четверг, 30 октября 2008 г.

Бюллетень № 10 (102) Фонда "Наследие"

ФОРМИРОВАНИЕ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ НАТО И ЕС: РОЛЬ США

Старший эксперт по европейским проблемам Центра свободы им. М. Тэтчер Фонда «Наследие» С. Макнамара констатирует, что после террористических актов 11 сентября 2001 г. Запад абсолютно правильно инвестировал время, энергию и средства в асимметричную войну против радикальных исламистов. Однако вторжение России в Грузию 7 августа показало, что угроза традиционной военной конфронтации не исчезла. Поэтому Европа должна перестроить свои вооруженные силы таким образом, чтобы осуществлять боевые операции в обоих контекстах безопасности, определяя, с какими угрозами ей придется столкнуться и как лучше им противостоять.
НАТО традиционно остается главной союзной структурой для обсуждения проблем европейской безопасности. Однако, когда 1 мюля 2008 г. Франция стала председательствовать в ЕС на очередные полгода, она сделала главным приоритетом усиление независимой от НАТО военной идентичности, заложенной в расширенных силовых структурах Евросоюза. Британские консерваторы назвали эти планы «манифестом для захвата Евросоюзом наших вооруженных сил». Однако в контексте недавней франко-американской разрядки администрация США пришла к выводу, будто эта европейская инициатива не угрожает НАТО, и горячо приветствовала ее.
За десять лет существования «Европейской политики в области безопасности и обороны» (ЕПБО) расходы на оборону европейских стран в среднем уменьшились. НАТО практически не видит существенной взаимодополняемости с ее стороны. Остаются серьезные сомнения в мотивации Евросоюза относительно обретения военной идентичности. Осторожная и двусмысленная реакция ЕС на российско-грузинский конфликт высвечивает, насколько далек Брюссель от осуществления сильной и единой внешней политики. Поэтому необходимо дать новую оценку структурным и организационным отношениям между Евросоюзом и НАТО, а также целям и полезности дальнейшей интеграции.

Десять лет после Сан Мало: ЕПБО приносит НАТО мало пользы

После распада Советского Союза в начале 1990-х гг. страны Центральной и Восточной Европы сначала поспешили вступить в НАТО, а потом и в Евросоюз. После более полувекового господства СССР потребность в отношениях с США в сфере стратегической безопасности была первостепенной, а экономические преимущества членства в Евросоюзе следовали за ними. Относительно мирный и успешный переход этих стран к демократии, осуществленный частично благодаря членству в НАТО, проложил в 2004 г. путь в Евросоюз для подавляющего большинства государств этого региона. В настоящее время 21 европейская страна входит одновременно и в НАТО, и в ЕС. Интеграция ЕС в области обороны шла полным ходом, когда в нее включились страны Центральной и Восточной Европы, и они, в целом, сочли уместным считаться с мнением ее основателей.
Отношения НАТО-ЕС покоятся на фундаменте договоренностей «Берлин-плюс», которые были подписаны в декабре 2002 г. и вступили в силу в марте 2003 г. Легко видеть, почему Вашингтону казалось, будто «Берлин-плюс» дает ему ряд преимуществ. Евросоюзу был гарантирован доступ к возможностям планирования и ресурсам НАТО при осуществлении операций ЕС по кризисному управлению, а взамен Соединенные Штаты ожидали от Евросоюза большей приверженности модернизации его военного потенциала. Главная посылка «Берлин-плюс» заключалась в том, что EПБО будет подкреплять НАТО, а не подрывать ее, и что будет продвигаться американская позиция «трех принципов»: никакой расстыковки с НАТО, никакого дублирования ее ресурсов и никакой дискриминации членов НАТО, не входящих в Евросоюз.
Конгресс и администрация США были также воодушевлены тем, что ближайший друг США, Великобритания, одобряет этот проект. (Тогдашний премьер-министр Т. Блэр инициировал радикальный поворот в британской политике, поддержав в 1998 г. в Сан Мало европейскую идентичность в сфере обороны).
Однако европейские страны не пошли на увеличение своих военных обязательств в плане увеличения оборонных расходов и личного состава. Т. Блэр покинул европейскую сцену, на смену ему пришло слабое и неэффективное правительство. Существует также много свидетельств тому, что Евросоюз давно отказался от американских «трех принципов». Теперь ясно, что он подписал договоренности «Берлин-плюс», чтобы поднять собственный статус и получить доступ к ресурсам НАТО (преимущественно американским) без искренних обязательств увеличить расходы на оборону. Первоначальное намерение Блэра, чтобы НАТО получила пользу и взаимодополняемость со стороны ЕПБО, не осуществилось. Париж его перехитрил. Как отмечалось в докладе исследовательской службы конгресса США в январе 2005 г., «французские официальные лица давно утверждают, что Евросоюз должен стремиться стать противовесом Соединенным Штатам на международной сцене, и рассматривают ЕПБО как средство повышения уровня политического доверия к ЕС». Поэтому у Соединенных Штатов есть все основания для пересмотра условий договора «Берлин-плюс».

Заключение

Цель НАТО в принципе остается неизменной: гарантировать свободу и безопасность стран-участниц политическими и военными средствами. ЕПБО не сыграла практически никакой роли в реализации этой цели, а после подписания Декларации Сан Мало не произошло ничего такого, что бы в значительной мере усилило состояние европейской обороны. Сторонники ЕПБО продолжают рассуждать о преимуществах дальнейшей европейской интеграции, игнорируя присущие ей слабые стороны и отсутствие успехов. Наращивание силы – это главная мотивация ЕПБО, которая сопровождается предположением, будто НАТО больше не является краеугольным камнем трансатлантического альянса безопасности.
Как военный союз НАТО вправе ожидать, что ее члены будут нести бремя ответственности, а не только пожинать плоды. Однако желание Америки, чтобы Европа играла большую роль в мировых делах, привело к утрате веры в то, что это может произойти под руководством Евросоюза. Европейские члены НАТО, действуя как суверенные и независимые государства, будут лучше служить интересам трансатлантической безопасности в рамках этого альянса, а не наднационального и антидемократического института.

КИТАЙСКО-АМЕРИКАНСКИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ДИАЛОГ:
НЕОБХОДИМОСТЬ ЖЕСТКИХ МЕР РАДИ ПОСЛЕДУЮЩЕГО БЛАГА

Эксперт по вопросам экономической политики Центра азиатских исследований Фонда «Наследие» Д. Сизорс отмечает, что конец 2008 г. может стать судьбоносным периодом для китайско-американских торговых отношений. Новый президент США придет к власти сразу после 30-й годовщины китайских рыночных реформ. Естественно, большое внимание будет уделяться планам нового президента в отношении стратегического экономического диалога (СЭД) и других элементов экономических отношений.
После прихода к власти нынешнего китайского руководства в конце 2002 г. рыночные реформы, опираясь на прежние решения, были весьма незначительными. Курс на рыночную экономику свертывается и все больше подменяется государственным регулированием. Последние годы характеризуются государственным вмешательством в ценообразование, отсутствием приватизации, откатом от конкуренции и новыми барьерами на пути инвестиций.
В целом, по большинству экономических стандартов государство достигло значительных успехов. Однако они привели к такой ситуации, которая подталкивает Пекин к опасной одержимости идеей роста в ущерб всему остальному. В настоящее время Китай не рассматривает стратегию дальнейшего осуществления подлинных рыночных реформ в качестве своего долгосрочного интереса.
Каковы бы ни были цели новой администрации США, она должна помочь преодолеть эти настроения. Хотя всеобъемлющие рыночные реформы должны оставаться целью и контекстом для экономической политики США в отношении КНР, экономической дипломатии следующей американской администрации лучше всего сконцентрировать переговорные задачи на оценке реальной китайской стратегии быстрого роста под руководством государства. Если линия США априори будет исходить из продолжения рыночных реформ в Китае, она изначально будет обречена на провал.
Один из возможных вариантов реагирования – это отказ от попыток экономического вовлечения Китая. Это было бы опасной игрой. На США и Китай в прошлом году в общей сложности приходилось более 30 процентов мирового ВВП. Объем двусторонней торговли составил 387 млрд. долларов, значительно превысив показатели японо-американских торговых отношений (208 млрд.). Китайский экспорт в США в 2007 г. составил приблизительно 9,5 процентов ВВП КНР, вложения Китая в американские ценные бумаги в конце июня 2008 г. достигли более 500 млрд. долларов. Это самые значительные двусторонние отношения в мире. Даже малейшее улучшение в их структуре даст огромный экономический выигрыш.
С учетом всего этого, важный характер носит вопрос о том, как вовлечь Китай. Ответ зависит в первую очередь от взглядов нового президента на торговлю. Преимущества свободной торговли очевидны как в абстрактном, так и в конкретном плане. По своей сути свободная торговля предлагает предпринимателям и потребителям возможности и альтернативы, тогда как протекционизм ограничивает и то, и другое. В нынешней экономической обстановке новому президенту будет особенно сложно резко отойти от свободной торговли: на удивление, энергичный экономический рост ВВП во втором квартале вызван почти полностью торговлей. Поэтому маловероятно, что новый президент просто откажется от экономического диалога с КНР.
Хотя содержательная основа изменилась, существующие институциональные рамки для китайско-американских экономически отношений, которые венчает СЭД, в принципе, остались прочными. Сохранение СЭД или эквивалентных договоренностей предлагает более совершенный путь к прогрессу в двусторонних переговорах. Однако полномочия следует передать от министра финансов вице-президенту. Это позволит легче осуществить изменения в американской политике.
В этих обстоятельствах лучшее, что могут сделать Соединенные Штаты, - это подтолкнуть китайцев в правильном направлении, сконцентрировавшись на узкой зоне реформ, которые возможны в нынешнем контексте. Предлагаемые изменения включают шаги в направлении долгосрочной либерализации цен, ограничения государственного доминирования на корпоративном уровне, защиты американских компаний от меркантилистской «реформы», возобновления процесса открытия счета движения капиталов, чтобы позволить финансовым средствам свободно перемещаться в страну и из страны.

Заключение

Экономический диалог с Китаем может оказаться более трудным, чем может предполагать новый президент. Важность и многогранная природа этих отношений требует функционирования такого всеобъемлющего институционального механизма, как СЭД. Однако модель развития при государственном доминировании, которая дала быстрый рост и поэтому рассматривается китайским правительством как очень успешная, противоречит политическим целям США. Наши рекомендации принимают во внимание реакцию Китая и отвечают требованиям ВТО. Передача основных переговорных полномочий в СЭД может, таким образом, обеспечить продвижение и иных акций для достижения этих целей.
Пока недостатки китайской модели не станут очевидны, можно ожидать лишь умеренного прогресса. Однако подлинные рыночные реформы в Китае должны оставаться конечной целью США. Поэтому следующая американская администрация должна по-прежнему продвигать идею дальнейшей либерализации китайской экономики. Это покажет, что долгосрочные цели США не изменились, и подготовит почву на то время, когда Китай станет открытым рыночным реформам.
Несомненно, в новой американской администрации будут и альтернативные точки зрения. Одна из них – добиваться от китайской стороны более фундаментальных перемен. Хотя президент Ху Цзиньтао и премьер Госсовета Вэнь Цзябао привержены пути, который приносил не менее 10 процентов прироста ВВП в год после их прихода к власти, по мнению многих, потребуются резкие протекционистские угрозы для того, чтобы побудить их к фундаментальным переменам. Проблема с этими протекционистскими угрозами – не в том, что они неубедительны, а в том, что они неэффективны и даже контрпродуктивны. Протекционизм повредит Соединенным Штатам, даже если ущерб для Китая будет больше. Угрозы отрубить Америке один палец, отрезав два Китаю, - это вредная политическая поза, а не жизнеспособная эффективная политика. Американское лидерство демонстрирует уверенность и способность преуспевать в конкурентной среде внутри страны, на глобальных рынках и в самом Китае. Протекционизм – это отказ от лидерства.


ОПЕК ВОЗВРАЩАЕТСЯ: КАК РЕАГИРОВАТЬ НА
РОССИЙСКО-ИРАНСКИЙ ГАЗОВЫЙ КАРТЕЛЬ

Ведущий эксперт в области исследований России, Евразии и проблем международной энергетической безопасности Центра международных исследований им. Эллисонов Фонда «Наследие» Ариэль Коэн напоминает, что 21 октября в Тегеране на Форуме стран-экспортеров газа (ФСЭГ) было принято решение сформировать новый картель. Он последовательно и скрытно создавался в последние семь лет. Теперь Россия, Иран и Катар объявили о своем намерении объединиться с целью «координировать газовую политику». «Группа трех» (или «тройка») будет собираться ежеквартально для координации и осуществления контроля почти над двумя третями мировых запасов газа и четвертью всего газового производства. Для сравнения: Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) контролирует более трех четвертей мировых запасов нефти и 40 процентов ее производства.
Иран занимает второе место после России по мировым запасам газа и уступает лишь Саудовской Аравии по запасам нефти. Россия предпочитает координировать энергетическую политику с Тегераном, а не конкурировать с ним. Обе страны признают, что они контролируют в совокупности приблизительно 20 процентов мировых запасов нефти и около половины мировых запасов газа. Это обеспечивает им огромное геоэкономическое влияние.
Соединенные Штаты должны создать глобальную коалицию энергопотребителей для противодействия нефтяным и газовым картелям и привнесения рыночных принципов в газовую индустрию. Кроме этого, конгресс США должен либерализировать законодательство, чтобы разрешить разведку углеводородов в Арктике, Скалистых горах и на континентальных шельфах Тихого и Атлантического океанов, где находятся крупные запасы природного газа, и расширить сотрудничество в газовой сфере с Канадой.

Глобальная газовая стратегия России

На жестком глобальном энергетическом рынке Россия явно пользуется возможностью вести экономические и политические переговоры с позиции силы, которую обеспечивают ее обильные энергетические ресурсы. Она пытается контролировать экспорт энергоносителей новых независимых государств - Азербайджана, Казахстана, Туркменистана и Узбекистана. Россия также укрепила свои связи с Ираном, Венесуэлой, Ливией и другими крупнейшими экспортерами энергоносителей. Недавно Москва начала флирт с ОПЕК.
Таким образом, Россия ведет сложную и изощренную игру, которая способна максимизировать ее преимущества как ведущего производителя газа с крупнейшими запасами на планете и крупнейшего экспортера нефти.
Россия действует постепенно. Москва никогда открыто не высказывала энтузиазма по поводу газового картеля, но ждала возможности приступить к его созданию. Виктор Христенко, бывший российский вице-премьер, курировавший энергетику, отверг эту идею всего за несколько дней до того, как президент Путин в ходе своего визита в Катар в феврале 2007 г. назвал «газовую ОПЕК» «интересной идеей». В апреле этого года на встрече ФСЭГ в Дохе (Катар) Христенко сказал: «У нас не было, нет и не будет цели создать альянс против кого-либо». Однако на прошлой неделе председатель совета директоров «Газпрома» Алексей Миллер объявил о формировании «большой газовой тройки».
Россия действовала скрытно. Она тайно собирала компоненты воедино, не объявляя о создании картеля заранее, что могло спугнуть страны-потребители. В Дохе Россия инициировала создание «группы на высшем уровне», которая будет «исследовать» ценообразование на газ и разработает его методологию с использованием общепринятых моделей. Группа будет комплектоваться Россией. Это особо важно, так как «Газпром» по существу станет лидером на рынке жидкого природного газа и будет определять цены на газ в Европе.
До Тегеранской декларации России удавалось держаться в разумных рамках. Функция ФСЭГ по регулированию цен была поддержана Венесуэлой, Боливией и Аргентиной - теми латиноамериканскими государствами, которые предпочитают обходиться без рыночных принципов в газовой сфере, включая конкуренцию. В настоящее время Иран вместе с Венесуэлой применяет в газовом секторе навыки, апробированные в рамках ОПЕК, требуя сокращения производства и регулирования цен. Однако идея организации картеля приписывается именно Путину. Высокопоставленный член российской делегации в Дохе в 2007 г. сообщил РИА «Новости», что по мере глобализации газового рынка такая организация, как газовый картель, должна появиться, и она необходима.
Когда было объявлено о создании новой группы, российские чиновники позволили иранскому министру нефтяной промышленности назвать ее «газовой ОПЕК», хотя сами воздержались от употребления этого термина.
Самое главное, как бы картель ни назывался, он остается картелем. На встрече в Дохе члены ФСЭГ договорились обсудить раздел рынков потребителей между собой, в частности, в Европе, где Россия и Алжир уже являются основными игроками, а Иран может присоединиться к ним в следующем десятилетии. Если Россия согласится не оспаривать позиции Алжира в Испании, он в обмен воздержится от экспансии в Германию, где основной игрок - «Газпром». Это будет явным вызовом политике Евросоюза по либерализации в сфере энергоносителей и газовому дерегулированию, которая начала осуществляться с 1 июля.

Геополитическое влияние

«Тройка» и члены ФСЭГ планирую «достичь стратегического взаимопонимания» по объемам экспорта, графикам поставок и строительству новых газопроводов. Они также планируют осуществлять совместную разведку и разработку газовых месторождений и координировать графики ввода в эксплуатацию и производства. Для продолжения этой работы участники планируют создать постоянный секретариат. ФСЭГ имеет все атрибуты нарождающегося картеля, а «тройка» включает его основателей. Они будут выводить свое сотрудничество за рамки отношений ФСЭГ и тянуть за собой других производителей газа. Более того, Россия и Иран заинтересованы в усилении рычагов своего влияния в противовес ЕС в таких областях, которые часто имеют мало общего с энергоносителями.
Новая группа позволит трем лидерам увеличить свое геополитическое преимущество. Если этот новый картель будет расширяться, Россия и Иран окажутся в чистом выигрыше, так как приобретут влияние на менее крупных производителей газа в Евразии, таких как Азербайджан, Туркменистан, Казахстан и Узбекистан.
Такие основные производители газа, как Иран, Россия, Катар, Туркменистан, Бруней и Венесуэла, имеют одну общую черту: дефицит демократии. Эта сомнительная особенность есть у всех трех членов нового картеля. Как и ОПЕК, газовый картель станет внушительной глобальной геоэкономической силой, которую можно использовать для противодействия, угроз и, возможно, ослабления рыночных демократий посредством поддержки высоких цен на энергоносители и перераспределения богатства. Такой картель может вступать в сделки с подобными себе крупными недемократическими потребителями, например, с Китаем, заставляя Запад платить полную цену.

Необходимы согласованные глобальные действия

Администрация Буша практически не отреагировала на встречи в Тегеране и Дохе. После встречи в Дохе высокопоставленный член комитета по иностранным делам палаты представителей И. Рос-Лехтинен писала госсекретарю, что создание «газовой ОПЕК» станет «крупнейшей долгосрочной угрозой для мировых поставок энергоносителей» и что Соединенные Штаты должны «решительно этому противостоять». Официальные лица высказывают серьезные опасения, но только лишь в частном порядке.
В ответ на октябрьское решение Евросоюз заявил, что «энергетические ресурсы должны продаваться на свободном рынке» и он принципиально отвергает картели, фиксирующие цены. Будущее покажет, будет ли восстановлен недавно аннулированный «пункт о «Газпроме» в предложении ЕС отделить интегрированные объекты компаний-энергопроизводителей от объектов компаний, занимающихся передачей электроэнергии. В соответствии с ним «Газпром» не допускается к получению в собственность объектов последующих операций технологического цикла. Возникает также вопрос, пришлось бы миру иметь дело с возникновением газового картеля вообще, если бы такие европейские компании, как Е.ОN и Eni, не преуспели в лоббировании энергетических интересов России.
Как показывает пример с ОПЕК, закрытие рынков для конкуренции, содействие национальным нефтяным компаниям и сокращение производства путем системы квот приводит к ограничению поставок и росту цен на нефть. Газ, в конечном итоге, ожидает то же самое.

Что могут сделать Соединенные Штаты

Соединенные Штаты должны расконсервировать свои огромные запасы природного газа на суше и береговом шельфе для дальнейшей разведки и производства газа и побуждать своих соседей – Канаду, Мексику и страны Карибского бассейна сделать то же самое.
Следующая администрация США должна разработать четкую глобальную политику для ограничения картелизации газовых рынков. В частности, США должны работать вместе со странами Евросоюза, Японией, Китаем, Индией и другими странами в целях предотвращения такой картелизации. Этого можно добиться путем сотрудничества с Международным энергетическим агентством. Китай и Япония должны быть приглашены вступить в эту организацию. Необходимо также применять антимонопольное законодательство во всем мире против госкомпаний, которые активно вовлечены в картельную деятельность на энергетических рынках.
Наконец, Соединенные Штаты также должны работать в тесном контакте с теми участниками ФСЭГ, которые выступают против российско-иранского доминирования, включая Азербайджан, Канаду, Нидерланды и Норвегию. Совет национальной безопасности и Национальный экономический совет должны возглавить разработку такого политического курса. Если солидарность покупателей не будет преобразована в действия, энергопотребители и экономический рост во всем мире серьезно пострадают.


О КАМПАНИИ «ЧТО СДЕЛАЛ БЫ РЕЙГАН?»

Продолжается кампания Фонда «Наследие» «Что сделал бы Рейган?».
На очередной вопрос в рамках интеллектуального тестирования «Что, по мнению Рейгана, является основой экономической мощи Америки?» были даны следующие ответы:
1. Свободный рынок – 98 процентов респондентов.
2. Государственные гарантии – 1 процент.
3. Протекционистские торговые соглашения – 1 процент.
Правильный ответ №1. Источник: послание Рейгана конгрессу США 26 января 1982 г.: «Некоторые скажут, что наша задача – спасти свободное предпринимательство и рынок. Я же скажу так: надо освободить предпринимательство так, чтобы мы все вместе могли спасти Америку».

На вопрос «Какова, по мнению Рейгана, цель государственной помощи?» были даны следующие ответы.
1.Поощрять иждивенчество среди бенефициаров – 8 процентов респондентов.
2.Предоставлять временную помощь нуждающимся гражданам в чрезвычайных обстоятельства – 89 процентов.
3.Содействовать распространению влияния государства – 2 процента.
Правильный ответ №2. Источник: выступление Рейгана на церемонии его повторного выдвижения кандидатом в президенты 23 августа 1984 г.: «Те, кому государство намеревалось помогать, оказались в замкнутом кругу иждивенчества, из которого они не могут вырваться. Государство стало наркотиком, которое дает временное облегчение, но при этом приводит к зависимости».

На вопрос «Кто, по мнению Рейгана, может лучше всего регулировать рынки?» были даны следующие ответы.
1. Потребители и предприниматели на свободном рынке – 99 процентов респондентов.
2. Конгресс - 0 процентов.
3. Эксперты государственных учреждений – 1 процент.
Правильный ответ №1. Источник: Выступление Рейгана на встрече с представителями жилищной отрасли: «Слишком многие в столице нашей страны стали думать, что прогресс – это результат принятия законов и постановлений. Однако это не так. Именно возможности упорного труда и готовность рисковать со стороны таких же людей, как вы, заставляет эту страну строиться и расти дальше. И почти всегда вы делаете это вопреки препятствиям, которые создает на вашем пути государство».

На прошлой неделе в рамках интеллектуального тестирования участникам были предложены очередные вопросы:
I. Какова, по мнению Рейгана, роль ООН?
1. Выработка политических и правовых директив для всего мира.
2. Никакой роли. ООН - безнадежно неэффективный институт.
3. Содействие свободе, предотвращение войн и поддержка фундаментальных прав человека.

II. Каковы, по мнению Рейгана, полномочия всех избранных президентов?
1. Увеличивать государственные расходы для решения проблем.
2. Соблюдать конституцию.
3. Формировать политику США в соответствии с международным консенсусом.

Посещайте сайт www.wwrdheritage.org и высказывайте свое мнение.

ДИСКУССИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» состоялась презентация книги члена редколлегии газеты «Уолл-стрит джорнэл» Дж. Фанда «Фальсификация выборов: как подтасовка результатов голосования угрожает нашей демократии».
Неправильное обращение с бюллетенями, испорченные машины для голосования, скандалы с открепительными талонами, участие в выборах уголовных преступников, вмешательство Верховного суда – все это заголовки газет в ходе печально известного пересчета голосов во Флориде в 2000 г. Может ли подобное произойти и в этом году? Джон Фанд говорит «да». Для совершенствования избирательной системы в США мало что сделано. Обе основные партии намерены подавать судебные иски и оспаривать любое почти равное распределение голосов в штатах. Эти проблемы вполне могут свестись к вопросу, что сильнее - маржа победы, или итог судебного процесса.
Фанд предлагает обзор несовершенной избирательной системы США, которой не доверяют почти половина американцев. Он критически анализирует такие аномалии, как президентские выборы во Флориде 2000 г. и губернаторские выборы в шт. Вашингтон в 2004 г. Он исследует опасности «временных бюллетеней», закона, который разрешает гражданам США регистрироваться по водительским правам, неправомерно позволяющего людям получать открепительные талоны для несуществующих избирателей, и подозрительное движение за массовую регистрацию радикальной организации ACORN. Между тем, такая простая мера предосторожности, как требование предъявлять удостоверение личности с фотографией, вызывает упорное сопротивление на том ложном основании, что оно лишает гражданских прав представителей бедных слоев и меньшинств. В своей книге Фанд рисует тревожную картину электоральной уязвимости, где сочетание бюрократического головотяпства с подтасовкой бюллетеней подвергает риску американскую демократию.

2. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия на тему «Панды на орбите: космический вызов Китая». С основным сообщением выступил ведущий эксперт по азиатским проблемам корпорации «CNA» Д. Чен. 25 сентября состоялся запуск китайский пилотируемого космического корабля «Шэньчжоу-7». Пекин также намекает на возможность пилотируемого полета на Луну. По оценке директора НАСА М. Грифина, китайцы могут установить свой флаг на Луне уже в 2017 г.
Для сравнения: НАСА завершает программу «Шаттл» в 2010 г. Новый космический корабль придет на смену лишь в 2015 г. Эти пять лет Соединенным Штатам для использования МКС придется полагаться на российские грузовые ракеты и космические корабли «Союз». Средний возраст инженеров, работающих на американский космос, уже давно перевалил за 50 лет. В 2008 г. 26 процентов из них достигнут пенсионного возраста. Средний возраст китайских инженеров, участвующих в программе «Шэньчжоу», - 36 лет, а тех, кто работает на лунную программу «Чанъэ» - всего 33 года. Через 10-20 лет у Китая будет огромный пул инженеров в аэрокосмической отрасли с большим опытом, чем их американские коллеги. Недавно Административно-бюджетное управление США подвергло цензуре выступление в конгрессе директора НАСА о космических амбициях Китая.
В дискуссии обсуждались следующие вопросы. Утратит ли Америка первенство в космической сфере? Волнует ли это кого-нибудь? Имеет ли это значение?

3. В Фонде «Наследие» состоялась презентация книги ветерана журналистики У. Такера «Энергия земли: как атомная энергетика возглавит «зеленую» революцию и положит конец энергетической одиссее США».
Своей книгой Такер, опираясь на данные многолетних исследований, помогает осмыслить нелегкую энергетическую ситуацию Америки без груза политической предвзятости и предрешенных последствий. Он утверждает, что глобальное потепление – это серьезная угроза мировому климату и что ядерная энергия – это единственное, что, возможно, в состоянии решить эту проблему. Вклад ветряных мельниц, солнечных батарей и геотермальных электростанций слишком незначителен: они никогда не смогут обеспечить базовую электрическую нагрузку. Геотермальные электростанции черпают тепло из коры Земли, которое генерируется большей частью при распаде атома урана. Почему бы не вывести этот процесс на поверхность, не создать среду с регулируемыми условиями и не назвать это «ядерным реактором»? Энергия земли – это именно то, что нужно, она более компактна и менее разрушительна для окружающей среды.

4. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Как избежать скоропалительных решений: чрезмерная криминализация и банкротства заемщиков субстандартных кредитов». На начальной стадии кризиса субстандартного кредитования большинство авторитетных финансовых экспертов и экономистов сходятся во мнении, что причины банкротств носят преимущественно экономический характер: слишком много рискованных ипотечных заимствований и отказов от их выплат, вызванное этим падение цен на недвижимость и крах слишком большого числа непонятных финансовых инструментов и других ценных бумаг. В этих факторах нет ничего криминального. Если законодатели немного поразмыслят и проведут расследование, они, скорее всего, придут к тому же выводу, что и большинство экспертов в области права и экономики 20 лет назад, во времена кризиса со сбережениями и кредитами: преступность – это, в основном, побочный результат, а не причина сбоев на рынках.
Существующей в настоящее время системы нормативных актов, уголовного преследования и федеральных правоохранительных органов почти достаточно для расследования и наказания случаев мошенничества, инсайдерской и иной преступной деятельности, связанной с банкротством заемщиков субстандартных кредитов. Например, конгресс уже предусмотрел, по меньшей мере, 4450 новых составов федеральных уголовных преступлений.
Тем не менее, как недавно отметили журнал «Экономист» и бывший помощник министра юстиции генерал Р. Брэнд, политическое давление, возникающее в результате кризиса, часто подталкивает к выводу о том, что конгресс нужно уполномочить принять новые уголовные нормы, а исполнительную власть – преследовать в судебным порядке и осудить кого-либо. Правовое сообщество только сейчас начинает понимать и исправлять вредные последствия несоразмерных действий федерального правительства после банкротства компании «Энрон».Участвовавшие в дискуссии известные юристы и бывшие сотрудники служб правопорядка обсудили, почему скоропалительное принятие новых законов по борьбе с преступностью и создание новых правоохранительных органов будет нецелесообразным и контрпродуктивным.

понедельник, 27 октября 2008 г.

Что было на неделе (20-26 октября)

Финансовый кризис продолжается

Объем финансовой помощи проблемным банкам со стороны российского правительства в процентах к национальному валовому продукту уже достиг 14 процентов и превысил соответствующие показатели большинства западных стран. Однако Кремль продолжает отрицать наличие кризиса в стране. На встрече в Новосибирском университете премьер Владимир Путин, например, в резкой форме заявил, что в России кризиса нет. Однако цифры говорят об обратном.
Цены на российскую нефть продолжают снижаться, а рубль по-прежнему падает по отношению к доллару. По сравнению с пиковым периодом летом этого года, когда стоимость рубля была максимальной, российская валюта обесценилась по отношению к американскому доллару более чем на 12 процентов.
На прошлой неделе Центробанк потратил 4 млрд. долларов на поддержание курса рубля. И хотя официальные лица отрицают возможность девальвации национальной валюты, в реальности она уже состоялась. Международные валютные резервы России продолжают быстро таять. На прошлой неделе они сократились еще на 14 млрд. долларов. Помимо выделения средств на поддержание рубля деньги уходят из России и просто с оттоком капитала. За период с начала августа бегство капиталов достигло примерно 70 млрд. долларов.
В условиях минимальной транспарентности и подотчетности правительства в отношении финансовой помощи банкам широкое распространение получили разнообразные мошеннические схемы. Так, например, проблемные банки перед отзывом их лицензии рекомендуют клиентам - юридическим лицам переоформлять свои счета как депозиты частных лиц. В этом случае на них распространяется закон о страховании вкладов, и выплаты по вкладам возлагаются на государственное Агентство по страхованию вкладов. Это серьезная дополнительная нагрузка на госбюджет.
Показательно, что президент Медведев был вынужден отложить свое ежегодное обращение к Федеральному собранию именно из-за необходимости учесть кризисные явления в экономике.
Таким образом, налицо все признаки усугубления кризиса. Его публичное игнорирование кремлевскими руководителями можно понять как попытку успокоить население, но в реальности оно лишь загоняет проблемы внутрь, не решая их.

Российская экономика на пути внешнеэкономической экспансии

Несмотря на кризисные явления в экономике Москва по-прежнему стремится использовать свои энергетические рычаги для усиления международных позиций России. Важным шагом в этом направлении стала договоренность России, Ирана и Катара – трех мировых лидеров по запасам газа – о создании газовой ОПЕК. Этот орган - наподобие уже существующего нефтяного картеля - призван диктовать цены на газ в международном масштабе и не допустить их снижения, как это случилось с нефтью. Это решение представляет собой очередной вызов энергетической безопасности Запада и, скорее всего, придаст сильный импульс попыткам Европы диверсифицировать источники получения энергоресурсов.
В то же время между Москвой и Тегераном сохраняются определенные расхождения в подходе к задачам новой организации. Иран выступает за то, чтобы новый газовый картель был абсолютным аналогом ОПЕК. Россия, вроде бы, склоняется к более мягким рамкам, но снижение цен на энергоресурсы может заставить российский «Газпром» поддержать Тегеран. Ожидается, что 18 ноября в Москве произойдет официальное формирование картеля в более широких рамках, с участием других производителей газа.
Одновременно Кремль ведет курс на то, чтобы сделать контролируемое им «Интер РАО ЕЭС» мощным инструментом влияния на мировую энергетическую политику. Как сообщил будущий председатель совета директоров этой компании, вице-премьер Игорь Сечин, в ближайшее время она выйдет на рынки электроэнергии Западной Европы, Латинской Америки, Азии и ЮАР, потратив на зарубежную экспансию 5,5 млрд. долларов только в ближайшие два года.
Москва в штыки воспринимает любые попытки ограничить ее внешнеэкономическую экспансию. Именно в этом ключе было интерпретировано решение госдепартамента США ввести санкции против «Рособоронэкспорта». Министр иностранных дел Сергей Лавров предупредил Вашингтон, что решение распространить запрет на торговлю с «Рособоронэкспортом» угрожает подрывом связей между Россией и США. При этом в российских СМИ решение госдепартамента США подается исключительно как попытка ослабить конкурентоспособность «Рособоронэкспорта» на мировых рынках и дать односторонние преимущества американскому бизнесу, занимающемуся торговлей оружием. Однако замалчивается вопрос о том, что санкции связаны с поставками «Рособоронэкспортом» чувствительных технологий странам, вовлеченным в распространение ОМУ. «Рособоронэкспорт», который сейчас вливается в состав супермонополии «Ростехнологии», пользуется наибольшим благоприятствованием со стороны Кремля.

Парадоксы российской партийной идеологии

Прокремлевская партия «Единая Россия» занимается сейчас написанием своей новой программы, которая будет принята на ее съезде в ноябре. По просочившимся в прессу сведениям, в нее будет введен новый термин «социальный консерватизм». При этом разъясняется, что в отличие от английского консерватизма «социальный консерватизм» «Единой России» опирается не на аристократию, а на средний класс (sic!).
Подобные идеологические эскапады однозначно говорят о том, что идеологи «Единой России» страшно далеки от понимания сути консерватизма как идейно-политического явления и трактуют его как очередной лозунг. При этом «Единая Россия» активно добивается членства в международных организациях, объединяющих консерваторов, в том числе в Международном демократическом союзе.

понедельник, 20 октября 2008 г.

Что было на неделе (13-19 октября)

Финансовый кризис в России продолжается

Российскую экономику по-прежнему лихорадит. На прошлой неделе основные финансовые показатели то поднимались, то снова падали, но тенденция к снижению преобладала. Некоторый рост практически наблюдался только во вторник. В остальные же дни снижение достигало 6-9 процентов. Не прибавило уверенности участникам финансовых рынков и выступление министра финансов Кудрина в Госдуме, в котором он указал на слабость российской финансовой системы.
Государственное вмешательство пока носит ограниченный характер и не дает весовых результатов. Интервенция правительства на фондовых рынках в пятницу была весьма скромной и практически не повлияла на их состояние. Эксперты отмечают низкий профессионализм покупателей, что указывает именно на государственное вмешательство.
Серьезным ударом по российской экономике стало падение цен на нефть. Установившаяся цена на основной национальный бренд Urals уже ниже 70 долларов, а именно на этой базе рассчитан бездефицитный федеральный бюджет на будущий год. Таким образом, если коррективы в бюджет внесены не будут, а цены на нефть продолжат падение, то Россия окажется в тяжелой экономической ситуации.
Некоторые признаки обострения кризиса - налицо. Банк «Глобэкс», ранее не испытывавший особых проблем, был вынужден заморозить депозиты, прекратив их выдачу вкладчикам. Пользуясь возникшей возможностью, контролируемый государством «Банк развития и внешнеэкономической деятельности» (Внешэкономбанк) намерен поглотить «Глобэкс». Это уже второй проблемный банк, который Внешэкономбанк приобретает в ходе кризиса. Несколькими днями раньше ВЭБ приобрел «Связь-банк».
Под предлогом стабилизации финансовой системы ведут экспансию и другие близкие к правительству банки. Так, подконтрольный «Газпрому» «Газэнергопромбанк» за символическую цену купил 100 процентов акций «Собинбанка». Причем по своим активам «Газэнергопромбанк» лишь чуть больше «Собинбанка». Инкорпорируя его активы, «Газэнергопромбанк» серьезно укрепляет свои позиции в российском финансовом секторе.
Правительство обещает, что на этой неделе в экономике, наконец, проявится эффект от тех мер, которые были объявлены в середине сентября и начале октября. Однако слабая способность государственных чиновников к кризисному управлению вызывает большие сомнения в том, что обещания российского Белого дома будут выполнены.
Главное, как представляется, заключается в том, что российское руководство ставит ошибочный диагноз происходящего в стране. Как отмечает известный либеральный экономист, ректор Академии народного хозяйства при Правительстве РФ Владимир Мау, «у нас сейчас принято говорить о крахе американской или вообще западной экономической модели, о крахе либерального капитализма. Наверное, с политической точки зрения эти заявления имеют смысл. Однако было бы глупо стать жертвой собственной пропаганды». По мнению этого эксперта, экономическая история свидетельствует: каким бы последним этапом разложения капитализма ни называли кризисы – рыночные экономики всегда выходили из них окрепшими, более конкурентоспособными.
Ошибочность диагноза ведет и к неправильному лечению. Хотя помощь бизнесу со стороны российского правительства сопоставима по масштабам со странами Запада (около 10 процентов ВВП), она доходит до рынков гораздо медленнее, а действия правительства России гораздо менее решительны, чем в других странах.
Это вытекает из мягких оценок правительством последствий кризиса для экономики страны. Российский бизнес ощущает обстановку иначе, жестче оценивает ее. В противовес исключительно государственным схемам кризисного регулирования, существующим сейчас, Российский союз промышленников и предпринимателей предлагает более решительные меры. Они включают расширение круга участников процесса принятия решений, обеспечение большей открытости, ответственности и подотчетности в планировании и осуществлении антикризисных мер. Однако государственные структуры без энтузиазма воспринимают эти предложения.

Идет ли Россия к реальной военной реформе?

На прошлой неделе министр обороны Анатолий Сердюков объявил о начале в России самой радикальной военной реформы за постсоветские годы. В отличие от прежних планов реформирования вооруженных сил, которые, так или иначе, потерпели провал, проект Сердюкова предполагает полный отказ от существующей ныне копии громоздкой и устаревшей советской военной машины. Вместо традиционной схемы «армия-дивизия-полк» планируется использовать более простую и прогрессивную модель «оперативное командование-бригада».
Согласно новой схеме, существенно увеличится число младших офицеров – с 50-ти до 60-ти тыс. Однако общее количество офицерских должностей сократится вдвое. Серьезные изменения предполагаются в центральном аппарате Министерства обороны – его численность к 2012 г. должна уменьшиться более чем в два раза (до 8,5 тыс. человек). На двадцать процентов станет меньше российский генеральский корпус (с 1100 до 900).
Одновременно с реформой структуры и командования вооруженными силами будет проведена существенная реорганизация системы военного образования. Число военных вузов сократится с 65 до десяти.
Очевидно, что все эти меры серьезно затрагивают интересы большого числа старших офицеров, которые могут пострадать в ходе сокращений и реорганизаций. Сопротивление таким реформам со стороны военного командования будет весьма сильным.
Эти реформы могли бы иметь успех в стабильной и благоприятной экономической ситуации два-три года назад. Однако сейчас, в свете нарастающих экономических трудностей и возможной политической нестабильности, Кремль, безусловно, будет заинтересован в безоговорочной поддержке со стороны вооруженных сил. В конечном итоге именно они составляют одну из немногих надежных опор нынешнего режима. Поэтому амбициозные планы нынешнего министра обороны могут быть похоронены в силу политической целесообразности. Кремль не может рисковать армией в трудную для себя минуту.

вторник, 14 октября 2008 г.

Обращение правых либералов Европы

Правительство вызвало финансовый кризис; давайте не будем его усугублять

Представители общественных организаций Европы, собравшиеся на встречу своего дискуссионного форума «Европейский банк ресурсов» в Тбилиси 10 октября 2008 г., обнародовали рекомендации по преодолению глобального финансового кризиса.

Главной причиной осложнений в глобальной финансовой системе стало то, что правительство США наряду с правительствами других стран занялось неумеренной кредитной экспансией и оказывало давление на банки с целью предоставления займов, в частности, внутренних, ненадежным клиентам.

Поэтому:

1. Мы считаем, что реагирование на нехватку кредитов путем увеличения ликвидности рынка – это краткосрочная мера, способная помочь лишь плохо управлявшимся банкам. Она неизбежно подстегнет инфляцию.
2. Мы считаем, что правительства должны облегчать, а не осложнять процесс рыночного формирования цен, который реалистически отражает предложение и спрос.
3. Когда наступят тяжелые времена, правительства должны разделить бремя с предпринимателями и потребителями и не пытаться отмежеваться от вреда, который сами же и нанесли.
4. Правительства должны воздержаться от спасения отдельных корпораций и деловых проектов. Издержки по спасению обанкротившихся корпораций лягут на плечи остальных через увеличение налогов, инфляцию или неправильное распределение капитала.

Свободный рыночный капитализм доказал, что является единственной системой, которая ведет к устойчивому экономическому прогрессу и уважению свободы личности.

Подписали:

Литовский институт свободного рынка, Литва
Институт глобального экономического роста, США
Институт свободного предпринимательства, ФРГ
Институт рыночной экономики, Болгария
Фонд Фридриха фон Хайека, Словакия
Новая экономическая школа, Грузия
Либеральный институт, Чехия
Институт Хайека, Австрия
Исследовательский центр Адама Смита, Польша
Европейский центр экономического роста, Брюссель - Вена
Институт экономического анализа, Москва, Россия
Исследовательский институт экономических и финансовых проблем, Франция
Ассоциация налогоплательщиков, Франция
Институт Бруно Леони, Италия
Фонд Проект Лодзь, Польша
Ассоциация «За либеральную мысль», Турция
Научно-исследовательский центр им. Мизеса, Белоруссия
Эстонский институт свободного общества, Эстония
Институт экономических исследований, Франция
Союз налогоплательщиков, Великобритания
Институт Людвига фон Мизеса, Польша
Институт конкурентного предпринимательства, США
Фонд за свободу, традицию и капитализм им. Иоанна Барбуса, Румыния
Либеральный институт, Швейцария
Институт им. Б. Констана де Ребек, Швейцария
Европейская ассоциация налогоплательщиков
Ассоциация за экономическую свободу и социальный прогресс, Франция
Общеевропейское движение, Австрия
«Либерте шери», Франция
Консервативный институт Стефаника, Словакия
Европейская политическая сеть, Великобритания
Институт экономических и социальных исследований, Словакия
Институт КАДИ, Румыния
Институт глобализации, Польша
Институт ОХРИД, Македония
Израильский центр социального и экономического прогресса, Израиль
Прогрессивное видение, Великобритания
Общественная ассоциация в поддержку свободной экономики, Азербайджан
Международный фонд Фридриха фон Хайека, Москва, Россия
Албанский либеральный институт, Албания
Общественно-политический институт, Косово
Польско-американский фонд экономических исследований и образования, Польша
Образовательная инициатива для Центральной и Восточной Европы
Институт свободы, Дели, Индия

Что было на неделе (6-12 октября)

Финансовый кризис в России продолжается

Прошедшая неделя ознаменовалась дальнейшим падением ключевых российских финансовых индексов. За неделю РТС упал на 21 процент, а ММВБ – на 24 процента. Среди крупных компаний («голубых фишек»), наиболее сильно потерявших в цене, - «Газпром» (13 процентов) и «Лукойл» (11 процентов).
По подсчетам экспертов, кризис нанес серьезный урон российским олигархам. За период с мая 25 самых богатых предпринимателей страны потеряли 62 процента своего состояния – почти 240 млрд. долларов. Причем наибольшие потери пришлись на долю олигархов, приближенных Кремлю, - Романа Абрамовича (более 20 млрд. долларов), Владимира Лисина (22 млрд.), Владимира Потанина (19 млрд.), Олега Дерипаски (около 16 млрд.). Велики потери крупнейшей «Альфа-группы» - 15 млрд.
Кризис уже привел к серьезному промышленному спаду. Производство стали уже снизилось на 25-30 процентов, серьезно сократилось производство автомобилей. Однако власти, судя по всему, пока не отдают себе отчета во всей глубине кризиса. Во всех российских бедах они продолжают винить Соединенные Штаты. Именно в этом духе прошла встреча премьера Владимира Путина с лидером коммунистов Геннадием Зюгановым.
Рецепты, которые предлагает Москва для разрешения финансового кризиса мало чем отличаются от того, что реально делается на Западе. Если суммировать предложения Медведева на конференции по мировой политике в Эвиане, то их можно описать банальной фразой «лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным». Неудивительно, что медведевские инициативы были сдержанно встречены в финансовых кругах ведущих развитых стран: каких-либо новых конкретных механизмов и идей в них по сути дела не содержится. Разговоры о новой системе, о перестройке существующих структур могут быть полезны, но не в такой ситуации, когда требуются быстрые и радикальные решения.
Что серьезно отличает российский кризис от ситуации на Западе, так это его освещение российскими СМИ. Существуют многочисленные свидетельства того, что власти осуществляют жесткую цензуру над тем, как электронные СМИ информируют население об экономической ситуации в стране. Основные телеканалы либо преуменьшают, либо вообще замалчивают глубину кризиса, охватившего финансовые и фондовые рынки страны в середине сентября. В прошлый понедельник в момент мощного обвала котировок ни один из них не упомянул об этом критическом явлении и его возможных последствиях для страны.
Как сообщает «Эхо Москвы», Кремль дал инструкции всем государственным и частным телевизионным каналам избегать таких слов, как «финансовый кризис» и «обвал» при описании критической ситуации. Взамен рекомендуется употреблять более мягкие выражения, например, «снижение». Дело дошло до того, что на государственном канале «Россия» была запрещена трансляция интервью с министром финансов Алексеем Кудриным из-за его «излишней откровенности». Рекомендовано также возлагать вину за финансовый кризис на «экономический эгоизм некоторых стран».
Естественно, что в таких условиях население мало осведомлено о реальных причинах и динамике российского финансового кризиса, а общественные круги практически отстранены от участия в дискуссии и принятии решений об оптимальных путях его преодоления.

Экономика переплетается с политикой

Президент Дмитрий Медведев, выступая на конференции в Эвиане, настойчиво проводил мысль о том, что корни экономического кризиса лежат в политике США. Квинтэссенцией его программной речи стала мысль о том, что экономический кризис и рост политической напряженности могут быть остановлены, если США откажутся от однополярного мировоззрения. Медведев прямо обвинил вашингтонскую администрацию в том, что она страдает такой болезнью, как советология, которую российский президент приравнял к паранойе.
Озлобленность Медведева против советологии вполне объяснима, но иррациональна. Кремлю, конечно, не нравится, что западные эксперты по России усматривают в его нынешней внутренней и внешней политике большое сходство с коммунистическим Советским Союзом. Это и неприкрытый антиамериканизм, и попытки внести раскол в НАТО, и стремление подчинить своей воле ближайших соседей, и поддержка антиамериканских режимов-изгоев по всему миру, и ущемление прав и свобод внутри страны, и опора на энергоносители как важнейший источник пополнения бюджета.
Другое дело, что Медведев в пору своего формирования как личности – в середине-конце 1980-х гг. – уже не застал наиболее вопиющих проявлений коммунистической экспансии и в силу возрастных особенностей не может помнить брежневские времена. Зато их хорошо помнят те, кто советует Медведеву, пишет ему речи, формирует его политику.
Даже предлагаемое Медведевым новое общеевропейское соглашение тесно перекликается с советской инициативой о заключении договора о неприменении силы в международных отношениях, которую Москва активно продвигала в ООН в конце 1970-х гг. Тогда этот замысел потерпел провал, не выдержав испытания практикой международных отношений. Советский Союз ввел войска в Афганистан. Примерно так же, как это случилось в этом году на Кавказе.
И цели у обоих документов, в общем-то, одни и те же – ослабить оборонительные структуры Запада, сформировать такую систему безопасности, в которой ни США, ни НАТО не могли бы играть существенной роли, заменить реальные рычаги безопасности пустыми, непроверяемыми декларациями. Но сейчас добавилась еще одна жизненно важная для Москвы задача – предотвратить расширение НАТО и вступление в нее таких постсоветских государств, как Грузия и Украина.
Как представляется, Запад отчетливо понимает эти цели Кремля и без какого-либо энтузиазма воспринимает медведевскую идею о новом договоре по европейской безопасности. Вообще-то, все те идеи, которые Кремль планирует заложить в новый договор, уже присутствуют в существующих документах общеевропейского процесса. Однако рамки ОБСЕ уже не устраивают Москву, поскольку в них она оказалась по существу в одиночестве. Как показали события на Кавказе, даже страны, считающиеся союзниками России, например, Белоруссия, Армения, Казахстан, не поддержали ее и не признали независимости Абхазии и Южной Осетии. Новый договор призван перестроить отношения внутри Европы таким образом, чтобы Россия могла более действенно использовать свои экономические, политические и военные рычаги влияния как на новую, так и на старую Европу.
Командно-штабные учения «Стабильность-2008» стали еще одной мощной демонстрацией военной силы в международном масштабе. По сути дела, они вышли далеко за рамки чисто командно-штабной тренировки и стали комплексной проверкой боевой готовности стратегических наступательных сил России в условиях, максимально приближенных к реальным. Президент Медведев лично присутствовал при пусках межконтинентальной ракеты морского базирования «Синева» из акватории Баренцева моря на рекордную дальность в экваториальную часть Тихого океана и при запуске МБР наземного базирования «Тополь» в направлении Камчатки. Медведев подтвердил, что Россия и дальше будет испытывать баллистические ракеты, и это, безусловно, является серьезным сигналом Вашингтону.

понедельник, 6 октября 2008 г.

Что было на неделе (30 сентября-5 октября)

Финансовый кризис в России

Российские официальные лица утверждают, что пик финансового кризиса в стране уже прошел. Однако в реальности дело обстоит совершенно иным образом. Сегодня валютный и фондовый рынки вновь обвалились, и торги были прекращены. С мая нынешнего года российский фондовый рынок потерял почти 70 процентов, и государственные меры по его поддержанию пока не приносят ощутимых результатов.
Кремль активно пытается создать впечатление, будто вина за финансовый кризис в России лежит, в основном, на США, а не связана с проблемами российской экономики. При этом наблюдается откровенное злорадство по поводу ситуации в Америке и ограниченных возможностей Вашингтона по его урегулированию. Однако анализ базовых экономических индикаторов показывает, что российский кризис лишь опосредованно связан с американским. Он начался раньше и был усугублен таким специфическим фактором, как военный конфликт с Грузией. Падение российского рынка лишь частично связано с кризисом в США, который Путин охарактеризовал как «американскую заразу».
В попытках удержать ситуацию под контролем Кремль продолжает выделение средств связанным с ним банкам. По указанию правительства Центробанк выдает 50 млрд. долларов Внешэкономбанку, так называемому «Банку развития», на рефинансирование внешних займов корпораций. Тем не менее, очевидно, что деньги, полученные ведущими российскими банками, будут использоваться выборочно, в условиях низкой транспарентности и отсутствия подотчетности. Как уже заявил первый зампред Центробанка Геннадий Меликян, Банк России будет помогать не всем подряд, а только тем банкам, которые имеют значение для страны. Разумеется, определять этот круг банков будут вновь в Кремле.
Тем временем правительство стремится усилить контроль над теми отраслями, которые способны приносить прибыль и обеспечивать стабильность нынешнего режима. Вроде бы совсем недавно была ликвидирована крупнейшая монополия в сфере электроэнергетики РАО «ЕЭС России». Однако предпринимаются попытки воссоздать аналогичную мощную структуру в этой сфере. Речь идет об «Интер РАО ЕЭС», которая в настоящее время является небольшой корпорацией, но к 2015 г. может стать крупнейшей в стране. Уже сейчас она монополист в области экспорта и импорта электроэнергии.
Особая сила этой компании состоит в том, что ее возглавит нынешний вице-премьер Игорь Сечин, известный своей близостью к премьеру Путину. Сечин уже стоит во главе совета директоров «Роснефти», а с приходом на пост руководителя «Интер РАО ЕЭС» станет всесильным куратором огромного энергетического блока, вполне сопоставимого с «Газпромом».
Таким образом, путинская группировка концентрирует в своих руках контроль практически над всем энергетическим сектором страны и тем самым существенно укрепляет свои позиции.

Откат от либеральной налоговой реформы

Планируемые правительством меры в налоговой сфере нельзя назвать иначе, как отходом от принципов сокращения и упрощения налогов, которые были декларированы десятилетие назад. Фактически отброшены в сторону планы сокращения НДС, которые артикулировал в ходе своей предвыборной кампании президент Медведев.
На прошлой неделе в связи с необходимостью значительного пополнения Пенсионного и других социальных фондов правительство объявило о существенном увеличении социальных сборов. Премьер Путин заявил, что с 2010 г. единый социальный налог со ставкой 26 процентов будет заменен тремя страховыми взносами общим размером в 34 процента. При этом пенсионные взносы возрастут сразу на 6 процентов, а взносы в медицинское страхование – на 2 процента.
Как известно, в России социальные налоги платят предприятия, и новые меры означают резкое увеличение налоговой нагрузки на предпринимателей, особенно малых и средних. Это, безусловно, серьезно ухудшит и без того сложное положение российского бизнеса, страдающего от бюрократического произвола, и усилит тенденцию ухода деловой активности в теневую сферу. Предприниматели будут скрывать реальные размеры заработных плат, чтобы не платить социальные налоги, и в результате государство будет недосчитываться поступлений и по социальным сборам, и по подоходному налогу.
По экспертным оценкам, спасение пенсионной системы России с помощью высоких налоговых отчислений обойдется бизнесу не менее чем в 40 млрд. долларов в год. Пока правительство вроде бы обещает компенсировать эти дополнительные расходы. Однако механизм такой компенсации отсутствует. Более того, непонятно, для чего заставлять бизнес платить в Пенсионный фонд, а затем компенсировать ему эти расходы, если выходит, что государство само в состоянии оплачивать пенсионные траты. Скорее всего, обещания компенсации останутся невыполненными, а реальная налоговая нагрузка на бизнес будет возрастать.

На что направлен рост военных расходов

Новый военный бюджет, обсуждаемый в Госдуме, характеризуется поистине астрономическими масштабами планируемого роста военных расходов на будущий год. Заложенная в бюджет сумма примерно в 50 млрд. долларов означает прирост по сравнению с нынешним годом на целых 26 процентов. При этом в указанную сумму не включены дополнительные ассигнования в размере 3 млрд. долларов, запрошенные премьером Путиным. Впечатляют и темпы роста военных расходов на 2010-2011 гг. в 9 и 7 процентов соответственно.
Среди дорогостоящих военных проектов наряду с развертыванием стратегических наступательных вооружений и воздушно-космической обороны – создание сил быстрого развертывания. Эти планы получили особенно мощный импульс после конфликта с Грузией и находятся в стадии ускоренной реализации. Предполагается, что основой новых СБР станут воздушно-десантные войска, морская пехота, спецназ и штурмовая авиация. Элементы боевой деятельности подобных сил отрабатываются сейчас на беспрецедентных учениях кораблей Северного, Балтийского и Черноморского флотов в Средиземном море.
Примечательно, что главные импульсы в пользу создания СБР идут не из минобороны, а из Кремля. Это говорит о том серьезном политическом значении, которое придается этому амбициозному проекту.

Бюллетень Фонда "Наследие" №9 (101)

РАЗМЫШЛЕНИЯ ОБ 11 СЕНТЯБРЯ 2001 Г.: ЧТО ДОЛЖНА СДЕЛАТЬ СЛЕДУЮЩАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ США ДЛЯ ПОБЕДЫ НАД ТЕРРОРИЗМОМ

Вице-президент Фонда «Наследие» по проблемам внешней и оборонной политики, директор Института внешнеполитических исследований им. Дэвисов Фонда «Наследие» Ким Холмс отмечает, что в отношении борьбы против терроризма есть определенные постоянные истины и факты, которые сохраняются независимо от того, кто становится президентом или что говорят кандидаты в ходе предвыборной кампании. Риторика последнего периода создает впечатление, будто в борьбе с террористами существует два кардинально противоположных пути. Хотя различия действительно существуют, расхождения не так уж значительны, как считают некоторые. Безусловно, для того, чтобы каждый из этих путей был эффективным, необходимо сохранить ряд принципов.
Во-первых, необходимо поддерживать давление за рубежом против сетей, финансирующих радикальные террористические группы. Это имплицитно присутствует даже в стратегии «Сначала Афганистан» Барака Обамы. Наступление на террористов было отличительной чертой политики президента Дж. Буша после 11 сентября 2001 г. (от боевых операций до уничтожения сетей, финансирующих террористов). Эта линия будет продолжена независимо от того, кто будет президентом. В этом смысле наша политика все равно будет отличной от той, что проводилась в 1990-е гг., когда практиковался более пассивный подход к терроризму.
Во-вторых, будет сохранен в более или менее неизменном виде аппарат обеспечения безопасности, созданный после 11 сентября 2001 г., – министерство внутренней безопасности, новые правила, установленные «Законом о наблюдении за деятельностью внешней разведки» (FISA), реформы разведывательного аппарата. В этой сфере, возможно, не будет сделано практически ничего нового, но ни Дж. Маккейн, ни Б. Обама не свернут усилия в этой сфере. Достаточно взглянуть на предложенные Обамой поправки к FISA. Если его изберут президентом, усилия по поддержанию бдительности в этой сфере могут лишь возрасти. Обама призывает к увеличению численности гражданских кадров в борьбе с террористами и агитирует за принятие устава по противоповстанческим операциям. Все это не так уж сильно отличается от того, что делается уже сейчас. Генерал Д. Петреус уже трансформировал методы борьбы с повстанцами, и его подход, скорее всего, будет использоваться и дальше.
В-третьих, международные радикальные террористические группы будут и дальше адаптироваться к американской стратегии по борьбе с ними. Это не совсем хорошо и не совсем плохо. Например:
Хорошо, что Усама бен Ладен уже не является главным действующим лицом; он теперь, скорее, духовный, знаковый и пропагандистский лидер. Плохо, что террористические ячейки сейчас более разрозненны и в оперативном плане менее централизованы.
Хорошо, что США успешно выдавливают «Аль-Каеду» из Ирака. Плохо, что она и другие террористические организации перегруппируются в Афганистане и Пакистане.
Акции террористов-смертников вроде бы пошли на спад, но террористы прибегают к новым приемам для нападения на гражданских лиц и для создания хаоса.
Хорошо, что эти группы вынуждены уходить в подполье, но использование ими интернета для вербовки и пропаганды сейчас интенсивнее.

Вызовы, с которыми столкнется следующий президент, будут двоякими - как разобраться с Пакистаном, и будет ли улучшаться ситуация в Ираке, и если да, то удастся ли вывести его из-под удара террористов. Если ситуация в Ираке даст обратный ход, тогда он опять может стать главным фронтом в войне против терроризма. Это серьезно осложнит стратегию для США.
Наконец, кошмарная возможность обретения террористами оружия массового уничтожения будет по-прежнему преследовать любого президента, независимо от его партийной принадлежности.
Именно этот страх и движет нашей озабоченностью в отношении Ирана. Это главная причина, почему традиционные мнения о необходимости сдерживания Ирана не слишком убедительны. Любое государство, поддерживающее терроризм, использует иные расчеты или мотивацию. По этой причине эти страны более непредсказуемы. И Маккейн, и Обама будут остро ощущать настоятельную необходимость помешать Ирану получить ядерное оружие. Откровенно говоря, вариантов не так уж много, и они не слишком хороши. Следовательно, подход следующей администрации США к иранской ядерной проблеме будет характеризоваться, скорее, преемственностью, чем переменами.

В чем будут различия?

В случае избрания Обамы, его администрация, в отличие от Маккейна, скорее всего, сделает акцент на экономическую помощь и доводы о «коренных причинах». Между ними существуют серьезные разногласия относительно того, насколько такие стратегии будут эффективными.
Их подходы к контролю над ядерными вооружениями также будут различны. Обама призывает к глобальному запрету на новые материалы для ядерного оружия и говорит о возобновлении переговоров о ядерных вооружениях с Россией. Сомнительно, чтобы Маккейн сделал на это особый акцент.
Различия будут также и в поддержке долговременной модернизации и стратегии конвенционального оружия. Обама будет уделять этому меньше внимания, чем Маккейн. У них также большие разногласия по ПРО, в частности, относительно ее роли в противостоянии «государствам-изгоям» с ядерным оружием.
Однако в отношении Пакистана противоречия между ними, возможно, преувеличены. Обама больше не говорит об осуществлении ударов в одностороннем порядке по пакистанской территории, но он – в большей степени, чем Маккейн – оговаривает оказание помощи пакистанскому правительству определенными условиями. Осуществить это будет далеко непросто, но он может попытаться сделать это в первые годы своего президентства.
Обама также будет больше концентрироваться на обороне в ключевых точках внутренней безопасности – защите химических предприятий и питьевой воды, досмотре грузов в портах и усиленном регулировании деятельности правительств штатов и местных администраций, при этом увеличивая финансирование. Маккейн, скорее всего, не станет вкладывать столько денег в эти программы, считая, что невозможно остановить террористов в каждом порту или на каждом химическом предприятии. Вместо этого он, вероятно, будет укреплять возможности быстрого реагирования на местном уровне посредством целенаправленных федеральных грантов.

Постоянные исторические реалии

Наряду с внутриполитическими факторами и накалом предвыборной кампании важны некоторые постоянные исторические реалии. Чем больше времени проходит с 11 сентября 2001 г. и чем дольше США не подвергаются прямым террористическим атакам, тем труднее будет поддерживать наступательную концепцию в отношении террористических групп. С этими трудностями столкнулся президент Буш, это же предстоит Маккейну или Обаме. По данным опроса Гэллопа, почти две трети американцев не боятся нового террористического акта.
Это парадокс – чем успешнее наша нация, тем меньше мы делаем то, что делает успешными нас. Однако это реальность, и мы не должны делать вид, что это не так.
Мы уже семь лет живем в условиях, когда международные террористы не могут нанести по американской земле прямого мощного удара. Можно утверждать, что на это есть много причин, но одна из основных – в том, что давление Соединенных Штатов на бен Ладена и радикальные террористические группы и организации заставило их изменить планы и занять оборонительную позицию. И хотя они приспосабливаются, они делают это под давлением, а не в благоприятных условиях, как это часто бывало в 1990-е годы.
Обвинения Дж. Буша в «провалах» в этой сфере были явно преувеличены. Широкое доверие к его стратегии имело успех и поэтому оно, скорее всего, сохранится и при следующей администрации. Такая преемственность курса будет свидетельством не только лидерства Дж. Буша, но и реалий, в которых он – и следующий президент – должен действовать. Да, между двумя кандидатами существенные расхождения, и будут взяты разные направления. Однако важнейший вопрос для следующего президента – продолжать ли давление на террористов, даже в условиях, когда внутриполитические факторы все больше затрудняют этот процесс?


КИТАЙ, ШАНХАЙСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА И
РОССИЙСКАЯ АКЦИЯ ПРОТИВ ГРУЗИИ

Старший эксперт по проблемам отношений с Китаем, Тайванем и Монголией Центра азиатских исследований Фонда «Наследие» Дж. Ткачик напоминает, что 8 сентября российский премьер-министр Владимир Путин и американский президент Джордж Буш наряду еще с 54 главами государств и 15 премьер-министрами участвовали в церемонии открытия Олимпийских Игр в Пекине. В этот же день Россия вторглась в Грузию. Китай закрыл на это глаза, но это вторжение заставило содрогнуться бывшие советские республики.
Через 20 дней в Душанбе руководители Китая и четырех центрально-азиатских государств Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) выразили «поддержку активным действиям России по укреплению мира и сотрудничества в этом регионе». В то же время, Душанбинская декларация содержала формулировки, осуждающие «использование военной силы для решения проблем», и призывала к «уважению фундаментальных принципов международного права». Может быть, это был завуалированный удар по России?
Это маловероятно, ведь президент России Дмитрий Медведев поставил свою подпись под этим документом. ШОС действует на основании консенсуса, и Медведев, если бы захотел, мог бы заблокировать весь документ. Возможно, это был наилучший вариант, которого смог добиться Медведев. В конечном итоге ему было вполне достаточно объявить другим странам-участницам ШОС, что Китай поддерживает российскую акцию и не возражает против такой интерпретации.
В декларации легко прочитывается, что вина за российское военное вмешательство возлагается на тех, кто «не уважает историю и культурные традиции стран и народов». Это намек на пренебрежительное отношение со стороны Грузии к истории и культурным традициям абхазского и южноосетинского меньшинств. Декларация напоминает о том, что «недавно члены этой организации высказывали глубокую озабоченность в связи с напряженной ситуацией вокруг Южной Осетии и призывали каждую из заинтересованных сторон к мирному разрешению существующих проблем путем диалога».
В день открытия Олимпиады Китай не выразил озабоченности по поводу силовых действий Москвы. Во время встречи с российским премьером Владимиром Путинным китайский лидер Ху Цзиньтао дал высокую оценку отношений со своим «партнером по стратегическому сотрудничеству», которое «продвигается вперед по всем пунктам точно в соответствии с совместно заявленными целями». Это можно расценить как полное одобрение. В высказываниях китайского лидера нет ничего необычного. Принимая во внимание взаимосвязанные двусторонние и многосторонние договоры в сфере безопасности, российско-китайские отношения вполне можно назвать «союзом».
10 августа на встрече с Дж. Бушем Ху Цзиньтао поблагодарил американского президента за поддержку Олимпийских Игр в Пекине. По сообщениям китайских государственных СМИ, эти лидеры обсуждали проблемы Северной Кореи, Ирана, Судана и Дарфура. Китайская пресса ни словом не обмолвилась о том, что Буш поднял вопрос о российской агрессии против своего малого соседа. Хотя Буш и Ху обстоятельно обсуждали грузинскую проблему, китайские государственные СМИ, судя по всему, сочли это диалог несущественным.
Спустя несколько дней грузинский посол в Пекине обратился к Китаю с просьбой о посредничестве в переговорах с Россией. Китайский МИД отверг ее, ответив уклончиво: «Наша позиция по Южной Осетии абсолютно ясная. Мы надеемся на мирное разрешение конфликта путем диалога, чтобы добиться мира и стабильности в регионе».
Однако нынешняя позиция Китая по Южной Осетии не такая уж ясная. В апреле 2006 г. Китай убедил Грузию отказаться от официальных отношений с Тайванем, согласившись в свою очередь на совместное заявление о том, что «проблема Абхазии и Южной Осетии – это внутреннее дело Грузии, и она должна решаться надлежащим образом путем мирных переговоров, основанных на уважении государственного суверенитета и территориальной целостности Грузии». Однако это совместное заявление предназначалось исключительно для глаз иностранцев, а не китайцев. На сайте МИД КНР на китайском языке этого совместного заявления обнаружить не удалось.
26 августа, когда Россия объявила о признании независимости Абхазии и Южной Осетии, китайский МИД выступил с двусмысленным заявлением: «Китайская сторона выражает озабоченность в связи с новыми событиями в развитии ситуации вокруг проблемы Абхазии и Южной Осетии. В то же время, опираясь на последовательную и принципиальную позицию китайской стороны по подобным проблемам, мы надеемся, что каждая из заинтересованных сторон может удовлетворительно разрешить эту проблему через диалог и консультации».
Позицию Китая трудно назвать принципиальной. В этом комментарии отсутствуют слова «мирный», «территориальная целостность» и «суверенитет», что резко отличает ее от совместного китайско-грузинского заявления 2006 г.
26 августа автор данного меморандума задал китайским дипломатам вопрос: «Почему риторическая «приверженность» Китая принципам «суверенитета», «территориальной целостности» и «мирному диалогу» вдруг исчезла? Нельзя ли было бы хотя бы повторить формулировки китайско-грузинского совместного заявления».
В ответ китайские дипломаты не высказали ни малейшей обеспокоенности в связи с тем, что независимость двух сепаратистских районов Грузии создала прецедент. Китайские дипломаты настаивали на праве абхазов и жителей Южной Осетии на определение собственного будущего путем плебисцита. Действительно, Китай признал независимость Восточного Тимора на этих же основаниях. Однако Пекин отвергает правомерность подобного референдума на Тайване.

Экспансионистская мотивация Китая

Желание Китая поддержать военные операции своего российского партнера против Грузии может иметь две причины.
Китай расценивает действия США и НАТО по вовлечению Грузии в систему западных договоров по безопасности как угрозу своему партнеру.
Китай, вероятно, хочет сохранить возможность предпринять аналогичные действия за пределами собственных границ.

Тем, кто считает, что Китай – это не экспансионистское государство, следует принять во внимание, что Китай имеет активные территориальные претензии на следующие территории:
острова Сенкаку, принадлежащие Японии;
все острова, скалы, отмели и подводные ресурсы в Южно-китайском море (включая те, на которые претендуют Филиппины, Вьетнам и Тайвань);
Территория индийского штата Аруначал-Прадеш.

Тайваньцы могут испытывать мрачное удовлетворение от того, что их территория не единственная, на которую претендует Пекин.
Все же в Пекине считают, что грузинская авантюра – это дело России и для Китая здесь нет необходимости расходовать свой дипломатический капитал. Этим объясняется отказ китайского представителя выступить на стороне России на заседании Совета безопасности ООН 28 августа. Китай предпочел, чтобы эту роль сыграли Южная Африка и Вьетнам. Китайские дипломаты предпочитают расслабиться и наблюдать, как достается русским за их интервенцию на Кавказе. Однако существенных трещин в евразийском партнерстве между Китаем и Россией ожидать не следует.


ЧТО ДЕЛАТЬ С СИТУАЦИЕЙ НА ФИНАНСОВЫХ РЫНКАХ?

Эксперты Фонда «Наследие» С. Батлер, А. Фрейзер и Дж. Карафано полагают, что распространение и нарастание кризиса на мировых финансовых рынках настолько мощное, что грозит катастрофой для всей международной экономики. Он может вылиться в непрерывный поток банкротств и потерю рабочих мест даже в стабильных секторах.
В принципе, федеральное правительство не должно вмешиваться для предотвращения последствий опрометчивых решений бизнеса, даже если эти решения принимались под влиянием плохих стимулов или регулирующих норм, исходивших от правительства. Финансовая помощь фирмам, совершившим просчеты на рынке, возлагает издержки на налогоплательщиков, а не на тех, кто совершил ошибки. И любой сигнал со стороны правительства о готовности спасти одну группу инвесторов воодушевляет других выстраиваться в очередь за помощью. Перспектива же получения помощи в любом случае побуждает многих других принимать еще более рискованные решения. Экономисты называют это явление «субъективным риском».
Однако бывают редкие ситуации, когда волна ошибочных решений в одном секторе приводит к ужасным последствиям для самых основ функционирования экономики. Под угрозой оказываются другие секторы, а это подвергает опасности экономику в целом. Сейчас США как раз в такой ситуации. В таких редких случаях вступает в силу другой принцип: государственные институты играют решающую роль в обеспечении целостности рыночной инфраструктуры – от незыблемости контрактов до ликвидности финансовых рынков.
Если правительство не в состоянии выполнить эту функцию в решающий момент, например, когда это было после краха фондового рынка в 1929 г., результаты могут быть катастрофическими. Экономист Милтон Фридман объяснял, что неспособность Федеральной резервной системы поддержать ликвидность и функционирование кредитных рынков спровоцировало и усугубило «Великую депрессию».
Сегодняшние вызовы состоят в том, чтобы примирить эти два принципа в свете кризиса, охватившего финансовые и фондовые рынки. Какой должна быть роль таких государственных институтов, как Совет Федеральной резервной системы, Комиссия по ценным бумагам и биржам и министерство финансов? Как гарантировать, чтобы антикризисные меры не вознаграждали инвесторов, которые должны испытать последствия неверного решения, не создавали стимулов другим инвесторам для спекуляций против налогоплательщиков или расширяли интрузивное вмешательство государства?
На рассмотрение законодательной власти был представлен широкомасштабный и дорогостоящий пакет предложений, которые, как утверждается, необходимы для окончательного урегулирования кризиса. Этому предшествовала серия акций и законопроектов, которые безуспешно пытались остановить ухудшение ситуации на финансовых и связанных с ними рынках. При рассмотрении этих и других предложений законодателям следует руководствоваться следующими целями и стратегиями.
Не поддерживать обанкротившиеся или близкие к банкротству организации. Следует не сохранять испытывающие трудности предприятия, а гарантировать их реструктуризацию или свертывание таким образом, чтобы избежать ненужной дестабилизации финансовой системы в целом. Так, например, власти не пытались сохранить брокерскую компанию “Bear Stearns” даже несмотря на то, что ее неожиданный крах мог подорвать финансовые рынки США. Вместо этого правительство гарантировало ее приобретение в установленном порядке.
Не пытаться поддерживать цены. Власти не должны пытаться поддерживать цены на акции или жилье, не допуская их падения ниже определяемых рынком уровней. Роль федерального правительства не в том, чтобы не допускать падения цен. Не следует препятствовать такой рыночной практике, как «продажа ценных бумаг и товаров без покрытия», которая ведет к снижению цен. Это составная часть процесса, с помощью которого рынок определяет стоимость. Однако ограничения на подобную практику могут быть уместными как краткосрочные чрезвычайные меры с целью «охладить» лихорадящие рынки. Таким образом, меры Комиссии по ценным бумагам и биржам с целью приостановить на период до 40 дней продажи без покрытия в отношении акций конкретных фирм, оказывающих финансовые услуги, могут послужить передышкой, но должны быть отменены, как только в них отпадет необходимость.
Не разрешать правительству становиться «собственником в последней инстанции». Государство должно избавиться ото всех приобретенных активов как можно скорее. Примером может служить корпорация “Resolution Trust”, которая в начале 1990-х гг. приобрела активы у обанкротившихся сберегательных учреждений. Этими активами распоряжались акционерные компании с участием частных инвесторов, что упрощало их распродажу. Любой подход, принятый для разрешения нынешнего кризиса не должен допускать, чтобы правительство владело акционерным капиталом, оно просто должно приобретать активы.
Жестко ограничить законодательные меры безотлагательной необходимостью с целью стабилизации финансовой ситуации. Сразу же после объявления администрацией Буша о плане финансового спасения поступили сообщения СМИ о том, что руководство конгресса обсуждало возможность добавить в план положения по широкому кругу других вопросов, включая пособия по безработице, продовольственные талоны и финансирование инфраструктуры программы медицинского страхования «Медикэр». Законодатели должны противостоять любым попыткам расширить предложенный законопроект.
Избегать «субъективного риска». Власти должны гарантировать, чтобы все заинтересованные стороны вкладывали в акции свой личный капитал, тем самым создавая стимулы для себя и других к ответственным действиям. Если частная компания настолько важна для финансового функционирования экономики, что требует государственного содействия, финансовая незащищенность налогоплательщиков должна быть сведена к минимуму, а испытывать последствия своих ошибок должны менеджмент и акционеры. В плане, представленном администрацией США, «субъективный риск» полностью не исключен. Но если будет принят этот или какой-либо другой план, конгресс, по меньшей мере, должен потребовать, чтобы финансовые институты получали за свои активы значительно меньшую цену или платили значительный сбор за помощь в ликвидации их портфелей ценных бумаг.
Тщательно определить роль Федеральной резервной системы. Федеральная резервная система должна осуществлять свои функции как «кредитора последней инстанции» с тем, чтобы обеспечивать ликвидность. Однако она не должна допускать, чтобы эти функции несанкционированно распространились на новые области. Например, федеральный заем для финансирования корпорации AIG был обдуманным расширением классической функции «кредитор последней инстанции», которое дало возможность предоставить наличность неликвидным, но в целом платежеспособным предприятиям. Это был первый случай, когда Федеральная резервная система предоставила подобное финансирование не банку, а другому институту. Однако в связи с тем, что деятельность AIG была тесно переплетена с функционированием банковской системы, такое расширение полномочий было вполне оправданно. Вместе с тем, эти полномочия не должны распространяться на другие отрасли, например, на товаропроизводителей или авиакомпании.
Ограничить нагрузку по времени на налогоплательщиков и другие мероприятия. Любой новый механизм или полномочия, направленные на стабилизацию ситуации на рынке, должны гарантировать, что компании, на которые распространяются действия правительства, должны заплатить за это. Они также должны быть ограничены по времени и масштабам для минимизации нагрузки на налогоплательщиков.
Гарантировать ликвидность рынков, но требовать полного определения стоимости государственного страхования. В последние недели фонды денежного рынка – важнейшего элемента в движении капитала - заклинило практически полностью. Действия министерства финансов по предоставлению страхования имеют целью восстановить доверие и возобновить плавное движение капитала. Однако оно должно гарантировать, что цена любой страховки полностью отражает рыночный риск.


ЕВРОПА, ПРО И БУДУЩЕЕ ДЛИТЕЛЬНОГО СДЕРЖИВАНИЯ

Эксперт по проблемам национальной безопасности Центра внешнеполитических исследований им. Эллисонов Фонда «Наследие» Б. Спринг отмечает, что во время «холодной войны» Соединенные Штаты обеспечивали безопасность своих союзников, угрожая возможным ядерным ответом на нападение со стороны Советского Союза. Эта политика, основанная на угрозах возмездия, именовалась «длительным сдерживанием». В настоящее время политика длительного сдерживания важна для безопасности США не меньше, чем во времена «холодной войны».
Однако в связи с возникновением многополярного мира контекст совершенно иной. Становится все яснее, что средства реализации политики длительного сдерживания меняются в двух принципиальных направлениях.
Во-первых, суть длительного сдерживания состоит не столько в том, чтобы нанести ответный удар, сколько в том, чтобы убедить противника, что путем нападения он вряд ли достигнет своих политических и военных задач.
Во-вторых, возникновение многополярного мира означает, что политика длительного сдерживания должна опираться на многоуровневую структуру союзов и обязательств в сфере безопасности. Эти перемены в длительном сдерживании проявились в недавних соглашениях с Чешской Республикой и Польшей о развертывании ПРО в Европе.

Соглашения по ПРО

В этом году Соединенные Штаты подписали соглашения с Чешской Республикой и Польшей о размещении элементов ПРО на их территории с целью противодействия ракетам большой дальности, которые могут угрожать и Соединенным Штатам, и Европе. Договор с Чехией был подписан 8 июля с.г. в Праге госсекретарем США К. Райс. В соответствии с этим соглашением, на территории Чешской Республики будет развернута американская РЛС ПРО. 20 августа в Варшаве Райс подписала соглашение с Польшей, которое предусматривает размещение в этой стране 10 ракет-перехватчиков ПРО. Оба соглашения требуют ратификации со стороны парламентов указанных стран.
Соглашение с Польшей сопровождается декларацией о стратегическом сотрудничестве, которая укрепляет обязательства США и Польши в сфере двусторонней безопасности в соответствии с принципами НАТО, членами которой являются оба государства. В самом общем плане, эта декларация имеет целью подкрепить обязательства сторон в сфере безопасности в рамках НАТО двусторонними обязательствами в этой же сфере. Она также нацелена на модернизацию и укрепление военного потенциала Польши. Главным в этом деле является развертывание в Польше комплексов ПВО и ПРО «Пэтриот». В будущем она будет дополнена рамочным соглашением о баллистической ПРО, которое предполагает совместные НИОКР в сфере ПРО и военно-промышленное сотрудничество между обеими странами.

Новый подход к длительному сдерживанию

Соглашения по ПРО между США, Чехией и Польшей представляют собой новую основу традиционной американской политики длительного сдерживания. Новый подход предполагает меньший акцент на возмездие в ответ на нападение и больший акцент на защиту и оборону союзников. Они в большей мере опираются на совместные, а не односторонние обязательства.
Соглашения с Чехией и Польшей концентрируются на развертывании элементов ПРО, которая предназначена для защиты от нападения и Соединенных Штатов, и их европейских союзников. Во времена «холодной войны» размещение американского ядерного оружия в Европе являлось сигналом для Советского Союза, что даже нападение с применением конвенционального оружия в Европе подразумевает возможность ядерного удара со стороны США. Считалось, что оборонительные меры несовместимы со сдерживанием. В сегодняшнем многополярном мире Соединенные Штаты и их союзники в меньшей степени уверены, что непредсказуемых лидеров некоторых государств можно сдерживать с помощью угрозы возмездия. В современном контексте западные страны считают оборонительные меры вполне совместимыми со сдерживанием и усиливающими его эффективность.
Во времена «холодной войны» Соединенные Штаты проводили политику длительного сдерживания в Европе через НАТО. Единственным существенным исключением были особые отношения между США и Великобританией. Современный сложный многополярный мир требует от Соединенных Штатов и их союзников принятия более гибкой системы совместных и дублирующих друг друга обязательств в сфере безопасности. Декларация о стратегическом сотрудничестве между Соединенными Штатами и Польшей показывает, что в целях укрепления безопасности оба государства будут использовать структуры НАТО и тесные двусторонние отношения.
Эти перемены своевременны, так как политика длительного сдерживания, основанная на возмездии, в нынешнем сложном многополярном мире часто неэффективна. Поэтому эти соглашения включают меры по двустороннему подкреплению обязательств в НАТО. Относительная ясность биполярного мира допускала тщательно выверенные сигналы о том, какие именно действия со стороны потенциального агрессора вызовут со стороны Соединенных Штатов акцию возмездия, а также эскалацию конфликта. В условиях многополярного мира подавать подобные сигналы намного труднее, потому что они должны воздействовать на множество игроков, оперирующих в различных контекстах и по-разному воспринимающих США и их союзников. Возникающая структура лучше приспособлена к тому, чтобы держать под контролем многочисленные потенциальные угрозы и укреплять безопасность способами, выходящими за пределы ограниченных возможностей систем ПРО.

Движение вперед

Конгресс должен форсировать тенденцию к формированию такой политики длительного сдерживания, которая основывалась бы на более оборонительном характере НАТО. Он также должен поручить новой администрации США рассмотреть возможность выборочного установления двусторонних связей в сфере безопасности с отдельными европейскими членами НАТО для расширения и усиления существующих многосторонних обязательств в области безопасности. Это можно сделать следующим образом.
Предоставить необходимое финансирование по новым соглашениям с Чехией и Польшей.
Предусмотреть в оборонном бюджете на следующий год положения, ориентирующие администрацию США на изучение возможностей заключения двусторонних соглашений с европейскими участниками НАТО о размещении дополнительных оборонительных систем, что приведет к возникновению всеобъемлющей военной структуры, сочетающей оборонительные и наступательные возможности.

В результате этих действий возникнет такая евро-американская структура безопасности, которая будет лучше адаптирована вызовам многополярного мира.


О КАМПАНИИ «ЧТО СДЕЛАЛ БЫ РЕЙГАН?»

Ответы на вопросы интеллектуального теста кампании «Фонда «Наследие» «Что сделал бы Рейган?».
На вопрос «Что думал Рейган об ограничении роли государства?» были даны следующие ответы:
1. От ограничения роли государства выигрывают только богатые – 1 процент респондентов.
2. Ограничение роли государства делает Америку неэффективной – 2 процента.
3. Человек несвободен, пока роль государства не ограничена – 98 процентов.
Правильный ответ №3. Источник: прощальное обращение Рейгана к нации (11 января 1989 г.): «Человек несвободен, пока роль государства не ограничена. Налицо явный случай причинно-следственных отношений, которые так же точны и предсказуемы, как и законы физики. При расширении государства свобода сжимается».

На вопрос «Что, по мнению Рейгана, может лучше всего повысить качество образования»? были даны следующие ответы:
1. Увеличение государственных расходов – 0 процентов респондентов
2. Министерство образования – 1 процент
3. Выбор, конкуренция и местный контроль – 98 процентов.
Правильный ответ №3. Источник: комментарии Рейгана к докладу Национальной комиссии по повышению качества образования (26 апреля 1983 г.). «Наша повестка дня – восстановить качество в образовательном процессе путем усиления конкуренции, расширения права родителей на выбор школы и усиления контроля со стороны местных органов власти».

На вопрос: «Почему, по мнению Рейгана, дело свободы следует защищать»? были даны следующие ответы.
1. Это единственный путь Америки сохранить свою мощь -3 процента респондентов.
2. Америка не может позволить себе утратить свое влияние в мире – 1 процент.
3. Свобода – это главный принцип и сердце Америки – 96 процентов.
Правильный ответ №3. Источник: выступление Рейгана на советско-американском саммите 14 ноября 1985 г. «Свобода – это суть Америки. Мы никогда не должны ни отрекаться, ни отступаться от нее. Если бы наступил такой день, когда мы, американцы, остались
немы перед лицом вооруженной агрессии, тогда дело Америки, дело свободы было бы безнадежно проиграно, и большое сердце нашей страны разбито».

На вопрос «Чем, по мнению Рейгана, велика конституция США?» были даны следующие ответы:
1. Она ставит судей во главе всего – 0 процентов респондентов.
2. Действия правительства ничем не ограничены – 0 процентов.
3. Она гарантирует свободу и ограничивает государство – 99 процентов.
Правильный ответ №3. Источник: доклад президента конгрессу о положении в стране (27 января 1987 г.): «Почему конституция США единственная в своем роде? Ее отличие от других настолько мало, что его сразу и не видно, но при этом настолько велико, что три слова «Мы, народ» объясняют все. В нашей конституции, мы, народ указываем правительству, что оно может делать, и оно может делать только то, что прописано в этом документе и никаком другом, потому что здесь, в Америке, во главе всего стоит народ».

На вопрос «Какое воздействие, по представлению Рейгана, оказывает на экономику снижение налогов»? респонденты ответили следующим образом:
1. Субсидирует богатых – 2 процента.
2. Стимулирует экономику – 96 процентов
3. Усугубляет экономическую рецессию – 2
Правильный ответ №2. Источник: обращение Рейгана к конгрессу по программе экономического оздоровления 28 апреля 1981 г: «Высокие налоги и чрезмерный рост расходов привели к нынешним экономическим трудностям в стране; продолжение этой политики не поможет преодолеть лишения, тревогу и уныние, в которые они ввергли американский народ. Давайте на минуту раздвинем эту завесу. Ответ для излишне разросшегося государства – это прекратить подпитывать собственный рост».

На прошлой неделе в рамках интеллектуального тестирования участникам был предложен очередной вопрос: «Что, по представлению Рейгана, лежит в основе экономической мощи Америки»?
1.Свободный рынок.
2.Государственные гарантии.
3.Протекционистские торговые соглашения.

Посещайте сайт http://www.wwrdheritage.org/ и высказывайте свое мнение.


ДИСКУССИИ И КНИГИ В ФОНДЕ «НАСЛЕДИЕ»

1. В Фонде «Наследие» состоялась дискуссия на тему «Политика, приоритеты и расходы на оборону в США». В ней приняли участие почетный сотрудник Фонда Дж. Талент, директор по внешнеполитическим исследованиям Института Катона К. Пребл, вице-президент по исследованиям бюджета Центра стратегических и бюджетных оценок С. Косяк и старший эксперт по вопросам национальной безопасности Центра внешнеполитических исследований им. Эллисонов Фонда «Наследие» М. Иглен.
Уже более двух лет Фонд «Наследие» стремится показать, что глобальные обязательства Америки требуют адекватного оборонного бюджета для подготовки, оснащения и модернизации профессиональных вооруженных сил, способных выполнять конвенциональные и неконвенциональные задачи в полном объеме. Фонд считает, что для достижения этой цели конгресс должен принять на себя обязательство в последующие несколько лет обеспечить финансирование оборонных расходов в размере 4 процентов американского ВВП для предотвращения возврата к «выхолощенной силе» и осуществления необходимой немедленной модернизации.
Были обсуждены следующие вопросы. Как гарантировать полное финансирование ВС США? Есть ли необходимость в более точном определении нынешних военных приоритетов Америки?

2. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Надежное сотрудничество в Латинской Америке». С основным сообщением выступил помощник госсекретаря США по делам Западного полушария Т. Шеннон. Он был утвержден на эту должность в октябре 2005 г.
В Вашингтоне и у СМИ во всем Западном полушарии сложилось впечатление, будто Соединенные Штаты опять потеряли ориентиры в Латинской Америке, и им постоянно не удается продемонстрировать достаточный интерес к событиям на юге континента. От Гаваны до Каракаса, от Манагуа до Кито звучат новые и не очень новые голоса от тех, кто заявляет о тлетворности или бесполезности Соединенных Штатов для этого региона и предлагает набор альтернатив извечным порокам Латинской Америки - неравенству, бедности и экономической отсталости. Т. Шеннон представил взгляд на Западное полушарие с позиций госдепартамента США и рассказал о достижениях американской политики и о вызовах Америке в этом регионе.

3. В Фонде «Наследие» состоялась презентация новой инициативы госдепартамента США и дискуссия на тему «Правда об Америке: публичная дипломатия в своем лучшем проявлении». С основным сообщением выступила шеф протокола госдепартамента США, бывший посол США в Венгрии Н. Бринкер.
Публичная дипломатия – это искусство объяснения американской жизни миру. Это непростая задача, учитывая огромное многообразие людей, предпочтений и географических зон. Американское лидерство требует таких дипломатических программ, которые лучше объясняли бы миру американские ценности и политику. Однако, как продемонстрировал Алексис де Токвиль в начале 1800-х гг., лучший способ для иностранцев понять Америку – это посетить ее, путешествовать за пределами оживленных улиц Вашингтона, Нью-Йорка и Сан-Франциско, встречаться с американцами и смотреть, как они живут.
Фонд «Наследие» организовал первую публичную презентацию новой инициативы госдепа, которая призвана выполнить вышеизложенные задачи. Офис шефа протокола под руководством Н. Бринкер организует поездки групп иностранных дипломатов далеко за пределы Вашингтона с тем, чтобы они могли «прочувствовать Америку». Эти проездки призваны высветить дух и жизненную силу американских сообществ, инновационный порыв ее предпринимателей, самоотверженность американских НКО, энергию ее научного сообщества и многообразие способов решения современных проблем со стороны местных администраций и правительств штатов.

4. В Фонде «Наследие» прошла дискуссия на тему «Уход в отставку Фукуды: куда пойдет Япония?» С основным сообщением выступил директор Центра восточноазиатских исследований Университета Дж. Хопкинса К. Колдер.
Неожиданный уход в отставку японского премьер-министра Я Фукуды в очередной раз вызвал хаос в политическом ландшафте Японии. Уход Фукуды менее чем через год после его вступления в должность премьера вызывает опасение, что Япония вернется к прежней системе «вращающихся дверей», превалировавшей в 1990-е гг., когда малоэффективные премьер-министры сменяли друг друга после краткосрочного пребывания в должности. Следующий премьер-министр также столкнется с препятствиями в осуществлении внешней и внутренней политики со стороны парламента, расколотого конкурирующими партиями и обструкционистской тактикой оппозиционной партии.
Япония находится на стратегическом перепутье. Необходимо смелое руководство, но оно маловероятно в условиях японской политической системы, основанной на консенсусе. Бездействие власти в Японии влечет за собой серьезные последствия. Нежелание или неспособность Токио принимать жесткие решения ведет к опасности потери влияния или даже значимости Японии в регионе, где все больше доминирует набирающий силу Китай. Как предупреждает китайская пословица: «Два тигра на одной горе не живут».
Участники дискуссии обсудили воздействие отставки премьер-министра Фукуды на внешнюю и внутреннюю политику Японии, дали оценки ее политического будущего, возможности сильного руководства и рассмотрели перспективы Японии в ближайшие 6-12 месяцев.

НОВОСТИ РОССИЙСКОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА

7-12 сентября в Токио состоялось собрание Общества Монт-Пелерин, в котором принял участие глава российского представительства Фонда «Наследие» Е.С. Волк.