимость внесения поправок в Конституцию. Однако речь президента была смазана акцией протеста со стороны лидера либерального движения «Мы», журналиста Романа Доброхотова. Он прервал президентскую речь выкриками с места: «Позор поправкам!», «В стране цензура!» и «У нас нет свободы выбора!».
Президентская охрана тут же убрала протестующего из кремлевского зала, хотя Медведев и предлагал его оставить. Журналист был доставлен в отделение милиции, но какие-либо санкции против него приняты не были. Более того, по его утверждению, милиционеры с пониманием отнеслись к его протестам против поправок в Конституцию, продляющих срок президентства.
Это выступление, хотя и носит локальный и одиночный характер, тем не менее, свидетельствует о существовании в стране реальной оппозиции планам нынешнего режима по фактическому увековечиванию власти на обозримую перспективу. С этим связана, безусловно, и та спешка, с которой проходит процесс внесения и утверждения соответствующих поправок в Конституцию.
О стремлении правительства не допустить какой-либо организованной оппозиции своим планам свидетельствуют и новые поправки к Уголовному кодексу в отношении статьи о государственной измене, которые правительство с подачи спецслужб внесло в Госдуму. Если в настоящее время государственная измена квалифицируется как враждебные действия, угрожающие внешней безопасности страны, то в случае принятия поправок под эту статью будут подпадать все действия «против безопасности РФ, в том числе ее конституционного строя, суверенитета, территориальной и государственной целостности».
Это существенное расширение состава преступления по данной статье. Фактически любая критика в адрес правительства может быть квалифицирована как государственная измена. Более того, среди действий, приравненных к государственной измене, названо, в частности, оказание консультационной помощи иностранным организациям. Это может стать серьезным ударом для работы иностранных неправительственных организаций в России.
Пока что эти поправки не вызвали энтузиазма у депутатов Госдумы, и многие здравомыслящие парламентарии считают содержащиеся в ней толкования безопасности и государственной измены чрезмерно широкими. Однако прецеденты показывают, что в нынешних условиях внесенные правительством законодательные инициативы, как правило, получают полное одобрение со стороны послушного проправительственного большинства в Госдуме.

понедельник, 8 декабря 2008 г.

Что было на неделе (1-7 декабря)

О чем рассказал российскому народу Путин

Более чем трехчасовое общение российского премьера Владимира Путина с российским населением продемонстрировало, что именно премьер-министр, а не президент Дмитрий Медведев является главным лицом в стране. Путин отвечал на вопросы, касавшиеся не только его непосредственной компетенции как главы правительства, но и проблем внешней и оборонной политики, которые, согласно Конституции, входят в сферу полномочий президента.
Разумеется, главной задачей премьера было убедить население в том, что правительство держит экономический кризис в стране под контролем и делает все возможное для помощи бизнесу и населению, одним словом, успокоить народ.
Вопросы, которые люди задавали Путину, ясно указывали на патерналистский характер их надежд: в условиях кризиса большинство россиян еще в меньшей степени склонны опираться на собственные силы и целиком уповают на поддержку со стороны государства. Путин охотно эксплуатировал эту тенденцию, щедро раздавая обещания государственной поддержки практически всем категориям граждан.
В этом просматривается своеобразная инерция путинского мышления. Он все еще мыслит категориями предкризисной поры, когда у России были, казалось бы, неисчерпаемые финансовые ресурсы. Сейчас ситуация совершенно иная. Однако Путин пока еще, судя по всему, не осознал, что государство не сможет выполнить не только новые обещания, но и вряд ли справится со своими прежними социальными обязательствами.
Официозные информационные источники похвалили Путина за доскональное знание статистических данных по самым различным отраслям экономики и социальной сферы. Действительно, Путин свободно оперировал множеством цифр. Однако некоторые приведенные им данные вызывают определенные сомнения. Путин считает, что безработица вырастет до двух млн. человек, тогда как, по официальным данным Госстата и согласно методологии МОТ, безработных в России сейчас уже 4,6 млн. человек.
Путин признал высокую инфляцию в стране, которая превысит по итогам года 13,5 процентов. Однако он умолчал о том, что первоначальный прогноз на год (8,5 процентов) значительно превзойден. Кроме того, сомнительна попытка Путина оправдать высокую инфляцию поразившим Россию кризисом. Основной прирост инфляции наблюдался еще до августа, то есть до начала кризиса.
Внешнеполитический раздел путинской презентации не впечатлял какими-то новыми откровениями. Однако премьер дал ясно понять, что Москва намерена решительно подталкивать новую американскую администрацию Обамы к серьезным уступкам Москве по ключевым проблемам, прежде всего, ПРО и расширению НАТО.
В своих ответах на вопросы россиян в прямом эфире Путин установил новый для себя рекорд продолжительности общения. Его популярность в стране по-прежнему велика. Президент Медведев – в отличие от Путина – пока еще не выходил на подобное общение с массовой аудиторией. Любопытно также, что за три часа Путин упомянул Медведева лишь один раз, да и то вскользь.
Все эти обстоятельства путинского ток-шоу наводят на мысль о том, что вполне вероятен сценарий досрочной передачи власти от Медведева к Путину под предлогом новой ситуации из-за изменений в Конституции и соответственно продления президентских полномочий. В этом контексте путинская прямая линия в эфире может быть интерпретирована как весомая заявка на возвращение в президентство. Во всяком случае, все рычаги власти по-прежнему фактически находятся в руках Путина.

Почему потерпел фиаско саммит ОБСЕ

России не удается убедить своих европейских партнеров в необходимости какого-то нового международно-правового договора по европейской безопасности. Большинство участников встречи министров иностранных дел ОБСЕ в Хельсинки отказались созвать специальный саммит для обсуждения этой инициативы. В ответ Москва вообще заблокировала принятие итоговой декларации.
Главная проблема, как видится, заключается в том, что европейцы с недоверием относятся к политике Москвы в отношении ее соседей и не без основания усматривают в новом договоре, предлагаемым Кремлем, очередную попытку обеспечить и доминирование Москвы в Европе и ослабить другие уже существующие механизмы и структуры типа НАТО, Евросоюза и ОБСЕ. Как и в советские годы, ставка делается также и на то, чтобы вбить клин между Европой и США, вытеснить Вашингтон из европейских дел.
Серьезным камнем преткновения для продвижения московской инициативы на обозримое время остается признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии. Этот шаг Москвы не поддержан ни одной европейской страной.
Российские СМИ явно с подачи сверху интерпретировали итоги недавней встречи НАТО как большой успех Кремля, поскольку Североатлантический альянс отказался предоставить «план действий по членству» Украине и Грузии. При этом искусственно замалчивался тот факт, что по существу процесс интеграции Украины и Грузии в НАТО продолжается и через несколько лет они смогут вступить в Североатлантический альянс путем выполнения годовых планов действий и без ПДЧ. Поэтому злорадство отдельных российских политиков по поводу неэффективности НАТО пока преждевременно.

понедельник, 1 декабря 2008 г.

Бюллетень Фонда "Наследие" №11 (103)

ПРЕЗИДЕНТ ФОНДА «НАСЛЕДИЕ» Э. ФОЛНЕР
О СОСТОЯНИИ КОНСЕРВАТИЗМА В США

10 ноября президент Фонда «Наследие» Э. Фолнер выступил на осенней сессии Президентского клуба - форума, объединяющего частных спонсоров Фонда.
Прошло шесть дней со времени президентских выборов. Довольны ли мы их результатами? Полагаю, что нет. В нынешних обстоятельствах консерваторам вполне уместно быть недовольными результатами этих выборов. Полезно было бы уделить несколько минут нашей неудаче.
• У демократов сейчас 56 мест в сенате.
• Они контролируют 58 процентов палаты представителей.
• Срок действия с таким трудом завоеванных налоговых сокращений 2001 и 2003 гг. истекает через два года. Вопрос об их продлении полностью находится во власти демократического большинства в обеих палатах. Так что надеяться не на что.
• Руководитель сенатского комитета по финансам Б. Фрэнк уже заявил, что налоги придется повысить.
• Спикер палаты представителей Н. Пелози и лидер демократов в сенате Гарри Рид спят и видят «новый курс» №2.
• Все эти законопроекты пойдут на подпись президенту, чьи взгляды на благосостояние и налогообложение почерпнуты, скорее, из Маркса, чем из Мэдисона.
Я мог бы продолжить список этих ужасов, но и этого достаточно, чтобы рука сама потянулась за транквилизатором. Вместо того чтобы пытаться поднять настроение при помощи химии, давайте попробуем вот что: используем наши мозги и свойственный консерваторам здравый смысл и проанализируем переделку, в которую мы, похоже, попали.
Мы бывали и не в таких переделках. Верните свои внутренние часы на 30 лет назад, в конец 1970-х гг. Попробуйте восстановить в памяти яркую картину тех дней.
• В Белом доме Дж. Картер.
• У демократов в сенате 61 место.
• Они контролируют 67 процентов палаты представителей.
• Наша экономика подкошена 12-процентной инфляцией и 9-процентной безработицей.
• Верхняя маргинальная ставка подоходного налога составляет 70 процентов.
• На нас распространяется арабское эмбарго на поставки нефти, и мы вынуждены покупать бензин по четным или нечетным числам, когда бензин имеется в наличии, а это бывает не всегда.
• Вместо того чтобы содействовать внутреннему производству нефти, наше правительство наказывает нефтяные компании налогом на сверхприбыль.
• Нам приказывали включать термостаты в домах летом и выключать зимой и носить свитера.
• Мы находились на пике «холодной войны».
• Иран больше года держал в заложниках 52 американских граждан, наслаждаясь возможностью уязвить Америку.
• Наш президент вызвал насмешки и презрение, когда организовал неудачную операцию по их спасению.
Можно продолжить этот список. Позвольте, однако, подвести его итог, перефразируя строчку из Чарльза Диккенса «Это были наихудшие времена, это были наихудшие времена». Тогда мы имели полное право быть недовольными, как и теперь. Но мы не имеем права на отчаяние и пессимизм. Ни тогда, ни теперь. Отчаяние и пессимизм – это форма эгоизма, который мы не можем позволить себе и который нельзя оправдать реальностью. Давайте выясним, что это за реальность.
Темные времена эры Картера не стали нашей политической судьбой. Возможно, так казалось тогда, но задним числом ясно, что это было не так. В те годы над нами было беспомощное и неудачное руководство. К концу администрации Картера американцы устали от неудач. Им захотелось другого руководства. Специфическая для американцев особенность в том, что когда нам надоедает что-то плохое, мы очень решительно выбираем другое. Сама наша нация возникла благодаря этой тенденции. Когда колонистам надоела британская тирания, они осуществили резкий поворот и основали новую нацию. Именно этот отличительный для американцев импульс творить собственную судьбу вытягивал нас из каждого национального кризиса.
Эра Картера – это одна из таких мрачных эпох. Вы знаете, куда мы тогда повернули. Мы обратились к Р. Рейгану, к принципиальному лидерству, консервативному лидерству, смелому лидерству. Устав от тьмы, мы выбрали рассвет.
Такие решительные повороты не происходят случайно. Их нельзя приписывать удаче. Когда наша страна сбивается с курса, мы, ее народ, возвращаем ее на нужный курс, потому что среди нас всегда достаточно людей с отвагой, умом и решимостью добиться этого.
Сейчас мы, несомненно, сбились с курса. У меня нет ни малейших сомнений, что мы вернемся на прямую дорогу, потому что среди нас достаточно людей с отвагой, умом и решимостью сделать это. Живое подтверждение моим словам – это сегодняшняя аудитория.
Однако для успеха нам следует избегать определенных ошибок в суждениях. Сейчас многим консерваторам следовало бы вправить мозги. Нам в первую очередь необходимо перестать ставить знак равенства между республиканской партией и консервативным движением. Ведь наши левые оппоненты с радостью проводят эту ложную параллель.
Накануне выборов 2006 г. обозреватель «Вашингтон пост» Э. Дионн писал, что в этом году республиканцы потерпят поражение. На счет этого он оказался прав. Однако послушайте, к каким выводам он пришел: «До ноября консервативные лидеры будут послушно пытаться объединить силы, чтобы предотвратить победу демократов. Но их сердца останутся равнодушными к этой схватке. Упадок консерватизма оставляет вакуум в американской политике». Обратите внимание на фразу «упадок консерватизма». По мнению Дионна, провалы республиканской партии в 2006 г. были неудачами консервативного движения.
Пару месяцев назад левое издание «Америкэн проспект» опубликовало статью под названием «Надвигающийся крах консерватизма». После описания фатальных, по его мнению, ошибок республиканцев в президентской кампании, ее автор П. Уолдман пришел к выводу: «Все опоры, которые так долго поддерживали консерватизм, рушатся». И опять, то же самое: если республиканская партия терпит поражение, значит, консерватизм рушится.
Прошлой весной в журнале «Нью-Йоркер» была опубликована статья Дж. Пэкера «Крах консерватизма: неужели у республиканцев закончились идеи?». В названии - та же самая ошибка: неудачи республиканцев интерпретируются как крах консерватизма. Этого следовало ожидать от наших оппонентов слева. Они готовы воспользоваться любым предлогом, чтобы объявить о кончине консервативного движения. Они делают это в течение ряда десятилетий.
Однако сегодня слишком многие консерваторы покупаются на это ложное суждение. Это опасная ошибка, потому что она лишает вас сил для борьбы. Если вы считаете, что нынешнее плачевное состояние республиканской партии – это мерило состояния консерватизма, вы неизбежно придете к выводу, что консервативному движению – конец.
Если вы хотите узнать, когда консерваторы были в беде, вернитесь на 35 лет назад в 1973 г. - год, когда был основан Фонд «Наследие». Нас была всего горстка в нескольких арендованных комнатах. Единственным известным консервативным «мозговым центром» в Вашингтоне был «Американский институт предпринимательства», который выпускал хорошие исследовательские работы, но не участвовал в политических баталиях. Он сознательно не принимал в них участия и был «над схваткой».
Тогда не существовало кабельных СМИ типа «Фокс ньюс». Не было радиостанций, где обсуждались бы проблемы консерватизма, потому что существовавшие нормы не позволяли консерваторам иметь собственные программы. Не было консервативных блоггеров, которые разоблачали бы предвзятые суждения мейнстримовских СМИ и предлагали бы миллионам читателей консервативные комментарии. В то время консервативное движение испытывало трудности, фактически оно едва существовало.
Сегодня республиканская партия испытывает трудности, которые она сама себе создала. Однако консервативное движение не переживает упадка. Оно пребывает в добром здравии и крепнет с каждым годом. Вот доказательства.
В дополнение к наиболее известным СМИ, включая «Фокс ньюс», к сотням дискуссионных радиопрограмм и десяткам национальных журналов, которые ясно излагают консервативные идеи, консерваторы добились широчайшего присутствия в Интернете. Townhall.com - это крупнейший консервативный портал во всемирной паутине. Посетите сайт, и вы найдете ссылки на 450 консервативных журналистов-комментаторов, на сотню партнерских организаций, в которую входят консервативные исследовательские центры и другие общественно-политические организации, и на более чем 8 тыс. интернетовских блогов, посвященных всем мыслимым проблемам.
Никогда еще в нашей истории консерваторы не располагали таким количеством коммуникационных каналов, насыщенных нашими идеями и доходящих до самых отдаленных уголков Америки. И никогда еще в нашей истории у нас не было такого мощного источника консервативных идей: я имею в виду «фабрики идей» - консервативные научно-исследовательские центры. И ваш Фонд «Наследие» - общепризнанный лидер в этой категории.
Мы завоевали признание по ряду причин. Важнейшая из них в том, что десятилетиями мы устанавливали связи с консервативными организациями, культивировали их рост, помогали им обмениваться ресурсами и координировать стратегию. Мы осуществляем это через наш Банк ресурсов.
Десять лет назад, в 1998 г., в ежегодном заседании Банка ресурсов приняли участие 292 человека, представлявших 175 организаций. В этом году зарегистрировано 708 представителей от 386 организаций из 52 стран. Более двухсот из них - президенты или исполнительные директоры консервативных организаций.
Много лет назад нашему другу и попечителю Фонда «Наследие» Тому Роу пришла в голову мысль основать консервативные исследовательские центры в штатах по образу и подобию нашего Фонда, при этом концентрируясь на проблемах штата и отдельной местности. Он пожертвовал деньги на организацию первых центров такого типа. В 1992 г. Том основал НКО «Стейт полиси нетуорк» с тем, чтобы эти группы могли обмениваться опытом и учиться на ошибках и успехах друг друга. В то время таких консервативных центров в штатах было не более десятка. Десять лет назад их было 36 в 34-х штатах с совокупным бюджетом в 15 млн. долларов. В настоящее время их уже 55 во всех 50 штатах с совокупным бюджетом, приближающимся к 60 млн. долларов. И эти цифры продолжают расти.
Я отмечаю эти детали, потому что они показывают, насколько серьезна ошибка - ставить знак равенства между республиканской партией и консервативным движением. Опоры, на которых стоит консерватизм, – вовсе не лидеры республиканской партии. Консерватизм поддерживается и подпитывается в первую очередь в институтах гражданского общества.
Консерватизм живет в наших семьях, в религиозных институтах, в бизнесе, в СМИ, включая радио, телевидение, Интернет и радиостанции, в благотворительных и гражданских организациях, в сотнях исследовательских центров и родственных организаций, действующих на национальном уровне и уровне штатов, среди тысяч принципиальных консервативных экспертов во всех областях общественно-политической работы и среди миллионов таких принципиальных консерваторов, как вы.
Вот опоры поддерживающие консерватизм, и они вовсе не рушатся. Консервативное движение по-прежнему охватывает все те же разнообразные школы, что и со времен второй мировой войны. Но разногласия не подкосили нас размежеваниями и раздорами. Консерваторы работают сообща в более крупных сетевых объединениях, чем раньше.
Несмотря на результаты выборов, Америка в принципе остается правоцентристской страной с консервативными взглядами на ключевые проблемы. С консерваторами ассоциируют себя в два раза больше американцев, чем с либералами. На вопрос Гэллапа, «должно ли правительство перераспределять богатства более равномерно или должно содействовать росту экономики страны для создания рабочих мест?», 84 процента американцев выбрали последнее. Даже среди демократов лишь 17 процентов ответили, что правительство должно перераспределить богатства.
На вопрос организации «Пью» об основных причинах финансового кризиса 79 процентов американцев ответили, что основным фактором было то, что люди брали больше кредитов, чем могли вернуть. Эти ответы - не политическая позиция. Они отражают базовые ценности, консервативные по сути, по таким вопросам, как главные функции государства и личные добродетели труда и жизни по средствам.
Эти ценности идут вразрез с программой левых. Именно поэтому Барак Обама концентрировался на проблеме налогов, а не на огромных затратах на реализацию либеральных предложений.
Взгляните на нашу массовую культуру, и вы обнаружите новые корни консерватизма. Американцы – это по-прежнему народ, который испытывает чувство почтения и благодарности, когда слышит такие песни, как
• Господи, благослови Америку
• Звездно-полосатое знамя
• Америка прекрасна
• Господи, благослови США
• Звезды и полосы навсегда

Мы остаемся нацией, которая в День ветеранов, в День независимости, в День памяти и в День благодарения на минуту оставляет свои дела, чтобы поблагодарить Бога за блага свободы. Посетите любой американский город, и вы обнаружите мемориалы и памятники, сооруженные в память о солдатах, сражавшихся и погибших за свободу. Это ощутимое выражение нашего понимания того, что свобода не достается даром, и что мы всегда должны бороться за нее. Это наглядное выражение консервативных ценностей.
Нынешние консерваторы располагают огромными ресурсами для изложения и защиты своих идей. Базовые консервативные чувства американского народа создают потенциал для укоренения этих идей. Однако реализация этого потенциала – огромная проблема. Обе политические партии подвели нас, но больше всего виновата именно республиканская партия. Она потерпела провал не потому, что придерживалась ошибочных принципов, а потому, что отошла от консервативных принципов.
Вот почему Фонд «Наследие» начал свою десятилетнюю кампанию «Лидерство для Америки». Сейчас, более чем когда-либо, мы должны отстаивать наши принципы и обучать им максимально широкую аудиторию. Мы должны возродить более широкое понимание и уважение к вечным истинам, являющимся основами американского образа жизни.
Вы, вероятно, знаете, что в этом году мы увеличили наш текущий бюджет на 50 процентов. Большая часть дополнительных средств пойдет на финансирование активных усилий по доведению наших идей до широкой аудитории. Мы будем размещать рекламу в радиопрограммах, которые слушают миллионы американцев. Мы будем проводить больше мероприятий Фонда в разных городах страны с целью привлечения местных лидеров и вовлечения рядовых членов с тем, чтобы требовать большей подотчетности от Вашингтона.
У нас есть эксперты по маркетингу и коммуникациям, которые поддерживают тесные рабочие отношения с продюсерами национальных радиостанций и телевизионных каналов, включая радиостанции и телестудии мейнстримовских СМИ. Эти возможности мы выстраивали многие годы, и это должно приносить большие дивиденды в нынешней политической обстановке.
В свете результатов выборов очевидно, что конгресс и Белый дом не будут прислушиваться ко многим консервативным идеям. Так что нам придется по большей части играть в обороне. И нам придется вести все более глубокую оборону по мере того, как либералы будут пытаться перераспределить богатство, отменить право людей труда на тайное голосование на выборах руководства профсоюзов, национализировать здравоохранение, банкротить угольные энергетические компании – этот список можно продолжать еще долго.
Но есть и хорошие новости. Консерваторы лучше подготовлены к обороне, чем когда-либо. Мы располагаем такими аналитическими ресурсами, как Центр анализа данных, у нас есть энергичная сеть родственных организаций, которые можно быстро мобилизовать, когда остро встают принципиальные политические вопросы. У нас есть виртуальная армия блоггеров, которые могут поднять десятки миллионов американцев буквально за считанные часы. И у нас есть самые образованные и опытные эксперты в мире.
Сейчас не время для отчаяния. Сейчас время для оптимизма. Сейчас не время с сожалением смотреть в прошлое. Мы должны смотреть в будущее с надеждой, целеустремленностью и заинтересованностью. Сейчас не время позволять политическим неудачам истощить нашу решимость. Отступление – это естественная составная часть продвижения вперед.
Я сегодня постарался обозначить различия между консервативным движением и республиканской партией. Но я сделал это вовсе не из-за высокомерного предположения, что вы не понимаете этого различия.
Очевидно, что вы его понимаете. Поэтому вы и собрались сегодня здесь. Вы объединяетесь под этим знаменем, потому что понимаете, что мы - не те политики, которые способны оказаться от собственных идеалов. Вы верите, что Фонд «Наследие» останется принципиальным консервативным институтом, защищающим ваши идеалы. Вы демонстрируете свое доверие щедрой финансовой поддержкой, без которой мы не смогли бы работать. Поэтому я хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы искренно поблагодарить вас. Спасибо за вашу преданность идеалам консерватизма. Спасибо за то время, энергию и средства, которые вы вкладываете в сохранение этих идеалов. Фактически вы осуществляете самую благородную деятельность, на которую только способен гражданин этой страны. Я благодарен вам за это.
Знаю, что сейчас некоторые из вас пали духом. Это вызвано катастрофическими результатами выборов. Мое послание вам сегодня можно выразить тремя словами: не меняйте курса. По нынешним временам это будет непросто.
Результат наших усилий не определится за день или за один год. Однако успех будет зависеть от нашей несгибаемой воли к победе. Не думайте, что нынешние неудачи – это наша судьба. Никогда не делайте этого. Ясность ума и решимость в сердце помогут вам встать плечом к плечу и защищать наше бесценное наследие свободы.
Не надо откладывать это на будущее. Примите на себя сознательное обязательство именно сегодня. Мы – команда, и мы победим!


Э. ФОЛНЕР: «ФОНД «НАСЛЕДИЕ» НУЖДАЕТСЯ В ВАШЕЙ ПОМОЩИ ДЛЯ ПРОДВИЖЕНИЯ КОНСЕРВАТИВНЫХ ИДЕЙ ПОСЛЕ ПРЕЗИДЕНТСКИХ ВЫБОРОВ В США

Президент Фонда «Наследие» Э. Фолнер обратился с призывом помочь Фонду в финансовом плане для продвижения консервативных идей после президентских выборов в США.
«Нам, консерваторам, нужен сильный голос в Вашингтоне для того, чтобы гарантировать неизменную силу консервативных принципов. Мы должны быть готовы противостоять возросшему присутствию либералов в Вашингтоне. Именно поэтому я сегодня обращаюсь к вам с просьбой о помощи Фонду «Наследие» и поддержке его работы по защите идей консерватизма после выборов.
Фонд «Наследие» ведет важную работу, борясь за консервативные идеи и выступая в их защиту против сильнейших препятствий. Наша деятельность говорит сама за себя: мы помогли сформировать политику президента Рейгана, провалить основанную на чрезмерном государственном вмешательстве реформу здравоохранения Клинтона, успешно боролись за реформу социального обеспечения и снижение налогов при Дж. Буше и помогли заложить основы ПРО.
У нас есть конкретный план защиты и продвижения нашего дела. В рамках кампании «Лидерство для Америки» мы разработали план по осуществлению реальных перемен в десяти ключевых областях, реформы, которые помогут сохранить Америку как замечательную страну.
2 октября с.г. член палаты представителей Дж. Уилсон (шт. Южная Каролина) на ее заседании признал успехи Фонда «Наследие»: «Мне бы хотелось выразить признательность Фонду «Наследие» в день его 35-летия. С 1973 г. Фонд является стойким поборником консервативных идей и принципов свободного рынка и содействует образованию американского народа в их духе. Его вера в силу свободы личности, американские ценности и ограниченное правительство сочетается с их приверженностью сильной национальной обороне. Фонд «Наследие» активно вовлечен в подъем современного консерватизма. Оценивая его деятельность – от его влияния на рейгановскую революцию до «Контракта с Америкой», содействия сильной национальной обороне и здоровому экономическому росту после террористических актов 11 сентября 2001 г., – я выражаю благодарность Фонду «Наследие» за его многолетнюю важную работу по содействию лидерам нашей страны в строительстве более сильной Америки».
У левых есть всеобъемлющий план, который призван реализовывать избранный президент Обама. Хочу проинформировать вас о том, что делает Фонд «Наследие» для противодействия этой программе и распространения идей консервативной реформы.
• Разоблачение экономической программы либералов. Эксперты Центра анализа данных Фонда «Наследие» - признанного лидера в своей области – выступают по национальным радио- и телевизионным каналам, разъясняя неэффективность и высокую цену либеральной экономической программы.
• Борьба с профсоюзными перекосами. Экономист Фонда Дж. Шерк продолжает опровергать аргументы крупнейших профсоюзных объединений в пользу отказа от тайного голосования при выборах профсоюзных боссов, которое даст им больше власти.
• Борьба за реформу ООН. Левые уже давно выступают за то, чтобы дать коррумпированным бюрократам в ООН больше контроля над американской внешней политикой. Однако эксперты Фонда дают отпор. Они настолько успешно защищают американский суверенитет, что один чиновник однажды даже спросил репортера, освещающего ООН, не работает ли он на Фонд «Наследие»!
• Восстановление конституционных принципов. Центр правовых и юридических исследований Фонда «Наследие», возглавляемый бывшим министром юстиции Э. Мизом, продолжает обосновывать идею о том, что предпочтение должно отдаваться тем судьям, которые трактуют конституцию с позиций здравого смысла.
• Работа по обеспечению будущих побед. Фонд «Наследие» продолжает закладывать основы будущих побед. Наша кампания «Лидерство для Америки», которая ведется уже десять лет, предлагает подробный план, как помочь Америке вернуться на правильный путь.
Э. Фолнер отмечает: «Мы остаемся глубоко преданными видению, присущему Фонду «Наследие» - строительству такой Америки, где процветают свобода, возможности, благополучие и гражданское общество. Однако наша работа на благо идей консерватизма возможна только при неизменной поддержке со стороны 381 тыс. наших сторонников по всей стране. Прошу вас рассмотреть возможность сделать пожертвование, которое позволило бы нам продолжать нашу важную работу. Спасибо за поддержку».


НОВАЯ «ХОЛОДНАЯ ВОЙНА»: ВОЗРОДИТЬ
АМЕРИКАНСКОЕ ПРИСУТСТВИЕ В АРКТИКЕ

Сотрудники Фонда «Наследие» А. Коэн, Л. Шашди и Дж. Доллбоу отмечают, что Арктика быстро возвращает себе прежний статус стратегического района, где на карту поставлены жизненно важные интересы Соединенных Штатов. Геополитическая и геоэкономическая значимость Арктики быстро возрастает, и природные богатства этого региона могут превратить его в XXI веке в экономически процветающую зону. Арктическое побережье и континентальный шельф содержат большие запасы нефти, природного газа, кластеров гидрата метана и ценных минералов.
В связи с таянием полярных льдов скоро увеличатся сроки ледокольной навигации по Северо-западному проходу в Северной Америке. Россия стремится продлить навигацию по Северному морскому пути в Евразии. Эти более короткие маршруты существенно сократят время и стоимость доставки грузов по морю.
Вопреки стратегическому расположению Арктики и ее огромным ресурсам Соединенные Штаты в значительной мере игнорировали этот регион. США следует разработать комплексную арктическую политику, включающую дипломатические, военные, военно-морские и экономические компоненты. Это должно включать незамедлительное картографирование территориальных претензий США с целью определения их масштабов и защиты от посягательств со стороны других государств. В условиях жесткого рынка т недавних беспрецедентно высоких цен на энергоносители огромные ресурсы углеводородов в Арктике способны облегчить положение потребителей. Эти запасы могут значительно укрепить экономику и повысить энергетическую безопасность Северной Америки и мира.
Амбиции России. Россия осознает многогранность потенциала Арктики и стремится быстрее утвердить здесь свои национальные интересы. Москва представила в орган Конвенции ООН по морскому праву свои претензии на 460 тыс. кв. миль – эта территория, равная Германии, Франции и Италии, вместе взятым. Кремль реализует свои интересы путем проецирования военной силы в этот регион и использования таких дипломатических инструментов, как договор по морскому праву. В августе 2007 г. Россия демонстративно установила свой флаг на дне Северного Ледовитого океана и впервые после «холодной войны» возобновила полеты стратегических бомбардировщиков над Арктикой.
На словах Россия воздает должное международному праву, но ее амбициозные действия напоминают, скорее, дипломатическую практику XIX века, чем правовую политику, свойственную XXI веку. Они свидетельствуют о том, что, по мнению Кремля, убедительная демонстрация силы способна урегулировать взаимные территориальные претензии. Позиция Запада в отношении Арктики была нерешительной и неадекватной. Ее необходимо изменить.
Восстановление американского присутствия. Соединенные Штаты не должны полагаться на выводы других стран, производящих картографирование морского дна в Арктике. Своевременные результаты независимого картографирования необходимы для защиты прав США и утверждения их в двусторонних и многосторонних рамках. Америка должна наращивать усилия по картографированию дна Северного Ледовитого океана, чтобы определить площадь внешнего континентального шельфа и размеры своих легитимных притязаний за пределами исключительной экономической зоны в 200 морских миль. Для достижения этой цели Соединенные Штаты должны модернизировать свой ледокольный флот. Они также должны продолжать сотрудничать и продвигать свои интересы вместе с другими государствами Арктического региона через такие форумы, как, например, недавняя Конференция по Северному Ледовитому океану в Иллюлисате (Гренландия).
Соединенные Штаты должны сделать следующее.
• Создать межведомственную рабочую группу по Арктике в составе представителей госдепартамента, министерств обороны, внутренних дел и энергетики для разработки общей политики в отношении этого региона. США должны использовать дипломатические, военные, военно-морские и экономические средства для поддержания своего суверенитета в Арктике, включая создание Объединенной оперативной группы - командования арктического региона во главе с командующим сил береговой охраны. Соединенные Штаты также должны созвать Форум береговой охраны в Арктике по типу успешно действующего Форума береговой охраны в Северной части Тихого океана.
• Ускорить закупку ледоколов для своевременного картографирования континентального шельфа и Арктики в целом для продвижения национальных интересов США. Соединенным Штатам следует незамедлительно картографировать свои претензии на континентальный шельф и районы, прилегающие к Аляске, для сохранения своих суверенных территориальных прав. В последующие 10 лет своевременное картографирование будет особенно важным, поскольку другие страны Арктического региона будут заявлять о своих претензиях. Для продвижения собственных интересов и защиты от притязаний других стран Соединенным Штатам не следует полагаться на картографические данные других государств.
• Предоставить береговой охране США бюджет, достаточный для осуществления операций и материально-технического обеспечения, с целью поддержания растущего, регулярного и влиятельного присутствия в Арктике.
• Вести переговоры с Канадой, Норвегией, Данией и, при возможности, с Россией. Для предотвращения конфликта с Россией и поддержания особых отношений с Канадой потребуются дипломатические усилия и сотрудничество с Канадой и европейскими союзниками Америки, имеющими интересы в этом регионе. США должны работать с Канадой для разработки взаимовыгодной схемы коммерческой эксплуатации углеводородов Арктики.
• Создать частно-государственную рабочую группу по Арктике для обеспечения формальных рамок, в которых частный сектор мог бы консультировать правительство США по вопросам экономического развития Арктики. Эта рабочая группа должна включать представителей энергетического сектора, геологоразведки и судоходства.
• Санкционировать разведку и добычу нефти в Арктическом национальном заповеднике дикой природы и других перспективных районах Арктики с тем, чтобы увеличить национальное производство энергоносителей. Конгресс также должен пересмотреть законодательство для тех районов, где производство уже началось, но жестко регулируется.

Заключение

Как арктическая держава Соединенные Штаты имеют значительные геополитические и геоэкономические интересы на Крайнем Севере. У Америки не только должно быть место за столом, но и роль лидера в преодолении новых вызовов и возможностей, например, споров из-за внешних границ континентального шельфа, судоходства на арктических морских путях и коммерческой разработки природных ресурсов и рыбных промыслов.
Чтобы играть эту роль и защищать свои интересы, Соединенные Штаты должны воскресить свою политику в отношении Арктики и вложить необходимые ресурсы для поддержания лидерства США на Крайнем Севере.


СИСТЕМА ПРО В ЕВРОПЕ: ПРОТИВОСТОЯТЬ РОССИЙСКИМ УГРОЗАМ

Ведущий эксперт в области исследований России, Евразии и проблем международной энергетической безопасности Фонда «Наследие» Ариэль Коэн напоминает, что на следующий день после победы Барака Обамы на выборах в США российский президент Дмитрий Медведев сделал заявление с целью проверить нового американского президента на прочность. В своем обращении к Федеральному Собранию Медведев пригрозил разместить в Калининградском анклаве России ракеты ближней дальности «Искандер», способные нести ядерные заряды, если Соединенные Штаты продолжат развертывание элементов ПРО в Польше и Чехии.
После переговоров с французским президентом Николя Саркози Медведев смягчил свою риторику и обещал повременить с размещением ракет при условии, что США примут участие в европейской конференции по безопасности. Как якобы сказал Саркози, до конференции не будет больше никаких разговоров о размещении ПРО».
Позже Саркози пересмотрел свое заявление, признав суверенное право Польши и Чехии разместить системы ПРО на своей территории. 17 ноября НАТО, уже после слов Саркози о том, что ПРО не сделает европейский континент более безопасным, в которую входит Франция, подтвердила свою поддержку планам США по созданию противоракетного щита в Европе. Представитель НАТО объявил, что позиция альянса, сформулированная в апреле 2008 г. на бухарестском саммите, не изменилась. Именно на этом саммите лидеры НАТО, включая Саркози, одобрили планы США по развертыванию противоракетного щита в Польше и Чехии.
Администрация Обамы не должна поддаваться на российские угрозы. Если это произойдет, то послужит сигналом, что на нового президента США можно оказывать давление и по другим проблемам. Даже если Обама открыт идее об отсрочке или отмене развертывания, сделать это после ракетных угроз со стороны России было бы явным признаком слабости.

Грузинская война спровоцировала развертывание ПРО

Сразу после войны между Россией и Грузией Польша согласилась на размещение на своей территории батареи из 10-ти ракет-перехватчиков, способных противостоять баллистическим ракетам большой дальности, которые могут угрожать Европе или Северной Америке. Варшава также получила от Соединенных Штатов дополнительные гарантии, которые расширяют ее двусторонние военные связи с Вашингтоном. Кроме того, Соединенные Штаты также согласились развернуть в Польше батарею зенитных ракет, способных нейтрализовать российские ракеты.
Москва яростно противится размещению американской ПРО, утверждая, что этот проект подвергает риску ее национальную безопасность. Однако утверждения России не выдерживают объективной проверки: ведущие кремлевские эксперты в области баллистических ракет пишут, что противоракетный щит в Европе не в состоянии нейтрализовать значительно превосходящий ядерный арсенал России и даже ее возможности ответного удара. Десять ракет-перехватчиков, которые Соединенные Штаты планируют развернуть в Польше, не смогут оказать ощутимого воздействия на стратегический баланс ядерных сил, включающий тысячи боеголовок, которые могут быть доставлены к цели российской стратегической триадой - баллистическими ракетами, бомбардировщиками и подводными лодками.
Кроме того, Соединенные Штаты много делали для того, чтобы уверить Москву, что эта система предназначена исключительно для отражения возможных ударов со стороны таких стран-изгоев на Среднем Востоке, как Иран. Министр обороны Роберт Гейтс предложил разместить российских офицеров связи взаимодействия в Польше и обещал, что система не будет введена в действие, если Иран не создаст ракет с дальностью, достаточной для удара по Европе.

Почему «Искандеры»?

Кремль и российские военные в собственных интересах поддерживают на плаву миф о военной угрозе с Запада. Они используют угрозы разместить ракеты малой дальности в Калининграде и на Балтийском флоте по двум причинам.
Во-первых, российские ВС, несмотря на победу над Грузией, остаются в конвенциональном плане более слабыми, чем силы НАТО. По данным американских военных источников, Москва, возможно, ищет предлог, чтобы интегрировать такие тактические ядерные системы, как «Искандер» двойного назначения – с конвенциональными или ядерными боеголовками, в подразделения первого эшелона, которые в противном случае будут слишком слабы, чтобы противостоять силам НАТО. Эти интегрированные системы также смогут поражать большой спектр целей в Европе, например, военные базы, склады и концентрированные группировки натовских войск в пределах 280-километровой зоны дальности ракеты «Искандер».
Во-вторых, недавнее заявление Медведева о готовности воздержаться от развертывания ракет в Калининграде в обмен на отказ от размещения американской ПРО в Европе свидетельствует о политических мотивах первоначального заявления Москвы о намерении развернуть «Искандеры». Используя угрозу разместить ракеты как средство давления, Кремль обеспечил себе инструмент для усугубления расхождений между Европой и США из-за ПРО. Такая тактика вызывает в памяти раскол между Европой и США в связи с развертыванием советских ракет «SS-20» в 1980-х гг.
Германия и, в особенности, Франция недовольны тем, что Соединенные Штаты первоначально не согласовали с ними планы по размещению ПРО в Европе. Эта позиция еще более ослабляет Североатлантический альянс и усиливает оппозицию НАТО со стороны тех, кто открыто отстаивает независимую оборону и безопасность. Москва рассчитывает на то, что если она развернет ядерное оружие на польской границе, активизируются скептики ПРО среди союзников США в Европе. Подобная оппозиция ПРО, по мнению Кремля, подкрепляет его довод, что развертывание американских ракет-перехватчиков приведет к опасной эскалации вооружений в регионе.
Действительно, российская угроза – хитрый геополитический ход. В своем противостоянии с Вашингтоном Москва пытается вбить клинья между «новой» и «старой» Европой, а также между Европой и Соединенными Штатами. Как основной источник энергоресурсов для Европы Россия располагает огромным экономическим влиянием на союзников США в этом регионе, которое способно сделать ее стратегию по вбиванию клиньев реальной угрозой.
Отсутствие единой позиции у Запада позволяет Москве в своих отношениях с европейцами и американцами применять с использованием средств энергетической дипломатии, древнеримский принцип «разделяй и властвуй». В отсутствие сильного и единообразного реагирования со стороны Запада Россия сможет максимизировать свои преимущества в Восточной Европе и в пространстве бывшего СССР, минимизировать свои слабости и тем самым получить преимущества за счет США и их союзников.

Обеспокоенность в Варшаве

Можно надеяться, что эти разногласия не повредят отношениям США с одним из их ближайших союзников в Европе – Польшей. Однако многие в Варшаве встревожены, так как внешнеполитический советник Обамы Денис МакДоноу опроверг заявления президента Леха Качинского о том, что Обама недвусмысленно привержен плану размещения ракет-перехватчиков в Польше. Обама ранее говорил, что поддержит развертывание системы ПРО, когда подтвердится эффективность ее технологии и если проект окажется практичным и рентабельным.
Другой советник Обамы Збигнев Бжезинский также высказался против развертывания ПРО. Однако, на данном этапе, если развертывание будет отложено, это послужит сигналом слабости Вашингтона и подарит Москве стратегическую победу.
В отличие от фантазий Москвы о западной «агрессии» угроза со стороны ядерной программы Ирана вполне реальна. В прошлую среду Иран провел испытания собственной ракеты средней дальности с использованием жидко- и твердотопливной технологии с дальностью в 2 тыс. км. В стадии разработки находятся еще и ракеты большей дальности. Поэтому Соединенные Штаты и их союзники не могут позволить себе отказаться от развертывания ПРО в Польше.
На встрече министров обороны НАТО в Таллине министр обороны США Гейтс утверждал, что Иран представляет для России такую же угрозу, как и для Европы, нейтрализовав тем самым доводы России против ПРО.

Отвергнуть российские угрозы

Администрация Обамы не должна разрушить или отложить планы создания ПРО в Европе. Однако ей следует продолжить усилия с целью убедить Кремль, что эта система не направлена против России. Любая уступка требованиям Кремля стала бы второй стратегической победой Москвы после признания Абхазии и Южной Осетии, являющихся частью Грузии.
Соединенные Штаты и Европа должны помешать Москве диктовать европейскую политику безопасности или вмешиваться в стратегическое сотрудничество между США и Польшей.
Администрации Обамы следует отвергнуть ракетные угрозы со стороны Медведева, разоблачая их как возврат к «холодной войне». Величайшая ирония и ошибочность действий России в том, что если бы Москва вела себя более ответственно, администрация Обамы вполне могла бы вообще отложить развертывание американской ПРО в Европе. А теперь ей необходимо противостоять давлению России, даже просто для того, чтобы не создать видимости своей слабости и препятствовать российскому стратегическому ревизионизму.


ИНДИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ И
КИТАЙСКИЙ ФАКТОР

Эксперт в области исследований Южной Азии Центра азиатских исследований Фонда «Наследие» Л. Кертис отмечает, что в связи с недавним заключением между США и Индией соглашения о ядерном сотрудничестве в гражданской сфере открываются широкие перспективы. Однако попытка Китая препятствовать этому соглашению на встрече Группы стран-поставщиков ядерных материалов в сентябре 2008 г. наглядно продемонстрировала многим индийцам, что Китай не готов принять ни возвышения Индии на мировой арене, ни перспективы индийско-американского сближения.
По мере развития отношений между самой старой и самой многонаселенной демократическими странами в мире Вашингтону следует сосредоточить пристальное внимание на динамике индийско-китайских отношений. Будущее направление в отношениях между этими государствами с быстрорастущей экономикой, на долю которых приходится одна треть населения Земли, будет наиболее существенным фактором при определении общих политических и экономических тенденций в Азии, непосредственно затрагивающих американские интересы.
Хотя на первый взгляд создается впечатление, что индийско-китайские отношения улучшаются (объем торговли вырос в восемь раз за последние шесть лет почти до 40 млрд. долларов), у обеих сторон существуют глубокие подозрения относительно стратегических намерений друг друга. В последние два года проявления укоренившихся разногласий стали выходить на поверхность. Похоже, что эти трения будут продолжаться ввиду неурегулированных вопросов о границах между ними, заинтересованности Китая в дальнейшем контроле над Тибетом и роста влияния Индии в Азии. Китай затянул переговоры по пограничному урегулированию и с начала 2008 г. провел несколько рейдов вглубь ряда индийских штатов.

Что это означает для американской политики в регионе

Китай и Индия демонстрируют политический и экономический рост на мировой сцене, и, естественно, конкурируют между собой за влияние в регионе. Хотя экономический подъем в Китае по-прежнему будет происходить быстрее, чем в Индии, Пекин будет стремиться противостоять политическому и геостратегическому влиянию Дели. Соперничество между двумя странами будет подстегиваться стремлением каждой из них вторгаться в традиционные сферы влияния другой. Для Китая - это Южная Азия, а для Индии - Юго-Восточная Азия. Готовность Китая игнорировать права человека и интересы демократии в отношениях с малыми странами Южной Азии будет время от времени ставить Индию в неблагоприятные условия при попытках утверждать свою власть в регионе, как это недавно произошло в Непале и Шри-Ланке.
Китай озабочен планами США по поддержке позиций Индии в Азии и старается подорвать соглашение Вашингтона с Дели. Вероятно, Пекин начнет дискуссии в частных и государственных рамках о значении одновременного развития Китая и Индии с тем, чтобы показать, что он приветствует возвышение Индии. Однако Индия будет более пристально следить за действиями Пекина вдоль спорных участков индийско-китайской границы, чтобы просчитать его общие стратегические намерения. Негативная позиция Китая по проблемам индийско-американского соглашения о ядерном сотрудничестве в гражданской сфере послужила напоминанием, что Пекин недоволен растущей глобальной ролью Индии.
Соединенные Штаты должны сделать следующее.
• Продолжать развивать прочные стратегические связи с Индией, содействуя ее более активной политической и экономической роли в этом регионе. Для того чтобы помочь Индии исполнять эту роль, Вашингтон должен добиваться прочного сотрудничества между вооруженными силами обеих стран и укреплять военно-технические связи. Вашингтону также следует развивать азиатский диалог с Индией для обсуждений событий в азиатском регионе в целом на более формальной и регулярной основе.
• Способствовать постоянной вовлеченности Индии в стратегические инициативы, основанные на общих ценностях, типа американо-японо-австралийского трехстороннего диалога. Бывший японский премьер Ш. Абэ предложил формализировать четырехсторонний стратегический диалог между Японией, Индией, Австралией и США. Однако новое правительство в Канберре во главе с К. Раддом уклоняется от участия в этой инициативе. Вашингтон должен убедить Канберру в преимуществах возрождения и развития такого четырехстороннего форума, который был бы нацелен на содействие демократии, борьбу с терроризмом, экономическую свободу и развитие в Азии. Кроме того, Вашингтон должен продолжить выстраивать двусторонние компоненты такой организации – американо-японские, американо-индийские и американо-австралийские отношения, а также работать над содержательной трехсторонней повесткой дня для отношений между США, Японией и Австралией, приемлемой для стран, которые могут присоединиться позднее. Соединенные Штаты могут также поощрять американо-японо-индийские трехсторонние инициативы, особенно в энергетической сфере и в области морского сотрудничества, а также посредством институционализации регулярного диалога по вопросам безопасности в Азии. В последние годы индийско-японские отношения укреплялись. Это было продемонстрировано в ходе недавнего визита индийского премьера Сингха в Японию, где он подписал совместную декларацию о сотрудничестве в сфере безопасности и получил японские гарантии на заем в размере четыре млрд. долларов для проектов инфраструктуры в Индии. Это соглашение о безопасности стало третьим таким пактом, подписанным Японией. До этого у нее были договоры с США и Австралией.
• Осуществлять более тесное сотрудничество с Индией по инициативам, направленным на ускорение экономического развития и демократических тенденций в регионе, и совместно с Индией давать отпор действиям Китая, которые потенциально способны подорвать эти тенденции, с целью обеспечения мирного, демократического развития в Южной и Юго-Восточной Азии. Это потребует тесной координации действий по реагированию на события в Южной и Юго-Восточной Азии и роста взаимного доверия между Индией и Соединенными Штатами в отношении стратегических намерений друг друга в регионе. Например, США должны способствовать тому, чтобы Индия оказывала помощь Афганистану в его продвижении к стабильной демократии, приветствуя индийское содействие с целью укрепления демократических институтов Афганистана. Индийско-американский обмен мнениями о ситуации в Афганистане должен углубляться. США должны гарантировать, чтобы Индия играла роль во всех региональных усилиях по стабилизации Афганистана.
• Помогать Индии укреплять сотрудничество с Международным энергетическим агентством для координации механизмов реагирования в случае возникновения нефтяного кризиса. Соединенные Штаты имеют огромную заинтересованность в том, как Индия справляется с растущим спросом на нефть и как конкурирует с Китаем за энергетические ресурсы. США должны работать в тесном контакте с Индией в ее разработках собственных стратегических нефтяных ресурсов, чтобы быть уверенными в том, что крупнейшие страны- потребители энергии готовы сотрудничать в разрешении потенциально возможных глобальных энергетических кризисов.
• Избегать потенциального военного конфликта между Индией и Китаем из-за неурегулированных границ, исходя из заинтересованности США в обеспечении стабильности этого региона. Вашингтон должен пристально следить за ходом переговоров о пограничном размежевании, не пытаясь играть посредническую роль. Маловероятно, что стороны смогут добиться в ближайшем будущем каких-либо прорывов в своих дискуссиях, но Вашингтон не должен пропустить признаков возрастающей напряженности.


О КАМПАНИИ «ЧТО СДЕЛАЛ БЫ РЕЙГАН?»

Продолжается кампания Фонда «Наследие» «Что сделал бы Рейган?».
На прошлой неделе в рамках интеллектуального тестирования участникам были предложены очередные вопросы:

I. В чем, по мнению Рейгана, сущность эффективного американского лидерства? Варианты ответа.

1. В приверженности основополагающим принципам свободы.
2. В работе над укреплением федерального правительства.
3. В опоре на международную дипломатию.

II. Почему, по мнению Рейгана, важно бороться за свободу?
Предлагаются следующие ответы.
1. Америка должна использовать военную мощь для сохранения своего глобального влияния.
2. Распространяя свободу, мы защищаем себя.
3. Для получения экономических богатств других государств.

III. Что думал Рейган о государственных мерах по оказанию помощи бизнесу в кризисной ситуации?
Предлагаются следующие ответы.
• Когда американцы испытывают трудности, государство должно помогать.
• Государство всегда должно исправлять ошибочные решения бизнеса.
• Каждый доллар, который дает государство кому-либо, отнят у кого-то еще.

IV. Почему Рейган считал, что студентов необходимо обучать американской истории?
Предлагаются следующие ответы:
• Как напоминание о навеки ушедшем прошлом.
• В целях воспитания и сохранения американского духа свободы.
• Это маргинализирует меньшинства и женщин.


ДИСКУССИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Оценка воздействия финансового кризиса на политическую архитектуру Европы». С основным сообщением выступил ведущий эксперт по налоговой политике Фонда «Наследие» д-р Дж.Фостер.
Глобальный финансовый кризис, несомненно, отразится на политической архитектуре Европы. Он может подтолкнуть некоторые страны ЕС войти в зону евро. Он может стимулировать создание единого министерства финансов Евросоюза или привести к рецессии, которая вызовет значительное напряжение в зоне евро.

2. Фонд «Наследие» и Фонд «В защиту демократий» провели дискуссию на тему «Нападение с использованием электромагнитного импульса: новый инструмент для врагов Америки». С основным сообщением выступил председатель комиссии по оценке угрозы от нападения с использованием электромагнитного импульса д-р У. Грэхем.
Электромагнитный импульс (ЭМИ) – это выброс электромагнитной энергии высокой интенсивности, вызванный быстрым ускорением заряженных частиц. ЭМИ может стать оружием массового разрушения, когда эти частицы либо через ядерную боеголовку, либо через бомбу, состоящую из изолированных электромагнитных импульсов, распространяются по электронной инфраструктуре, нанося значительный ущерб электронным системам и серьезно затрудняя возможности Америки к восстановлению. Например, самолеты могут в буквальном смысле падать с неба, продукты питания подвергнутся гниению, а возможности США по медицинскому и чрезвычайному реагированию перестанут существовать – количество жертв и размеры ущерба хозяйству будут колоссальными.

3. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Надежные союзники: будущее американо-британских и американо-японских отношений». В ее ходе отмечалось, что Великобритания и Япония – это два важнейших союзника Соединенных Штатов, надежная опора стратегии США в Европе и Азии. Однако Япония переживает переходный период в своей политике, как и сами США, в то время как в Великобритании власть новых лейбористов выглядит все более шаткой.
В свете этих перемен и геополитических вызовов со стороны Китая на востоке и Евросоюза на западе, возникает неопределенность относительно союзнических отношений и стратегий в сфере безопасности. Союз с Великобританией и Японией, несмотря на их значимость для США, иногда воспринимается в Америке как непреложная данность. США уделяют больше публичного внимания тем странам, которые не столь демократичны и дружественны.

4. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия на тему «Издержки регулирования выбросов углекислого газа: что на самом деле означает уведомление о предлагаемых новых нормах». В ней приняли участие руководитель департамента проблем регулирования Американской федерации по защите прав фермеров Р.Краус, старший научный сотрудник Института конкурентного предпринимательства М. Льюис и эксперты Фонда «Наследие».
Уведомление Агентства охраны окружающей среды (АООС) о намерении ввести новые нормы предвещает появление беспрецедентных по значимости и детализации регулирующих стандартов по ограничению выбросов углекислого газа. Они вполне могут стать законодательными нормами. В соответствии с ними, экономические затраты на принудительное снижение выбросов СО2 будут эквивалентны налогу на энергоносители, а малому и крупному бизнесу придется платить много новых и больших налогов. В период общественного обсуждения этого предложения заинтересованные стороны могут разместить свои мнения о новых регулирующих нормах в отношении бизнеса на сайте StopEPA.com.

5. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги Д.Ван Атты «Честь имею: Мелвин Лэйрд в условиях войны, мира и политики». Скоро будет объявлен состав администрации нового президента США. В этой связи вспоминается, что отдельные члены команды президента могут играть уникальную роль в продвижении государственной политики. Бывший министр обороны Мелвин Лэйрд был именно таким назначенцем. В 1968 г., когда война во Вьетнаме была в разгаре, конгрессмен от шт. Висконсин согласился занять пост министра обороны в администрации президента Никсона. Лэйрд знал, что в этом качестве он вряд ли расположит к себе американскую общественность. Однако в последующие четыре года он умело маневрировал в трясине унаследованной им войны.
В этой первой книге, посвященной наследию Лэйрда, автор раскрывает его ведущую и все еще недооцененную роль в преодолении кризиса в отношении этических и политических вызовов, с которыми ему постоянно приходилось сталкиваться. Ван Атта рисует портрет человека, который жаждал открытого правительства в обстановке секретности.
Автор проливает свет на внутренние пружины большой политики: подковёрную схватку Лэйрда с Киссинджером по проблемам политики, его решения игнорировать общие директивы Никсона, его созидательное воздействие на контроль над вооружениями и здравоохранение, его ключевую роль в выборе Дж. Форда в качестве вице-президента и разочарование в связи с отказом от плана «вьетнамизации» войны.

6. В Фонде «Наследие» прошла презентация книги известного радио-ведущего М. Медведа «10 больших ложных представлений об Америке: как преодолеть деструктивные искажения образа нашей страны».
В своей книге М. Медвед концентрируется на 10 крупнейших ложных представлениях об Америке, которые присущи миллионам американцев – вопреки неопровержимым фактам, свидетельствующим об обратном. Он указывает на самые вредные примеры дезинформации, имеющей целью нанести удар по Америке, которые загрязняют нынешние дискуссии по экономике, этическим факторам, религии в политике, войне в Ираке и другим спорным проблемам.
По мнению автора, все ложные представления, которые широко распространены среди элит и изучаются как истины в университетах и государственных школах, - это пропагандистское искажение истории. Книга дает ответы, необходимые для разоблачения этих безосновательных представлений, каждому, кто устал слушать, как очерняют на Америку люди, не понимающие, о чем говорят. Остроумные и хорошо аргументированные опровержения Медведя – это новое напоминание о том, что американцы должны ощущать себя благословленными, а не обремененными своим наследием.

7. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия на тему «Пираты в Аденском заливе: как пиратство подрывает безопасность на море». Недавние захваты торговых судов сомалийскими пиратами укрепили международные опасения по поводу угрозы со стороны этих самых наглых среди современных пиратов, которые осуществляют насилие, занимаются похищением людей и вымогательством в открытом море. Ощущая полную безнаказанность, пираты на этом не остановятся. Успех их преступной деятельности поощряет их вторжение в другие нелегальные сферы - от торговли оружием и людьми до транспортировки наркотиков и отмывания денег. Акты пиратства – напоминание о том, что преступная деятельность на море не только продолжает существовать, но имеет огромное воздействие на политику, безопасность туристов, военную стратегию и международную систему снабжения.